О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

статья Отстрел нормы

Илья Мильштейн, 25.02.2019
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

Следствие бездействует. Таково мнение Ольги Михайловой, адвоката Жанны Немцовой, и среди сообщений, связанных с четвертой годовщиной убийства, это, пожалуй, самое важное. Важнее Марша, который прошел как прошел. Важнее новых расследований Навального. Гораздо важнее любых дискуссий в рядах оппозиции.

Ибо в них, в этих словах адвоката, содержится не только призыв к Бортникову и Бастрыкину, чтобы подчиненные им следователи вновь занялись делом. Ясно, что призывы эти бесполезны. Все, что политическое руководство страны дозволило раскрыть, уже раскрыто, и нам остается лишь гадать о том, кто из пойманных и осужденных пехотинцев действительно причастен к преступлению. Известно также, что сотрудники СК и ФСБ время от времени вспоминают о заключенных и даже прессуют их, склоняя к чистосердечным признаниям. В конце концов, у силовиков своя двойная сплошная и свои счеты с теми, про кого они, вероятно, знают куда больше, чем рассказывают. Поступит приказ - и любой сенатор, да хоть бы и глава региона, подозреваемый в заказных убийствах, будет арестован и доставлен в суд, и не станут они робко стучаться в его ворота, а вломятся в дом при огневой поддержке спецназа. Но приказа нет, а на нет и суда нет.

Безнадежные с виду требования Ольги Михайловой важны потому, что в них все эти правила игры в политику попросту игнорируются. Есть закон - и точка. Бастрыкин с Бортниковым обязаны ставить задачу следователям, а те должны невзирая на лица искать и задерживать киллеров, организаторов и заказчика убийства - и кончен разговор. Более того, они должны регулярно отчитываться перед обществом и семьей погибшего о своих успехах и неудачах, как в любой нормальной стране, где расследуется громкое дело.

Рассказывая о том, чего мы ожидаем от государства, адвокат возвращает в обиход понятие нормы.

А это понятие необычайно широкое, охватывающее самые разные области российской жизни. Начиная с той же политики, в которой нет и не может быть места полоумному вождю, всерьез, причем с огромным увлечением, способному говорить лишь о ядерной войне. Нет и не может быть места нынешним палатам, верхней и нижней, где располагаются избранные им парламентарии. Нет и не может быть места его принятым в трех чтениях законопроектам и судам, где карают невиновных.

Это понятие, о котором мы как-то стали забывать, постепенно, в течение двух десятилетий наблюдая и обживая дурдом. Так что научились с пониманием относиться к тому, что национальному лидеру положено с утра до ночи заниматься гонкой ядерных вооружений. Привыкли к тому, что в СИЗО, лагерях и тюрьмах людей истязают и предполагаемых убийц Бориса Немцова, к слову, тоже пытают, и это в порядке вещей. Освоились в том русском мире, где следователи знают черту, которую переходить нельзя, оттого и не пойманы до сих пор ни организаторы, ни заказчик убийства, совершенного четыре года назад. Они и не сядут на скамью подсудимых, покуда правила жизни в стране определяет вот эта верховная власть, о которой погибший высказался однажды предельно кратко и предельно точно. За что, наверное, и поплатился жизнью.

Борис Ефимович был человеком нормы. Сегодня, когда несистемная наша оппозиция слаба и раздроблена и разве что на маршах памяти умеет хоть как-то объединиться, это осознаешь особенно остро. Без него все как-то совсем уж разбрелись по своим микроскопическим партиям и блогам. Без него несогласные как-то слишком уж охотно стали сводить счеты друг с другом, что всегда есть печальный признак глобального политического поражения. Нет, он не был опасен для Кремля, его тоже загнали в маргиналы, но без него очень сиротливо. Россию будущего, не то чтобы счастливую, но нормальную, составят люди, похожие на него. Непонятно только, откуда их брать.

Тем не менее адвокат Михайлова настаивает на том, что преступление должно быть раскрыто, и в сказанном просматривается это будущее. Возникает какая-то прямо небывалая послепутинская Россия, в которой так хочется пожить или хоть одним глазком взглянуть на нее, манящую и недостижимую. Однако следствие бездействует, и четыре года спустя после убийства Немцова мы знаем, что это еще надолго. Россия во мгле, Путин в Кремле, Кадыров в Чечне, заказчик преступления на свободе.

Илья Мильштейн, 25.02.2019


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей