О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

статья Попишу, сука!

Илья Мильштейн, 15.01.2009
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

На сайте khodorkovsky.ru эта свежая история из жизни российской Фемиды подается с той однозначностью, которая вроде бы ни малейших возражений не вызывает. Дело Ходорковского-Лебедева "зашло в глухой тупик и близится к окончательному развалу". Не зная, что предпринять, власть доходит до маразма. Только этим и можно объяснить нелепый иск, который полуграмотный зек Кучма подал в Мещанский столичный суд, обвиняя отца четырех детей Ходорковского в сексуальных домогательствах и требуя с него полмиллиона рублей.

Если кто забыл, сей однофамилец экс-президента Украины три года назад пытался зарезать экс-олигарха в колонии, но не сумел. Никто тогда ничего не понял кроме того, что в лагерях у нас сидят не только хорошие люди, но и бандиты. Теперь, как можно догадаться, Кучма вспомнил, что толкнуло его на это преступление. Он захотел денег и примерно подсчитал, сколько стоит его мужская честь.

По мнению адвокатов Ходорковского, речь идет о "политтехнологическом проекте", который "в полной мере отражает интеллектуальный и моральный уровень его сценаристов и постановщиков". То есть сидит где-нибудь в администрации президента человек, специально назначенный для того, чтобы отравлять жизнь узникам "ЮКОСа". Он от рождения циник и идиот, и это многое объясняет в деле Ходорковского. От захвата в стиле войсковой операции до приговора. От нового суда до отказа в условно-досрочном освобождении в связи с тем, что приговоренный не освоил профессии швеи-мотористки. А сегодня уже и до Кучмы с гомосексуализмом дело дошло. Моль на выдумки хитра.

Это возможная версия, но в ней есть отдельные изъяны. Например, весь ход процесса над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым показал, что проблемы с доказательствами вовсе не мешают нашим судам выносить единственно верные решения. Так было - так будет, покуда существует этот режим и сводит счеты со своими врагами. Наконец, соединение цинизма с идиотизмом - редчайшее явление в человеческой природе. Я же думаю, что политическими судами у нас ведают люди преступные, безжалостные, но неглупые. Кучма для них - это не тот уровень.

Поэтому в связи с новым делом вспоминается событие давнее, полузабытое. Даже еще более давнее, чем нападение уголовника на Михаила Борисовича. Имею в виду выступление деятелей культуры, которые три с половиной года назад вступились за власть, суд, прокуратуру и Закон (это слово они написали с большой буквы) - применительно к делу Ходорковского.

Я тогда пытался постичь, зачем они это сделали, для чего замарались, - да так и не понял и до сих пор блуждаю в потемках. Ну разве что для того, чтобы проявить солидарность с Кремлем, расписаться в преданности. По-видимому, есть такой тип людей, для которых это важно. Ну и польза, само собой, была, поскольку определенного рода патриотизм всегда у нас востребован. Сегодня почти все они, как говорится, в шоколаде - не вылезают из "ящика", успешно торгуют модной одеждой, кормят посетителей своих пафосных ресторанов, сами вкусно едят и видят сны, не отягченные кошмарами.

С Кучмой еще проще. Неизвестно, как сиделось после покушения на Ходорковского этому страдальцу, но мысли его вдруг двинулись в правильном направлении. За клевету на Ходорковского его не привлекут. Чем бы ни кончился процесс в Мещанском суде, он не прогадает. Еще раз ударить олигарха, не ножом так бумажкой, - за это у нас гражданин начальник может только похвалить. С глумливой свойской усмешкой или с непроницаемым лицом - тут уж какой начальник попадется. Как повезет.

Если верна эта версия, то она сближает хитреца Кучму с деятелями культуры. Даже слегка приподнимает над ними. Они ведь подписывали свои письма на воле вольной от полноты душевной, от избытка любви к юриспруденции, а наш герой неоднократно пострадал от Закона. Но не озлобился, а проникся доверием к начальству и непримиримой ненавистью к расхитителям капиталистической собственности. Подобно деятелям, он тоже не может молчать, верно угадав, кого вчера, сегодня и завтра можно безнаказанно бить, оскорблять, оговаривать. И резать без ножа.

Илья Мильштейн, 15.01.2009


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей