О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Беларусь
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: https://grani-ru-org.appspot.com/Politics/Russia/m.157274.html

статья Крест, звезда и свастика

Николай Митрохин, 16.09.2009
Николай Митрохин. Фото: Радио Свобода
Николай Митрохин. Фото: Радио Свобода
Реклама

Масштаб дискуссии в церковной среде по поводу сборника статей протоиерея Георгия Митрофанова "Трагедия России: "запретные" темы истории ХХ века", прямо скажем, удивил. Ежегодно десятки священников РПЦ издают книжки, в которых делятся с публикой разнообразными мыслями. Некоторые имеют что сказать по поводу русской истории. Мнения разные, но апологетика белого движения или черной сотни, не говоря уж о монархической эмиграции, - дело обычное. Уровень профессиональной (да и публицистической) квалификации этих мыслителей таков, что за пределами церковной ограды читателей у них найдется немного. Отец Георгий имел до скандала статус довольно высокий - был членом Синодальной комиссии по канонизации и профессором Санкт-Петербургской духовной академии, но и там, и там он такой "писатель" далеко не единственный.

Книжка его, собственно, историческим сочинением не является. Это сборник популяризаторских статей и проповедей обо всем "белом" - от Добровольческой армии и генерала Корнилова до Ельцина и Солженицына. Однако внимание публики привлекла только та ее часть, где речь шла о генерале Власове - в память которого священник прочел пару проповедей, хваля покойного и его сподвижников за сознательный антибольшевистский выбор.

И что? Подобных книжек издавалось и переиздавалось в 1990-е годы немерено. Энтээсовская еще литература такого плана входила, да, наверное, и входит в качестве дополнительного чтения в вузовские курсы по истории СССР ХХ века. Не всюду, конечно, не у всех преподавателей - может, кто в последние годы и стал такую точку зрения скрывать, - но необычной она не является.

Более того, для многих интересующихся отечественной историей она является вполне естественной и приемлемой - так же, как для других единственно верными остаются "сталинистская", "хрущевская" или "сусловская" интерпретации. Недаром же на церковном кладбище у метро "Сокол" десять лет, если не больше, простоял себе спокойно памятник 17-й казачьей дивизии "ваффен СС", и если бы не левые радикалы, возбудившиеся на кусок гранита, стоял бы дальше. Да что там - духовник РОА протоиерей Александр Киселев по личному приглашению патриарха Алексия II, чьим наставником он был в молодости, в начале 1990-х вернулся в Россию и до конца жизни главы РПЦ пребывал в патриаршей резиденции в Даниловом монастыре, активно участвуя в церковной жизни.

Однако если взглянуть на проблему с точки зрения актуального политического, не побоюсь этого слова, дискурса, книга - точнее, развернувшийся вокруг нее церковно-общественный скандал, - ставит существенный вопрос: а какая на самом деле нынче у господина Медведева политика в отношении советской истории?

С господином Путиным уже на первом сроке ситуация стала понятна - он неожиданно оказался сторонником гневно порицавшейся еще товарищем Лениным политики "единого потока". Той самой, которая гласила, что для нации все ее прежние гении и злодеи одинаково ценны и одинаково важны. Отсюда Деникин с Ильиным, перелетающие в гробах на историческую родину и погребаемые заново под звуки старо-нового гимна. И "Архипелаг ГУЛАГ", дополняющий отныне в школьном курсе сталинистский учебник кремлевского референта Саши Филиппова, из той же серии.

В отношении Медведева такой ясности нет. Последнее его обращение к обществу справедливо было оценено одной общественной деятельницей как "действительно антисоветское". Результаты великого социального эксперимента, иначе говоря, коммунистической диктатуры президент посчитал не слишком удачными, отметив, что число жертв было излишним.

Ну хорошо, а какие из того могут последовать выводы? Вот, например, может ли народ оказывать сопротивление подобной диктатуре? Не только пока она только устанавливалась и в ответ возникло белое движение - а потом? Как, например, насчет торжественного перезахоронения Антонова в Тамбове? Или появления на зданиях бывших областных, районных, городских управлений ВЧК-ОГПУ-НКВД скромных табличек: "Здесь в 1918-1929 годах убили по социальному признаку и в таком-то лесу закопали столько-то человек. А про тех, кого мы убили в 1930-1939 годах, читайте по такому-то адресу".

Или чтоб памятничек небольшой, можно в половину человеческого роста, но чтобы стоял в привокзальном скверике - в память о том, сколько народа тут в 1931-м или 1944-м под охраной депортации дожидалось. Чтобы помнили не только генералов и знаменитых писателей, а типа тот самый народ, о котором власть у нас вроде как заботится неустанно. И может, реабилитировать заодно всех тех, кто с обрезом или винтовкой старой свое имущество или свою церковь защищал, а их потом в бандиты записали?

Современные интернет-борцы с генералом Власовым, а также присоединившийся к их хору лубянский архимандрит Тихон (Шевкунов) любят говорить, что, дескать, непатриотично было идти против Сталина с немцами. При этом у большинства из них не вызывает никакого протеста гламурный фильм про Колчака, который в течение семидесяти лет описывался в СССР так: "Мундир английский, погон французский, табак японский, правитель омский". И правда, белое движение активно сотрудничало в своей борьбе против большевизма с другими государствами. Как правда и то, что войска этих государств оккупировали отдельные части бывшей Российской империи. Как правда и то, что в Красной Армии и большевистском аппарате подавления было немало иностранцев. Как правда и то, что борьбу с Гитлером СССР вел не только в союзе с США и Великобританией, но и в значительной степени на их средства и с использованием их материальных ресурсов. Как правда и то, что в войне Советский Союз использовал подразделения, состоящие из граждан других стран, которые позднее в некоторых случаях вынуждены были устанавливать советский оккупационный режим на завоеванных территориях - например, в Польше и Чехословакии.

Все это было. И какую мораль можно из этого извлечь? Запоздало меряться с нацистами размерами концлагерей? Сравнивать шесть миллионов истребленных в лагерях смерти с полутора миллионами поставленных к стенке и пятью миллионами обреченных на голодную смерть и парой-тройкой миллионов замерзших и померших от цинги на лесоповале? Обсуждать, кто хуже бомбил города? И кто разрушительнее их штурмовал? Кто масштабнее грабил и насиловал? И что сжигать лучше - белорусскую деревню или чеченский аул?

Позиция РПЦЗ, остающейся церковью последовательных русских националистов и в значительной мере потомков власовцев, в этом плане другая. Оставим немцев, американцев и китайцев в стороне. Власов - это Россия. Точнее, провинциальная Россия - готовая при случае взяться за оружие, чтобы попытаться сбросить власть ненавистного директивного центра.

Высокопоставленный генерал, способный отказаться от воспитанного годами чувства принадлежности к имперской элите и возглавить сопротивление Москве, - это, может быть, слишком сильный образ для президента, рассказавшего на прошлой неделе народу, что узурпировавшие недавно власть чекисты возвращать похищенные свободы не собираются.

P.S. На пражском кладбище в Ольшанах соток восемь отведено под могилы советских солдат, умерших на территории Чехословакии летом 1945 года. Выстроенные в парадном строю, с табличками и хорошими проходами, они где-то к концу отведенного им участка аккуратно огибают небольшой памятник русским офицерам, умершим в пражских госпиталях в 1813 году. В сорока метрах, поближе к русской церкви, скромный, восстановленный недавно даже не памятник, а могильный камень неизвестным бойцам РОА генерала Власова, принимавшим участие в пражском антинемецком восстании. Оно освободило город до прихода советских войск и сохранило всю ту красоту, которой теперь любуются российские туристы. На 187 человек пять метров кладбищенской земли в длину, два в ширину. На церкви табличка от чешского правительства, в память обо всех русских эмигрантах первой волны кого НКВД в 1945-м депортировал из Чехословакии в лагеря и тюрьмы родины: "...и лишь небольшой горстке из них было позволено после долгих мучений вернуться назад, к своим семьям". Все скромно, тихо, запущено - одни уже отвоевали свое, другие отсидели свое и сами по себе никому уже не нужны.

Николай Митрохин, 16.09.2009

Фото и Видео

Реклама




Выбор читателей