О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

статья Исполнители без авторов

Илья Мильштейн, 24.08.2011
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

Этот вопрос возникает всякий раз, как арестовывают человека, подозреваемого в заказном политическом убийстве. Буквально с самого начала, едва берут какого-нибудь Колчина и даже приговаривают к большому сроку, назвав организатором расстрела Галины Старовойтовой. Можно вспомнить также и совсем старое нераскрытое дело о гибели Дмитрия Холодова, по которому были оправданы люди, похожие на убийц. Но даже если бы их осудили, сей вопрос оставался бы висеть в воздухе.

Или взять дело об убийстве Анны Политковской. Было расследование, потом суд, завершившийся оправданием главных обвиняемых, в мае задержали Рустама Махмудова, которого следователи считают непосредственным исполнителем преступления, а вчера был отправлен в ИВС подполковник милиции в отставке Дмитрий Павлюченков. На том процессе, который провалился в Московском военном окружном суде, он выступал в качестве засекреченного свидетеля обвинения. Теперь вроде выясняется, что подполковник для того и "засекретился", чтобы обмануть следствие и снять с себя вину.

Вопрос такой: а для чего всем вышеупомянутым гражданам, оправданным, подозреваемым и осужденным, было совершать все эти убийства?

Сиделец Колчин снова напомнил о себе в ноябре прошлого года, когда объявил заказчиком устранения Листьева Бориса Березовского, и как-то странно даже, что эту тему не стали по новой раскручивать ни в Кремле, ни в ФСБ. Вероятно, нечего раскручивать. По крайней мере Борис Абрамович по масштабности фигуры хотя бы подходит на роль заказчика - вне зависимости от того, был он причастен или нет.

Все прочие на главные роли никак не годятся.

Колчин вообще не был знаком с Галиной Васильевной, как и Аникин, который тоже приговорен по этому делу. В прессе называли заказчиком бывшего депутата Госдумы от ЛДПР Михаила Глущенко, но и он представляется слишком ничтожным, чтобы всерьез говорить о нем как о главной фигуре. И то же самое можно сказать о целой группе десантников, оправданных по делу Холодова: для чего им, собственно, было убивать молодого журналиста? Наконец, где братья Махмудовы - и где Политковская? Что мог иметь против журналистки из "Новой газеты" бывший оперативный сотрудник РУБОП Сергей Хаджикурбанов, проходивший по этому делу, но осужденный по другому? И какие личные претензии к ней накопились у Павлюченкова?

Все это в лучшем (для прокуроров) случае исполнители, передаточные звенья, профессионалы на подхвате. А за ними маячат совсем другие люди, которых иногда даже обвиняли вслух, но дальше разговоров дела не сдвинулись. Да и кто посмел бы публично обвинить таких людей?

Лучший министр обороны всех времен и народов. Один из ветеранов нашей политической сцены, лидер парламентской партии. Самый эффективный региональный менеджер федерального уровня. У них были личные счеты с погибшими, это общеизвестно, но это знание ни на шаг не приближает нас, а также следователей к разгадке политических убийств.

Во-первых, презумпция невиновности. Во-вторых, абсолютная неприкасаемость данных персонажей, которых и допросить-то толком невозможно. В-третьих, молчание убийц: даже тем, кого посадили, по-видимому, проще отсидеть по 20 с лишним лет, чем назвать имена, если им эти имена вообще известны. Наконец, тотальное равнодушие социума к самим жертвам. Смерть журналиста или оппозиционного политика не вызывает в российском обществе сильных чувств, если не считать злорадства. Но и это чувство проявляется не массово, а в индивидуальном порядке, у некоторых особенно, как бы сказать, памятливых людей. А большинство не злопамятно: убили и убили.

Наверное, потому и не раскрыты все эти дела, что нет другого "заказа" - давления общества на власть, столь серьезного, чтобы и самые могущественные граждане, будь они виновны, не смогли бы уйти от ответа. Оттого организаторы самых громких преступлений могут чувствовать себя в полной безопасности и даже безнаказанно глумиться над памятью погибших. С хладнокровным интересом наблюдая, как разваливаются в судах очередные дела.

Илья Мильштейн, 24.08.2011


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей