О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина | Свидетели Иеговы
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: https://grani-ru-org.appspot.com/opinion/milshtein/m.128470.html

статья Крюк на особом пути

Илья Мильштейн, 10.10.2007
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

Что говорить, метафора подкачала. Случись рядом с Виктором Черкесовым какой-нибудь советник без погон, он бы подсказал: "Товарищ генерал, про спасительный крюк писать не надо". Поищите, мол, какой-нибудь другой образ. Типа там спасательный круг, бревно или хоть соломинку.

А крюк - это все же крутовато. Слишком, как бы сказать, в традициях того ведомства, чьим несомненным патриотом выступает Виктор Васильевич. Имею в виду его неосторожную фразу с описанием актуального исторического процесса: "Падая в бездну, постсоветское общество уцепилось за... "чекистский" крюк". У В.И. Даля на заданную тему русский народ высказывается со всей однозначностью: "Бог дает путь, а черт крюк".

Все прочее в прогремевшей статье г-на Черкесова в семантических уточнениях не нуждается. Бывший борец с диссидентами, нынешний глава ФСКН прав в самом главном: не хватало нам, в дополнение к суверенной демократии и разборкам меж кремлевских башен, еще и вот этого: драк внутри ГБ. Слегка напоминающих, если порыться в новейшей истории, схватки лужковско-гусинских секьюрити с коржаковской Службой охраны президента. Но баталии тех лет были локальным конфликтом частного капитала с ошалевшим от власти ельцинским телохранителем в отдельно взятой Москве, а нынешние имеют совсем иную природу.

Ибо в стране победившего чекизма, если дойдет до войны между кланами, борьба может стать тотальной. Они ведь теперь всюду: не только в Кремле и в ФСБ, но и в МВД, и в "Газпроме", да в любой хоть что-нибудь значащей корпорации, включая оппозицию, и в глазах рябит от количества "смотрящих". Кто-то из математиков недавно подсчитал: в России 22 силовые структуры, и все подчинены президенту, и все верны друг другу, как ФСБ и ФСКН... Они теперь и есть государство. Жить в этаком обществе и быть свободным от них - мечта о загробной жизни.

При этом совершенно безразлично, кто из них прав в какой-нибудь конкретной разборке: Черкесов, скажем, или Патрушев. Неважно даже, за кого сегодня Путин (говорят, за Патрушева, причем до такой степени, что Черкесову приходится бить в колокола гласности на страницах "Коммерсанта"). Кто для них для всех Путин, когда речь идет о десятках тысяч вооруженных, великолепно обученных мужчин, которые с азартом и очень торопясь пилят бабло, оттесняя конкурентов. Понятна только спешка, поскольку времена предвыборные и неясно, как завтра карта ляжет. А что тот генерал, что этот, законно ли сажали людей по делу "Трех китов", правильно ли сегодня берут тех, кто предъявлял ордера арестованным, и кто из оборотней победит в итоге - неважно. При всей нашей любви к законности.

Важнее, страшнее, печальнее другое. Этот пресловутый чекизм, эта машина, со всеми своими крючьями, дыбами и топорами, которую никто, нигде и никогда не допускал к верховной власти, сегодня двинулась по предсказанному отдельными клеветниками пути. Она сорвалась с резьбы, она одичала и в ярости накинулась сама на себя. И это очень опасно, поскольку машина совершенно дуроломная, слепая и без тормозов. Особенно опасно потому, что она не подчиняется государству, она сама и есть государство - сверху донизу, от кремлевского трона до какого-нибудь взвода спецназа где-нибудь в Ингушетии. Способного в рамках борьбы с террором средь бела дня убить местного юношу и подложить к трупу гранату.

Жизнь по методу спецоперации - этим почти исчерпывается у нас политическая, дипломатическая и, как видим, внутричекистская деятельность. От ареста Бабицкого - до ареста Ходорковского, от разгрома НТВ - до наезда на ФСКН, от выборов - до выборов. Громадная заслуга Черкесова в том, что он обнажает механизмы этого неповторимого стиля. Но тут загадка: он вдруг проснулся романтиком и борцом за справедливость, которому за "контору" обидно, или это такой финт. Он не ведает, что творит, или просчитывает ходы в почти безнадежной ситуации, сочиняя отчаянное письмо к единственному адресату с мольбой: вспомни, Володя, наши прежние идеалы... Подобно Окруашвили, он пытается избежать неизбежного ареста или знает, как достучаться до холоднокровного сердца гаранта всех его прав?

Если же забыть об эпохе и заняться крючкотворством, то с письмом Черкесова легко спорить. Например, с самым главным его тезисом, столь популярным ныне: дескать, "страна в начале 90-х годов пережила полномасштабную катастрофу", призвала чекистов, и они вытащили ее к свету и славе. Может, по-другому было? В "проклятые 90-е" страна проходила трагический, но неизбежный путь от коммунистического маразма к нормальной жизни, а чекисты присосались к ней при выходе из тупика, когда самое страшное было позади, да еще и цены на нефть взлетели благодаря сложившейся в начале нулевых конъюнктуре и американским войнам? Может, в этот момент как раз не следовало крючьями тащить страну в авторитарный рай и подвешивать за ребра? Может, другие вожди, с другим жизненным опытом и представлениями о мире были нам потребны?

Вопросы все праздные. А пока можно лишь констатировать очевидное: даже попав в беду, директор Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков генерал Черкесов ничего не понял и ничему не научился. Иначе бы не писал, воюя с русским языком, о неких злоумышленниках, готовых "безоглядно критиковать "чекистский" крюк и в итоге, сломав его, обрушить общество в новый социально-политический кризис". Кризис - это наши будни, как и чекистская шизофрения, постепенно переходящая из вялотекущей стадии в острую. Вырвать этот крюк - спасти страну. И чем скорее, тем лучше. В ином случае В.И. Даль надежд не оставляет: "Был бы крюк, а веревка найдется".

Досье: Война спецслужб

Илья Мильштейн, 10.10.2007


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей