О блокировках  |  Доступное в России зеркало Граней: https://grani2.appspot.com/War/m.286157.html

статья Мертвецкий план

Борис Соколов, 27.09.2022

Российская "частичная" мобилизация сопровождается обильными возлияниями. Видеокадры с пьянствующими и дерущимися "мобиками" обошли весь мир. Шумные проводы, фронтовые 100 грамм, трофейный спирт и пьяные солдатские погромы - таковы российские традиции XX века.

105441

27 января (9 февраля) 1904 года вышел царский манифест "Об открытии военных действий против Японии". Мобилизация была объявлена не всеобщая, а "частная": на фронт призывали только запасных нижних чинов, то есть ранее служивших. Однако воинским начальникам на местах было предписано отправлять в части первых явившихся. В результате дисциплинированные отцы семейств, которым было уже под 40, служившие в армии 10-15 лет годами ранее и не умевшие обращаться с современным оружием, являлись в военные присутствия и сразу же попадали в армию, а потом зачастую и на фронт в Маньчжурию. Молодые же запасные на несколько дней пускались в пьяный загул по принципу "Последний нонешний денечек гуляю с вами я, друзья". А когда являлись в присутствие, квота по призыву была уже заполнена. Люди старших возрастов возмущались таким порядком.

Другой особенностью частной мобилизации было то, что проводилась она выборочно, по местностям. Из одного уезда или волости могли забрать запасных всех призывных возрастов, а в соседних призыва не было вовсе. Никто не мог понять, почему в одном уезде берут запасных старших сроков и "многосемейных", а в соседнем не призывают даже холостяков, только что вернувшихся со службы.

Во время призыва на русско-японскую войну среди мобилизованных царило повальное пьянство. Многие из-за этого прибывали в свои части с большим опозданием. Писатель Викентий Вересаев, служивший в полевом госпитале в Мукдене, свидетельствовал: "Город все время жил в страхе и трепете... Буйные толпы призванных солдат шатались по городу, грабили прохожих и разносили казенные винные лавки, они говорили: "Пущай под суд отдают - все равно помирать"... На базаре шли глухие слухи, что готовится большой бунт запасных". В следовавших на Дальний Восток эшелонах наблюдалось повальное пьянство и процветало мародерство.

Впрочем, пьянство продолжалось и на войне, особенно в казачьих частях. А в конце войны, во время отступления после проигрыша Мукденского сражения, когда были разбиты винные склады, оно вновь приобрело массовый характер и грозило превратить армию в неуправляемую толпу.

Всего в ходе Русско-японской войны было призвано 1045,9 тыс. запасных в ходе 9 частных мобилизаций, последняя из которых прошла в августе 1905 года, незадолго до завершения войны. Кроме того, в 1904-1905 годах было призвано 871,7 тыс. новобранцев для пополнения армии в европейской части Российской империи. В войне они участвовали только на добровольной основе.

Выдача регулярных водочных порций солдатам была прекращена в 1908 году, поскольку считалось, что пьянство послужило одной из причин поражения в войне с Японией.

105445
Карикатура 1914 года

Когда пришлось объявлять всеобщую мобилизацию в 1914 году, правительство учло печальный опыт. Чтобы проводы призывников не перерастали в массовые попойки, с 19 июля (1 августа) 1914 года был введен в действие "сухой закон". Запрет на торговлю водкой и пивом действовал сначала на период мобилизации, а затем был продлен. За самогоноварение установили наказание - 5 лет тюрьмы и 1 год поражения в правах. Правда, в части наказаний этот закон на практике не работал. Но благодаря ему удалось избежать тех массовых пьяных эксцессов, которые были характерны для начала Русско-японской войны.

Тут сыграло свою роль то, что война против Германии, Австро-Венгрии и Турции первое время была популярна в российском обществе. Японцев, в отличие от немцев или турок, в европейской России никто в глаза не видел, тогда как антинемецкие и антитурецкие настроения в стране существовали и с началом войны успешно подогревались государственной пропагандой. На этом фоне на сборные пункты явилось на 15 процентов больше запасных, чем было запланировано. Патриотический порыв угас только в 1915 году, после ряда тяжелых поражений русских армий.

105443
Лечение алкоголизма в армии. 1916 год

Что характерно, сухой закон не действовал в прифронтовой полосе, где солдаты получали определенные дозы водки или вина, причем в разных армиях и на разных фронтах нормы были разные. Считалось, что без спиртного армия воевать не может. Но запасные части, составлявшие гарнизоны тыловых городов, были лишены казенного спиртного: здесь практиковалась как наркомания, так и потребление спиртосодержащих суррогатов и самогона. В Петрограде за первый год войны было продано в аптеках спиртосодержащих жидкостей (лосьонов и болеутоляющих средств) в переводе на чистый спирт 984 тысячи литров. По стране прокатилась волна пьяные погромов. Так, в 1915 году в Барнауле пьяная толпа призывников взяла штурмом винный склад, а затем целый день громила город. На подавление беспорядков пришлось бросить войска. В результате погибло 112 человек.

Вследствие поголовного пьянства к концу 1915 года по улицам Петрограда стало страшно ходить вечерами, столица прочно удерживала первое место по уровню преступности. Весомую лепту внесли кронштадтские матросы. По донесениям полиции, в 1916 году на них приходилось до 40% всех преступлений. Генерал-губернатор Кронштадта адмирал Роберт Вирен писал в Главный морской штаб в сентябре 1916 года: "Крепость - форменный пороховой погреб. Мы судим матросов, уличенных в преступлениях, ссылаем, расстреливаем их, но это не достигает цели. Восемьдесят тысяч под суд не отдашь!" Строгость по отношению к преступникам и пьяницам вышла Вирену боком: в самом начале Февральской революции матросы подняли его на штыки. По мнению некоторых историков, наркомания и пьянство в гарнизонах Кронштадта и Петрограда сыграли определенную роль в том, что в ходе Февральской революции войска вышли из повиновения.

105439
Иван Владимиров. "Погром в винном магазине"

Всего за время Первой мировой войны в ходе 24 призывов в русскую армию было мобилизовано 15,8 миллиона человек.

В СССР всеобщая мобилизация была объявлена в связи с нападением Германии. Уже к 1 июля 1941 года в дополнение к армии мирного времени численностью 5,4 миллиона человек было мобилизовано 5,35 миллиона. Хотя проводы призванных не обходились без спиртного, масштабных эксцессов удалось избежать, во многом благодаря системе тотального контроля на местах. К концу 1941 года было призвано более 14 миллионов человек. Всего же за время войны в дополнение к армии мирного времени было призвано 37-38 миллионов советских граждан, большинство из которых попадало на фронт без достаточной подготовки. В начале войны массовое уклонение от призыва наблюдалось на недавно аннексированных территориях Западной Украины, Западной Белоруссии, Литвы, Латвии, Эстонии, Бессарабии и Северной Буковины, чье население в большинстве своем не было лояльно советской власти. От мобилизации уклонялись и в Чечне, где вооруженное подполье сохранялось еще со времен гражданской войны.

Советские войска регулярно снабжались алкоголем. Это повелось еще с советско-финской войны, когда в январе 1940 года ввиду тяжелых погодных условий - сорокоградусных морозов в Карелии - пехотинцам стали выдавать по 100 грамм водки и 50 грамм сала в день, танкистам полагалась 200 грамм водки, а летчикам - 100 грамм коньяка. Всего за советско-финскую войну Красная Армия потребила более 10 тонн водки и 8,8 тонны коньяка. Тогда родилось выражение "наркомовские 100 грамм".

В Великой Отечественную войну водку красноармейцам стали выдавать с июля 1941 года. С 1 сентября 1941 года была установлена норма - 100 грамм в день на человека красноармейцам и начальствующему составу войск первой линии действующей армии. Поскольку водки в необходимом количестве в СССР не выпускалось, было разрешено заменять ее медицинским спиртом, разбавленным до 40 градусов. 6 июня 1942 года порядок выдачи водки изменили, сохранив "наркомовские сто грамм" только для тех частей и соединений, которые вели наступательные операции. Остальные же бойцы передовой линии водку теперь получали только по праздничным дням. Однако этот порядок продержался недолго из-за массовых случаев отравлений красноармейцев некачественным спиртом, в том числе метиловым, и суррогатами. 12 ноября 1942 года, перед Сталинградским контрнаступлением, выдачу 100 грамм водки возобновили для всех, кто находился на передовой и вел боевые действия. Тем, кто служил в тыловых частях, а также раненым (с разрешения врачей) полагалось 50 грамм водки в день. На Закавказском фронте было решено вместо 100 грамм водки выдавать по 200 портвейна или по 300 сухого вина.

30 апреля 1943 года порядок выдачи водки опять изменился. По 100 грамм стали выдавать только тем, кто участвовал в наступательных операциях, причем перечень частей и соединений отдавался на усмотрение военных советов фронтов и армий. Остальные же красноармейцы получали водку только по праздникам. Но, поскольку теперь Красная Армия почти непрерывно наступала, подавляющее большинство красноармейцев ежедневно получали наркомовскую порцию. В мае 1945 года, после окончания войны в Европе, выдача водки личному составу Красной Армии была отменена.

Сами по себе "наркомовские сто грамм" к крупным эксцессам не приводили. Проблемы начинались, когда в руки военнослужащих одновременно попадало большое количество алкоголя и спирта, часто в качестве трофеев. Первый заметный "пьяный бунт" случился 18 мая 1944 года, когда, согласно донесению главы "Смерш" Виктора Абакумова, "на станции Красноармейская Сталинской области УССР среди личного состава маршевых подразделений, следовавших эшелоном на фронт, укомплектованных в большинстве уголовным элементом, освобожденным из лагерей, и лицами, находившимися в плену противника, возникли массовые беспорядки, сопровождавшиеся антисоветскими выкриками, избиением офицеров и работников милиции". Эшелон с 776 призывниками, 444 из которых ранее были судимы за уголовные преступления, три дня стоял на станции. Пользуясь бесконтрольностью со стороны офицеров, которых было всего 5 человек, и сержантов, бойцы самовольно уходили в город и населённые пункты, меняли обмундирование на самогон и пьянствовали. 18 мая во время приготовления пищи один из бойцов попытался разбить доску для костра о найденную мину. Она сдетонировала, и в результате 4 бойцов было убито и 9 ранено. Это послужило сигналом к бунту. Пьяная толпа избила и разоружила офицеров и коменданта станции. Около 150 солдат, в большинстве пьяных, направилась в город. Они врывались в дома, где проживали офицеры, обезоруживали и избивали их. Бунт удалось прекратить только прибывшему на станцию командующему Харьковским военным округом генерал-лейтенанту Степану Калинину, использовавшему для подавления беспорядков части местного гарнизона. Калинина же и сделали козлом отпущения, обвинив в разложении в частях округа, отдали под суд и приговорили к 25 годам заключения.

Когда Красная Армия вступила в Германию и другие страны Европы в конце 1944 и в 1945 году, массовое пьянство усилилось. Немцы и их союзники, отступая, оставляли большие запасы алкогольных напитков и спирта, в том числе метилового. На освобождаемых советских территориях таких запасов не было. Употребление метилового спирта вело к массовым отравлениям и смертям. Употребление же алкоголя и медицинского спирта часто приводило к мародерству, поджогам, убийствам и изнасилованиям мирного населения. Лейтенант Борис Михайлов вспоминал, как в апреле 1945 года в Венгрии перед строем его 1288-го стрелкового полка 113-й стрелковой дивизии был зачитан приказ Военного Совета 3-го Украинского фронта о расстреле насильников и убийц: "Группа солдат аэродромного обслуживания самовольно покинула полевой аэродром. В одном из мадьярских сел солдаты напились, зверски всей командой изнасиловали хозяйку дома, забили в нее кол и еще живую выбросили из окна, а сами продолжали пьянку и стрельбу по собравшимся под окнами мирным жителям". В Восточной Пруссии пьянство военнослужащих приняло столь массовый характер, что даже затормозило темпы советского наступления.

Как видим, употребление алкоголя в период мобилизации и последующих боевых действий - традиция как царской, так и советской армии. Генералы считали, что солдаты после стаканчика водки лучше воюют и смелее идут в атаку. Регулярная выдача водочных порций было нормой в Красной Армии в период боевых действий - еще и потому, что это помогало приглушить ужас от огромных людских потерь.

Борис Соколов, 27.09.2022