О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

статья Первый в аду

Илья Мильштейн, 16.07.2014
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Реклама

У этой истории долгое эхо, безутешный пронзительный вой. Хотя пора бы и привыкнуть, и в рамках беспристрастного экспертного анализа просто констатировать, что нынешний российский агитпроп никак иначе и не может функционировать. А только по нисходящей, погружаясь в геенну огненную, и остается лишь гадать о том, что нам расскажут дальше, после вот этого всего. Ярош уже побеждал на украинских выборах, американские вертолеты зависали над Днепром, трупы ополченцев продавали госдепу на органы, ребенка распинали - это ведь еще не предел, правда же?

Да, но все-таки важно понять, что это было – на Первом телеканале. Избегая по возможности грубых моральных оценок, но пытаясь разобраться в происходящем. Напрашивается простая конспирологическая версия. Сперва, за три дня до Константина Эрнста, про "эскалацию геноцида" в Славянске сообщил прославленный наш философ Дугин, и начальство в Москве сделало стойку. Потом заведующая Южным бюро получила редакционное задание: найти свидетеля и обличить зверства карателей. Искать пришлось долго, но кто хочет – тот добьется, и вот в кадре, после двух-трех репетиций, появилась Галина Пышняк. Слегка расходясь в деталях, она по сути верно пересказала все, что мир узнал от философа.

То есть налицо чистый "Геббельс", талантливый, как мы слышали, человек, сюжет изначально постановочный, на войне как на войне, и многих еще наградят, вот увидите. А на тот случай, если враги-мазохисты, которые с русофобскими целями смотрят кремлевские телеканалы, приедут в Славянск и разоблачат ложь, ведущий подстелил соломки. "Разговор с Галиной оставил сложное чувство, – сказал он, предваряя репортаж. – Сердце не верит, что такое вообще возможно".

Сердце не верит, а микрофон работает, да.

Однако возможно и другое объяснение, которое кажется мне более реалистичным. С Дугиным, который в последнее время тщетно призывает вводить войска и убивать украинцев, раздражая главнокомандующего, почти не связанное. Все могло быть проще и на свой лад страшней.

Юлия Чумакова отправилась в Славянск. Случайно познакомилась с полоумной несчастной беженкой, женой беркутовца, которая поведала ей про "тварей", которые "жен насиловали и детей убивали". А теперь представьте, что вы корреспондент Первого канала, да еще завбюро, которому достался такой эксклюзив.

Вы можете ни на грош не верить собеседнице, но не можете не давать материал в эфир. Потому что боитесь не верить. Потому что дикое ее повествование слишком уж совпадает с теми установками, которые получены еще в ноябре, да и в блогах пишут про украинских эсэсовцев-живодеров. Как его, Дугин написал, а ведь он профессор. Потому что она, эта Галина, пойдет и еще кому-нибудь расскажет свою беспощадную правду, и вас, чего доброго уволят за недоносительство истины. Короче, катастрофа, и Чумакова записывает рассказ беженки, тупо повторяя один и тот же вопрос "а вам не страшно?", и перегоняет запись в Москву, где тоже до смерти боятся скрыть от народа и начальства тайну распятия славянского младенца.

Теперь от Эрнста ждут извинений, и самые прекраснодушные из коллег душой болеют за "Константина", который до сих пор, представьте себе, сумел "не замараться, не перейти в разряд презираемых". Он скоро вернется из отпуска и, ужаснувшись содеянному, покается и даже "объявит выговор кому-нибудь". Вызовет эту вот Чумакову на ковер, руки не подаст, скажет "как вам не стыдно, девушка!". Смеяться над этим грешно, и мучиться, гадая, чем Эрнст выгодно отличается от Кулистикова, Добродеева и рабочей династии Габреляновых, тоже не надо. Как и ждать извинений.

Ожидать следует, повторюсь, только новых сюжетов под рубрикой "Больше ада".

Ибо государствообразующие СМИ в путинскую эпоху стали не только коллективным организатором и дебилизатором, но и генератором правильных, полезных слухов. Раньше этим занимался КГБ, не чуждый нынешнему президенту, внедряя в сознание граждан информацию о том, например, что московское метро взорвали диссиденты-правозащитники, или про тайного еврея Солженицына, который в годы войны служил немцам. В газетах такого не печатали, и по телевизору тоже не говорили. Преобладало, наряду с прекрасными песнями Пахмутовой, вранье солидное, многословное, нарядное. Вранье, которое звало в дорогу, а не в петлю вешаться.

В эпоху интернета и суверенных путинских свобод концепция изменилась, и торжествует не буква, но цифра. О том, что бандеровцы сотворили в Славянске, узнали десятки миллионов. О том, кто такая Галина Пышняк и про то, как прокомментировали ее рассказ жители Славянска, – хорошо если сотни тысяч. Вот и решайте, надо ли Эрнсту извиняться и что ему за это будет, если он огорчит такое количество верных своих телезрителей. Если он посеет сомнения в душе соборного путинского большинства. Если он посмеет раскритиковать Чумакову.

У этой истории долгое эхо, но оно уже постепенно затихает, чтобы смениться какой-нибудь свежей сногсшибательной новостью. Ад - это место, где включен телевизор, и наш корреспондент, широко распахнув глаза и заранее трепеща, задает следующий вопрос.

Илья Мильштейн, 16.07.2014

Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей