О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: https://grani-ru-org.appspot.com/Society/Science/m.135587.html

статья Фантастический ученый

Максим Борисов, 14.04.2008
Борис Стругацкий. Фото с сайта news.llr.ru
Борис Стругацкий. Фото с сайта news.llr.ru
Реклама
цитата Дословно

Аркадий и Борис Стругацкие

...В-пятых, моя специальность. Сейчас все свихнулись на этом космосе, так что астрономия – предмет актуальный. По-моему, это тоже довод. Вот как окинешь все это взглядом, и кажется: какие могут быть сомнения? На месте министра я бы, не задумываясь, назначил мне первый разряд. Господи, тогда бы я, наконец, успокоился. Ведь, по сути дела, мне не так уж много надо в жизни...

"Второе нашествие марсиан"

Братья Стругацкие написали свой первый роман на спор. Слишком уж достал их удручающе "равнинный" пейзаж советской научной фантастики 1950-х годов.

Старший из братьев, Аркадий, по образованию не был технарем - он окончил Военный институт иностранных языков и получил специальность переводчика с английского и японского языков. А Борис Стругацкий к тому моменту, когда они сели писать свою "Страну багровых туч", работал в Пулковской обсерватории, подсчитывал что-то на тогдашних громоздких компьютерах (вспомним Привалова из повести "Понедельник начинается в субботу" и его "Алдан"). То есть имел профессию, которая ему нравилась, и поначалу не собирался ее менять.

Физику и астрономию Борис полюбил под влиянием Аркадия. Именно старший брат в детстве строил всевозможные телескопы и мечтал стать астрономом, пока не вмешалась война. Младший с матерью остался в блокадном Ленинграде, старший с отцом был эвакуирован. Похоронив отца, был призван в армию и чудом избежал отправки на верную гибель под Курскую дугу. Попал в школу переводчиков, что и определило его дальнейшую профессию.

Борис реализовывал, можно сказать, чужую программу. Причем идея номер один - стать физиком - провалилась: на физический факультет его по непонятным причинам не приняли (ср. соответствующий эпизод из "Двадцать седьмой теоремы этики"), и прошел запасной вариант - математико-механический факультет Ленинградского университета, отделение астрономии.

В Пулковской обсерватории Борис Стругацкий занимался двойными звездами, шаровыми скоплениями и вычислительными задачами на поведение систем, состоящих из многих небесных тел. После первых литературных успехов все это довольно быстро перестало быть его основной профессией, однако уже в домашних условиях Борис Натанович не прекращал заниматься астрономией до середины восьмидесятых, пока не уверился в том, что все его дальнейшие усилия бессмысленны. По признанию Бориса Стругацкого, он давно уже не следит за научными новостями в своей области и вообще сомневается в том, что даже при благоприятных обстоятельствах смог бы совершить в науке что-то действительно выдающееся (хотя может быть это признание - всего лишь дань скромности). Возможно, астрономия в его лице многого и не потеряла, а вот литература много приобрела.

Ни сам Борис Стругацкий, ни его наиболее проницательные читатели никогда не считали, что именно астрономия определяет неповторимый облик прозы братьев-фантастов. У них хватало, конечно, своих учителей и в Большой Литературе. Хотя на страницах их произведений присутствует несколько персонажей-астрономов (например, Малянов из "За миллиард лет до конца света" или Манохин, от лица которого ведется повествование в "Отягощенных злом"), они с тем же успехом могли быть заменены людьми какой-нибудь иной профессии, связанной с наукой.

Недавно умерший Артур Кларк искренне гордился своими научными предсказаниями, Стругацкие тоже отмечали с гордостью, что им удалось предсказать кольца у Юпитера (обнаруженные позже "Вояджером"), однако соответствующий эпизод в "Стажерах" отнюдь не определяет облик книги (даже в те времена Стругацким не пришло в голову ставить что-то подобное в центр повествования). Другое дело Кларк, не поленившийся написать целый роман ("Фонтаны рая"), посвященный воплощению в жизнь научно-фантастической идеи - космического лифта.

Конечно, романы Кларка или Сагана в гораздо большей степени достойны звания "научно-фантастических", и первоначальная профессия их авторов пришлась как нельзя кстати при их написании, однако важно отметить, что при всей своей "научности" те же "Одиссеи" или "Контакт" несут на себе мощный отпечаток визионерства и некоторой условности (а в романах Ефремова вообще не люди, а все какие-то глыбища), тогда как даже ранние творения Стругацких стремились к реализму - фантастическому реализму - прежде всего в описании человеческих взаимоотношений, проблем, тревог. Все их герои взяты из текущей реальности и вполне уютно чувствуют себя в светлом будущем. Если самым живым и выразительным в "Одиссее" критиками был признан компьютер HAL, то у Стругацких все эти жилины, юрковские, приваловы, корнеевы и выбегаллы, живущие рядом с нами, просто не могут не запоминаться, не запасть в душу и не начать действовать уже за пределами книг, в воображении продолжателей.

Какое-то время космические путешествия присутствовали в книгах Стругацких, но вскоре они вместе со своим Жилиным решили, что "главное всегда остается на Земле", и практически перестали отлучаться с нашей планеты. Разумеется, эту точку зрения на наш мир и на фантастику в нем разделяют далеко не все фантасты. Владимир Савченко, например, в "Должности во Вселенной" так прямо и жаловался, что "жанр этот, как мухи зеркало, засидели гуманитарии". Однако братья были непреклонны.

Более того, теперь выясняется, что Борис Натанович вовсе не уверен в продуктивности космической экспансии человечества: он считает, что первый выход человека в космос - это вовсе не первый шаг в то неизведанное, где мы рано или поздно все окажемся, а просто побочный эффект безудержной гонки вооружений, лунная же гонка - и вовсе бессмысленная реализация пустых политических амбиций. Мнение же Стругацких о контактах с внеземными цивилизациями (и особенно о передаче сигналов для них с Земли) и раньше было хорошо известно: в любом случае от таких контактов будет больше вреда. Если высокоразвитая цивилизация настроена враждебно, она нас уничтожит, а если захочет помочь, то отучит действовать и развиваться самостоятельно.

Отвечая на вопросы о нанотехнологиях и "вертикальном прогрессе", Борис Стругацкий заявил, что ему вообще не по душе слишком стремительное развитие научно-технической революции, которое несет за собой новые опасности. И эти темпы желательно не увеличивать вовсе, "чтобы каждое поколение успевало привыкнуть к тому миру, который его окружает".

Так что же в результате мы имеем от изначального "научного мировоззрения" выдающегося "творца будущего"? Возможно, только банальный скептицизм. БНС, надо сказать, всегда подчеркивал, что он человек в принципе неверующий. Кроме того, Борис Натанович не верит ни в НЛО, ни в экстрасенсов, ни в прочие чудеса (хотя ранние романы братьев Стругацких всем этим наполнены под завязку, да и последний роман С. Витицкого (Бориса Стругацкого) "Бессильные мира сего" посвящен именно экстрасенсам). Не верит он и в "теории заговора" (например, в утверждения, что американцы на самом деле никогда не летали на Луну, а многочисленные фото- и видеоматериалы подделывал в студии автор "Космической одиссеи" Стэнли Кубрик).

Вообще-то фантасты в силу своей профессии лучше других способны отделять вымысел от правды. Станислав Лем и Кир Булычев (один по образованию медик, другой - востоковед), тоже были отчаянными скептиками, и у них "тарелочки" летали только на страницах романов и рассказов. И Аркадий Стругацкий был скептиком и атеистом (несмотря на свое "гуманитарное" образование). То есть писать о "тарелочках" вовсе не означает в них верить.

В общем, приходится констатировать, что БНС, вероятно, смог бы стать Великим Писателем и без физики-астрономии, но это, конечно, не мешает радоваться тому факту, что мы в некотором смысле коллеги.

Ссылки:
На рандеву. Борис Стругацкий
Фантастика: книги, фильмы, периодика, события, мнения
Беседа Стругацкого, Карпинского, Язева на квартире у Стругацкого 28 апреля 1994 года
Борис Стругацкий: "Самый экстремальный поступок брата - то, что он решил стать писателем"
Писатели по профессиям

Максим Борисов, 14.04.2008


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама




Выбор читателей