О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: https://grani-ru-org.appspot.com/War/m.133183.html

статья Переоценка базовых ценностей

Борис Соколов, 05.02.2008
Борис Соколов. Фото с сайта www.open-forum.ru
Борис Соколов. Фото с сайта www.open-forum.ru
Реклама

С недавних пор база данных о советских военнослужащих, погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны, доступна любому желающему в Интернете. Вне всякого сомнения, это большое дело. Только архивных документов пришлось отсканировать 9,8 млн листов. Теперь многие наши соотечественники и граждане государств бывшего СССР могут найти там своих родных и близких, узнать хоть что-то об их судьбе. Что и говорить, жаль, что эти сведения не были доступны в первые послевоенные годы: тогда было бы гораздо проще как пополнить базу недостающими именами, так и прояснить судьбу многих пропавших без вести. Но лучше поздно, чем никогда.

Как сообщил глава Военно-мемориального центра ВС РФ генерал-майор Александр Кирилин, база данных основана на хранящихся в Центральном архиве Министерства обороны донесениях боевых частей о безвозвратных потерях и картотеке учета советских военнопленных, а также на документах фонда "Паспорта захоронений" из Военно-мемориального центра. Правда, в электронную базу пока загружено только 17,19 млн персоналий из 18,9 млн имеющихся. Остальные будут добавлены несколько позднее. Но и то хлеб.

Я попробовал использовать базу для кое-каких разысканий. Начал с отца моего покойного отчима - Олега Григорьевича Лемтюжникова. Он, сам ветеран Великой Отечественной, не раз говорил мне, что его отец, офицер Григорий Лемтюжников, сгинул бесследно в Курской битве. Его последнее письмо было отправлено как раз накануне немецкого наступления. Никаких извещений о том, что он погиб или пропал без вести, семья не получала, но в гибели его не сомневалась. Замечу, что Лемтюжников - фамилия редкая: достаточно сказать, что еще в 1970-е годы все Лемтюжниковы, проживавшие в Москве, были родственниками моего отчима. Неудивительно, что в базе данных Лемтюжниковых нашлось всего пятеро, но ни одного Григория среди них не было.

Заодно решил проверить, сколько среди Лемтюжниковых "дублей" - повторных упоминаний одних и тех же лиц. Чтобы официальные цифры безвозвратных потерь в Великой Отечественной войне - 8 668 400 погибших советских военнослужащих - соответствовали истине, из 18,9 млн персоналий, содержащихся в базе данных, не менее 46% должно приходиться на "дублей". И это только в том невероятном случае, если допустить, что в базу данных попали все погибшие и пропавшие без вести, в том числе 1,8 млн вернувшихся в СССР пленных и 0,9 млн соединившихся со своими окруженцев. Если же в базу попали не все безвозвратные потери, а также не все уцелевшие пленные и окруженцы, то процент дублей должен быть еще выше.

Среди Лемтюжников предполагаемый дубль оказался только один. Тут упоминаются два Николая Васильевича Лемтюжникова. Один - красноармеец, 1901 г. рождения, член ВКП(б), уроженец Калуги, призванный Кировским райвоенкоматом г. Красноярска Красноярского края и пропавший без вести в декабре 1942 г. У него осталась жена Лемтюжникова Ольга Петровна, проживавшая в Калуге, на Советской улице, 55. Другой - тоже красноармеец, 1901 г. рождения, родившийся в Красноярском крае, на правом берегу Енисея, умерший в эвакогоспитале 2346 17 декабря 1942 года (в справке, основанной на первичном документе и помещенной в базе данных, ошибочно сказано 17 июля 1942 г.). Его родные проживали по адресу: Красноярский край, правый берег Енисея, среди родных упоминалась только О.П. Лемтюжникова. Нет сомнений, что в данном случае речь идет об одном и том же человеке, который, вне всякого сомнения, умер от ран.

Этот пример, между прочим, доказывает, что для проверки во всех случаях приходится обращаться к первичным документам. Разница же в месте рождения объясняется тем, что в первом случае оно названо со слов жены, в 1946 году разыскивавшей мужа и, видимо, не знавшей точно, где тот родился.

Я также решил проверить, есть ли в базе некий Авенир Михайлович Хускивадзе, над чьей биографией я сейчас работаю. Он является героем книги израильского историка Арона Шнеера "Перчатки без пальцев и драный цилиндр" (в нашей стране она издавалась под названием "Из НКВД в СС и обратно"). Хускивадзе убедил Шнеера, что он был советским нелегальным разведчиком, засланным в Германию в 1937 году, а в 1939 году поступившим в лейбштандарт СС и дослужившимся там до чина штурмбанфюрера. Мне же было известно, что Хускивадзе попал в плен к немцем только в июле 1942 года под Воронежем, будучи артиллерийским командиром Красной Армии.

Я решил проверить, есть ли А.М. Хускивадзе в базе данных потерь. И действительно там нашелся старший лейтенант Авенир Михайлович Хускивадзе, член ВЛКСМ, родившийся в 1918 г. в Москве. Он числится пропавшим без вести. К этому моменту Хускивадзе был заместителем командира батареи 526 легкого артиллерийского полка. Искала его Мария Георгиевна Солдатова, в 1944 г. проживавшая по адресу: Москва, Авиамоторная, д. 4, корп. 4, кв. 7.

Всего с фамилией Хускивадзе в базе данных оказалась 21 персоналия. Среди них оказалось 4 бесспорных дубля (причем речь идет об одном и том же человеке). Есть еще один случай, который может также быть дублем, однако определить это на основе имеющейся в базе данных информации невозможно.

Пойдем дальше. Я решил проверить, есть ли в базе известные советские военачальники, погибшие в годы войны. Начал с генерала армии, Николая Федоровича Ватутина, 1901 г. рождения, командующего 1-м Украинским фронтом тяжело раненого в январе 1944 г. в стычке с бойцами Украинской повстанческой армии и умершего в Киевском госпитале 15 апреля 1944 г. В базе данных оказался один Николай Федорович Ватутин, 1900 года рождения. Но он был всего лишь рядовой и пропал без вести еще в мае 1943 г. Всего Ватутиных в базе оказалось 300, считать дубли среди них - дело долгое. Дублей среди них оказалось 66. Офицеров же было 15 персоналий, или 5% от общего числа, причем среди них не оказалось ни одного дубля. Если же исключить дубли, то доля офицеров составит 6,4%, т.е. на одного погибшего офицера приходится 14,6 рядовых. К слову сказать, чтобы были верны официальные цифры, доля офицеров среди погибших должна достигать 11,8%, то есть на одного погибшего офицера в среднем должно приходиться 7,5 рядовых.

Далее я набрал генерала армии Ивана Даниловича Черняховского, командующего 3-м Белорусским фронтом. Он, как хорошо известно, был смертельно ранен в Восточной Пруссии 18 февраля 1945 г. и умер еще до того, как его успели доставить в госпиталь. Его в базе не оказалось, как и вообще не оказалось лиц с фамилией Черняховский.

Пойдем дальше. Набрал генерала армии Дмитрия Григорьевича Павлова, 1897 г. рождения, бывшего командующего Западным фронтом, расстрелянного 22 июля 1941 г. вместе с другими генералами за то, что они якобы "проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт" (в 1956 году их реабилитировали). В базе данных оказалось 24 Дмитрия Григорьевича Павлова, но генерала армии Павлова среди них нет. Зато дублей нашлось целых 5.

И последним наудачу я попробовал генерал-полковника Михаила Петровича Кирпоноса, командующего Юго-Западным фронтом, погибшего 20 сентября 1941 года при попытке прорваться из киевского котла. И он в базе данных оказался. Всего же Кирпоносов здесь нашлось 5, из которых две персоналии оказались дублями.

Получается, что всего из просмотренных мной персоналий по достаточно случайной для данной цели выборке дублей оказалось только 78 из 355, то есть 22,0%. Конечно, выборка слишком мала, чтобы делать какие-либо безусловные выводы. Но, с другой стороны, из шести персоналий, которых мы искали, все были генералами и офицерами, потери среди которых считали гораздо точнее, чем среди рядовых. Из них пятеро заведомо погибли или попали в плен. Однако в базе данных удалось найти только двух из шести - всего 33%.

Можно предположить, что число дублей значительно меньше половины общего списка потерь в базе данных, а с другой стороны, несомненно, что весьма многие из тех, кто погиб или пропал без вести, в эту базу не попали. Так что официальные данные существенно занижены и исследование проблемы советских военных потерь в Великой Отечественной войне необходимо продолжать.

Для дальнейшей работы с базой данных о потерях надо бы расположить в ее электронной версии персоналии с одной и той же фамилией строго в алфавитном порядке имен и отчеств (сейчас они расположены хаотично). Это сильно облегчило бы поиск дублей.

Борис Соколов, 05.02.2008

Фото и Видео

Реклама




Выбор читателей