О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: https://grani-ru-org.appspot.com/opinion/limonov/m.178304.html

статья Мы не анонимы

Эдуард Лимонов, 24.05.2010
Эдуард Лимонов. Фото с сайта "Радио Свобода"
Эдуард Лимонов. Фото с сайта "Радио Свобода"
Реклама

Мы с вами знаем, что в первые часы утра 9 мая на шахте "Распадская" произошла трагедия. Что был один взрыв, а за ним другой, в то самое время, когда в шахту послали спасателей. Один из моих охранников, кемеровский, рассказал, что среди спасателей оказался его родственник, 30 лет, семьи, слава Богу, нет еще.

Пока шахтеры задыхались на глубине, в метановом аду, пока горели, по всей России шел праздник 65-летия Победы. Победу праздновать надо, но ведь трагедия шахтеров случилась сегодня, а Победа давно, можно было ограничиться парадом, а затем отменить всепьянейшие народные гулянья. Однако руководители нашей страны тактичностью никогда не отличались. Потому продолжали плясать, оскорбляя шахтеров. Президент Медведев не оказался тактичнее президента Путина, некогда лениво так и не оторвавшегося от отдыха в Сочи по случаю трагедии подлодки "Курск". Как возбужденный дискотекой школьник, выскочил на сцену в Москве Медведев, глаза горят восторгом… А шахтеры внизу, в брюхе шахты помирали.

Путин знал, что произошло. Вторым взрывом смело даже надшахтные постройки, так что внутри в живых явно никого не осталось. Но тянули с объявлением о трагедии, притворно-заботливо опекали и допекали ветеранов. Словом, сволочная история... Можно было бы и покаяться, промямлить пару фраз - дескать, "хотели как лучше, не успели понять, что получится как всегда". Ничего такого не произошло, никаких извинений за государственного масштаба бестактность, за оскорбление, не было. Стали бросать обещания погасить деньгами скорбь близких.

14 мая в Междуреченске у здания администрации собрались жители города. За пять дней после трагедии они уже поняли, что ветер не дует никуда, что дадут какие-то деньги - и жизнь по-прежнему побежит по накатанной, новые смены будут садиться в клеть подъемника, чтобы опуститься в шахту, каждый раз гадая, состоится ли свидание со смертью. За эти пять дней на шахтеров вылили всю грязь, какую могли: получилось, что именно шахтеры виноваты, в погоне за рублем дескать заматывают "датчики" (слово это мигом облетело все СМИ) тряпками, чтоб не видеть показателей содержания метана в шахте. Представили шахтеров и жадными, и глупыми.

И вот они стоят у администрации и пытаются выразить и горе, и негодование, и обиду, и протест. Потребовали губернатора, а губернатора не дали, вышел мэр Междуреченска, от которого ни шахта, ни условия труда не зависят. Постояли, понегодовали. И, получается, все, нужно по домам. Несколько сотен не пошли по домам. Пошли выразить протест. Перекрыли железнодорожный путь. На них выпустили ОМОН. В ОМОН полетели камни, поскольку ОМОН стал избивать шахтеров. Сколько раненых было со стороны шахтеров, бог весть, у омоновцев не то семь, не то семнадцать, по-разному власть заявляла. 28 протестующих арестовали.

Только после этого приехал губернатор. Аман Тулеев, такой же тяжелый, самолюбивый, упрямый, полный тяжести своего достоинства, как московский Лужков. Тулеев сказал, что шахтеров среди задержанных всего двое (чуть позже он сказал, что нет ни одного шахтера среди них), что "понаехали", что "молодежь подогрели", что среди перекрывших были криминальные авторитеты, а руководил всеми якобы некий Герасимов, находящийся в розыске. Я не верю таким губернаторам, как Тулеев или Лужков. Тулеев пригрозил уголовными делами против всех задержанных. Но, видимо, более современная, чем Тулеев, Москва приказала всех выпустить, боясь, что хуже будет, что шахтеры пойдут освобождать товарищей силой. Выпустили, и даже Герасимова, хотя если он в розыске, то не могли выпустить. Значит, не в розыске, значит, губернатор не то говорит.

Далее в Интернете появились сообщения от имени некоего "Союза жителей Кузбасса". То, что никто доселе не слыхал об этой организации, еще не доказывает, что таковой нет. Она имела право родиться, да хоть бы и 15 мая, да хоть бы и 16 мая. Все организации когда-то рождаются. Даже если организация предполагала родиться в день 22 мая, в который к 16 часам она призвала выйти граждан одновременно во многих городах Кузбасса, то и в этом нет ничего предосудительного. Предположим, что трое-четверо друзей решили представиться "Союзом граждан Кузбасса", разместили в Интернете заявление, ультиматум к властям, требования, а "Союза" еще нет. Так тоже можно, мы живем в век Интернета.

Власть не выполнила, конечно, никаких требований, поскольку она вообще требований не выполняет, а уж требования анонимов сам бог ей велел не выполнять. (Задержанных выпустили по другим причинам.) Однако, не выполнив требований, власть приняла меры, приготовилась. В Междуреченске завила о проведении у здания администрации, если не ошибаюсь, спартакиады соцработников, в других городах (а всего "Союз" заявил, что проведет митинги в полутора десятков городов Кузбасса) выпустили детей и самодеятельность, по примеру лужковского московского правительства.

22 мая на улице Весенней в центре Междуреченска играли в футбол, в хоккей с мячом, видимо, тулеевские чиновники. Человек тридцать шахтеров пришли и стояли разрозненными группами, разговаривали. В Междуреченск прибыли, говорят, два странных человека: майор Дымовский и целитель Грабовой, лучше б они не прибывали. Куда они подевались 22 мая, никто не знает. В Новокузнецке, по слухам, некие люди перекрыли главную улицу города. И все... ОМОН (только в Междуреченск согнали 500 омоновцев) оказался не нужен.

Между тем "Союз" поддержали протестные силы всей страны. В некоторых городах прошли акции в поддержку ожидавшегося протеста шахтеров. Оппозиционные организации страны выразили свою поддержку сразу же после трагедии.

Уроки следует извлечь. Анонимные лидеры не смогут никогда поднять народ на проведение акций протеста. Обязательно должны быть во главе движения фигуры из плоти и крови, своим личным примером вдохновляющие протестующих. Лидеры обязаны на виду у всех лично взять на себя ответственность за происходящее, обязаны рисковать собою более чем простые граждане, участвующие в протесте. К моменту выхода на площадь, выхода на конфликт с властями, лидеры или лидер уже должны обладать большим авторитетом. Чем выше их авторитет, тем больше людей придет. Выход на площадь в условиях полицейского государства равносилен участию в атаке в условиях войны. Первыми в атаку всегда вставали два-три человека: политрук и командир подразделения. А уж за ними, выскочившими из окопа, шли десятки храбрейших, сотни храбрых, а затем выливалась кипящая лава солдат.

Идут за личностью, идут за примером храбрости. Шахтеры потому не вышли из окопов своих квартир, потому что не было впереди командира, вышедшего первым. За анонимами ходят разве что на флэшмоб какой-нибудь, самый неопасный.

Всем, следящим за развивающимся движением-31, сообщаю, что власть продолжает политику конфронтации с нами, что митинг 31 мая в 18 часов на Триумфальной вновь не согласован. И что опять, без стеснения от собственной лживости, московское правительство сообщило, что на Триумфальной 31 мая будут проводиться "культурно-массовые мероприятия". Культурно-массовые мероприятия forever. Всем, кто надеялся на крепкие руки и храбрые сердца шахтеров (а до этого надеялись на калининградцев, а еще до этого на Владивосток), следует уже наконец понять, что самые разумные протестные действия, самые долгосрочные и самые перспективные, происходят в Москве, рядом с вами, на Триумфальной, каждое 31-е число. И не надо презирать борьбу за свободу собраний, почему-то видя ее как второстепенную в сравнении с борьбой за зарплату. Все как раз ровно наоборот: свобода важнее хлеба.

31 мая в 18 часов, выйдя из ваших квартирных окопов, вы увидите на Триумфальной Людмилу Алексееву, Константина Косякина и меня. Мы не анонимы.

Эдуард Лимонов, 24.05.2010


в блоге Блоги
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей