О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

новость Для фигурантов второго севастопольского дела "Хизб ут-тахрир" запросили сроки 16 и 15 лет

19.10.2018
Нематджон Исроилов. Источник: krymsos.com
Нематджон Исроилов. Источник: krymsos.com
Реклама

В прениях сторон по второму севастопольскому делу "Хизб ут-тахрир" прокурор Владислав Кузнецов потребовал для Акрамджона Абдуллаева 16, а для Нематджона Исроилова - 15 лет строгого режима. Об этом сообщает корреспондент "Граней" из зала Северо-Кавказского окружного военного суда в Ростове-на-Дону.

Слушания по существу дела продолжаются с 24 мая. Разбирательство ведет коллегия под председательством Валерия Опанасенко. Наряду с Кузнецовым обвинение в процессе поддерживает прокурор Игорь Надолинский. Защищают подсудимых адвокаты по назначению: Абдуллаева - Александр Ярошенко, Исроилова - Никита Абрамов.

Исроилов страдает тугоухостью III степени. В этой связи все участники процесса говорят в микрофон, а к стеклянной камере подсудимых поставлена колонка.

Обвиняемые - граждане Киргизии. 42-летний Абдуллаев - этнический узбек, 50-летний Исроилов - таджик. В процессе участвует переводчик. Обвинительное заключение перед началом разбирательства было переведено на узбекский язык. Исроилов ходатайствовал о переводе документа на таджикский, поясняя, что узбекские юридические термины ему не знакомы. Прокуроры не возражали против ходатайства, однако судьи ответили отказом, обвинив политзека в злоупотреблении правом.

Как утверждается в деле, в Севастополе Абдуллаев и Исроилов поселились уже после аннексии полуострова: первый из обвиняемых в мае 2014 года, второй - примерно в ноябре. Между тем в Крым Абдуллаев прибыл еще до аннексии - в 2013-м.

Обоим фигурантам инкриминированы часть 2 статьи 205.5 (участие в деятельности террористической организации; от 10 до 20 лет колонии) и часть 1 статьи 205.1 российского УК (вовлечение в террористическую деятельность; в редакции, действовавшей на момент вмененных им эпизодов, - от 5 до 10 лет). Согласно фабуле дела, приехав в Севастополь "под видом трудовых мигрантов", Абдуллаев и Исроилов с ноября 2014 по 25 августа 2016 года - то есть до дня задержания - "умышленно осуществляли скрытую антироссийскую, антиконституционную деятельность в виде пропагандистской работы среди населения", направленной на создание всемирного исламского халифата.

Заседание в пятницу началось с ходатайств подсудимых о возобновлении судебного следствия. Абдуллаев заявил, что получил нечитаемую копию обвинительного заключения, а также потребовал исследовать запрещенную литературу, якобы изъятую у него при обыске, и исключить из дела показания свидетеля обвинения Аднана Масри. Исроилов поддержал ходатайство. Тем не менее судьи возразили, что "не усматривают обстоятельств" для возобновления судебного следствия, и открыли прения.

Прокурор Кузнецов в своей речи отметил, что членство подсудимых в "Хизб ут-тахрир" подтверждается показаниями ряда свидетелей. Один из свидетелей обвинения - Дмитрий Шультяев, бывший оперативник севастопольского управления СБУ, после аннексии Крыма изменивший присяге и перешедший на службу в ФСБ. На континентальной Украине против него открыто дело о дезертирстве; украинский суд санкционировал его задержание. Именно Шультяев "в результате оперативно-разыскных мероприятий выявил деятельность Абдуллаева и Исроилова и задокументировал их собрания", заметил прокурор.

Еще один свидетель - некто Ергашев (в деле фигурирует под псевдонимом Горбинов), который, как утверждается, добровольно прекратил членство в "Хизб ут-тахрир" и 15 августа 2016 года подал донос в УФСБ по аннексированным Крыму и Севастополю, а через семь дней после задержания Абдуллаева и Исроилова умер. Согласно оглашенным в суде показаниям Ергашева, он посещал занятия по изучению идеологии "Хизб ут-тахрир", которыми руководил Абдуллаев, и на этих занятиях Абдуллаев познакомил его с Исроиловым. Оба якобы сообщали, что "являются членами "Хизб ут-тахрир" уже 15 лет, несмотря на запрет".

Ергашев также утверждал, будто Абдуллаев рекомендовал ему найти в "Одноклассниках" группу "Халифат" и прочесть там выдержки из работ основателя "Хизб ут-тахрир" Такиюддина ан-Набхани (1909-1977).

Изложенные прокурором сведения о том, что Ергашев добровольно вышел из "Хизб ут-тахрир" и подал донос, а по делу проходил лишь как свидетель, вызывают серьезные сомнения. Первую публикацию о деле Абдуллаева - Исроилова поместил в конце октября 2016-го, через два месяца после ареста фигурантов, крымскотатарский активист Заир Смедляев. В этом же посте он сообщал, что, по неподтвержденной информации, в симферопольский СИЗО-1 отправили некоего пожилого мусульманина, страдающего онкологическим заболеванием, и он умер в заключении.

Также Кузнецов сослался на показания некоего имама Эскендера Меметова, который охарактеризовал "Хизб ут-тахрир" как организацию, "призванную дестабилизировать отношения между верующими, представляющую угрозу для мусульман". Как можно предположить, речь идет о крымскотатарском коллаборанте, занимающем пост главного имама Евпаторийского и Сакского регионов.

В числе свидетелей, которых в процессе допросили очно, были Масри, упоминавшийся Абдуллаевым в начале нынешнего заседания, и некий Абдурахманов. Тем не менее после допросов Масри и Абдурахманова прокурор огласил и показания, данные ими на следствии, так как их свидетельства, данные в суде, существенно расходились с первоначальными.

Аднан Масри - этнический араб. Как ранее передавала "Украинская правда", в первом севастопольском деле "Хизб ут-тахрир" одним из свидетелей обвинения был араб по имени Аднан. Сами осужденные и их защита высказывали уверенность, что это провокатор, завербованный ФСБ. Корреспондент "Граней" попытался уточнить у адвокатов Эмиля Курбединова и Эдема Семедляева, защищавших фигурантов дела, фамилию Аднана, однако оба юриста ответили, что ее не помнят.

Среди других свидетелей Кузнецов упомянул некоего Моргунова, который "подтвердил факт, что к Масри приходили посторонние люди", и двух понятых, заявивших об отсутствии нарушений при обыске у Абдуллаева.

Далее прокурор сослался на заключения экспертиз - фоноскопических, согласно которым на аудиозаписях в деле присутствуют голоса подсудимых, и лингвистических. В заключениях лингвистических экспертиз утверждалось, что в беседах, зафиксированных на аудио, Абдуллаев и Исроилов выступали с "высказываниями, направленными на вовлечение людей в "Хизб ут-тахрир" в целях создания всемирного халифата". Хотя Абдуллаев лишь отвечал на вопросы Масри, авторы исследования сделали вывод, что он "выступает в роли коммуникативного лидера, а Масри является вовлеченным". Кроме того, эксперты заявили, что в проанализированных высказываниях "содержится негативная оценка к президентам Путину и Асаду" (синтаксис оригинала).

Кузнецов также отметил, что Абдуллаев вел под псевдонимом страницу в "Одноклассниках", и этот аккаунт был включен в "группу сторонников "Хизб ут-тахрир".

Наконец, прокурор упомянул "запрос о правовой помощи в Республику Казахстан", на который был дан ответ, что Абдуллаев состоит на учете как приверженец международной исламской партии.

Запросив сроки для подсудимых, Кузнецов также предложил взыскать с них судебные издержки.

Прокурор Кузнецов известен участием в судах по сфабрикованным делам украинской пленной Надежды Савченко, обвиненного в терроризме гражданина Украины Алексея Сизоновича и мусульманок Юлдуз Алиевой и Анастасии Шилихиной, которым вменялось финансирование терроризма. Его напарник в нынешнем процессе Надолинский поддерживал обвинение на суде по ялтинско-алуштинскому делу "Хизб ут-тахрир", которое в августе после более чем полугода слушаний по существу вернули в прокуратуру.

Адвокат Ярошенко начал с того, что указал на нарушение в отношении Абдуллаева Европейской конвенции, согласно которой подозрение фигуранту уголовного дела должно быть разъяснено на его родном языке. Юрист заметил, что ФСБ, задержав Абдуллаева на работе, повезла его на обыск в его съемную квартиру вообще без каких бы то ни было объяснений.

Абдуллаев, продолжил Ярошенко, настаивает, что диски и литература, якобы изъятые у него, на деле ему не принадлежат. Свидетели по делу эти диски не просматривали, однако утверждали, что на них записан "вербовочный материал", указал адвокат.

Оперативник Шультяев на допросе, отметил Ярошенко, заявлял, что Абдуллаев и Исроилов были "установлены" после жалоб, поступивших от соседей. Тем не менее имен и фамилий соседей силовик назвать не смог.

Свидетеля Масри адвокат назвал агентом ФСБ, который "активно сотрудничал с правоохранительными органами, получая для них нужную информацию". В этой связи он призвал судей не принимать показания Масри во внимание.

Кроме того, Ярошенко заметил, что в действительности в беседах подсудимых, записи которых исследовались в процессе, никаких призывов к терроризму не высказывалось.

Адвокат также обратил внимание, что на иждивении у Абдуллаева находятся семеро детей и больные родители.

В заключение своей речи Ярошенко потребовал для своего клиента оправдательного приговора.

Сам Абдуллаев также заявил о своей невиновности. Он, как и адвокат, подчеркнул, что не хранил дома тех дисков и литературы, которые у него якобы изъяли при обыске (ранее сообщалось, что в числе прочего у Абдуллаева изъяли "Крепость мусульманина" - сборник молитв, не содержащий каких бы то ни было агрессивных призывов, который тем не менее включен в России в список экстремистских материалов).

"Характеристика участкового города Балаклава (в черте Севастополя. - Ред.) - неправда, ложь, - продолжил подсудимый. - Задержали меня незаконно, без адвоката. Характеристика из крымского СИЗО - ложь. С лингвистической экспертизой я не согласен полностью, я просил провести новую: аудиозаписи не были слышны и понятны. Свидетеля Эскендера Меметова мы не знаем".

Абдуллаев также выразил недоумение в связи с тем, что запрос относительно него был направлен в Казахстан, тогда как он уроженец и гражданин Киргизии. "В Киргизии меня бы тогда уже давно арестовали (если бы сочли причастным к "Хизб ут-тахрир". - Ред.)", - заметил подсудимый.

"Все материалы уголовного дела - сфабрикованы и сфальсифицированы, - заключил политзек. - Меня преследуют за мои религиозные взгляды".

Адвокат Абрамов расценил преследование Исроилова как абсолютно незаконное. Он отметил, что на следствии его клиенту не предоставили переводчика, а также упомянул отказ в переводе обвинительного заключения на таджикский.

"От Абдуллаева и Исроилова на представленных аудиозаписях мы не слышали терминов "мушрифы" (мушриф в "Хизб ут-тахрир" - руководитель одной или нескольких групп, в которых изучается идеология партии. - Ред.) и так далее, о которых говорил прокурор", - продолжил Абрамов.

"Свидетели сотрудничали со следствием и добывали противоречивые доказательства незаконным путем, - подчеркнул адвокат. - Масри задавал явно направленные вопросы и клещами вытягивал из Исроилова ответы. Скорее, Масри допрашивал Исроилова. Выводы экспертов также ложные - очевидно, что здесь нет обучения (идеологии партии. - Ред.). Из материалов дела видно, что показания, скорее всего, написаны под диктовку следователя: Масри излагает показания на великолепном русском языке".

"Это идеологическое преследование, и прав Абдуллаев, когда говорит, что его преследуют по идеологическим мотивам, - заметил Абрамов. - Нельзя ограничивать людей по взглядам. Кто-то верит в зеленых человечков, кто-то - в наступление Божьего царства следующей осенью, кто-то - в победу ислама".

"В суде вспоминали русскую литературу. По мнению прокурора, как в романе Достоевского, Исроилов и Абдуллаев были участниками ячеек, но они не похожи на Ставрогина и Верховенского. Они больше похожи на крестьян из "Воскресения" Толстого, которые не там читали Евангелие и их за это арестовали. Исроилов подлежит оправданию", - заключил Абрамов.

Сам Исроилов заявил: "Я не согласен с предъявленными обвинениями. Во всех протоколах на следствии были допущены грубейшие нарушения". Реплики в беседах, отметил он, были вырваны слова из контекста. "Мы не выступали против государственного строя и против общественности ничего не делали", - указал политзек.

Обвинение, продолжил Исроилов, основывается на показаниях Масри, "который заманивал нас к себе". "Его показания не должны быть приняты во внимание", - подчеркнул подсудимый.

"Показания Горбинова-Ергашева выплыли после его смерти, - далее заявил политзек. - У следователей было время для очных ставок, но они этого не сделали. Я писал ходатайство об обвинительном заключении (в данном случае правильно - о постановлении относительно привлечения в качестве обвиняемого. - Ред.) на таджикском, но это не учитывалось, хотя следователь видел мой паспорт. Я не понимал обвинение. Я не думал, что дело примет такой оборот, поэтому сидел и молчал".

"Прошу оправдать меня и учитывать, что наши близкие - дети и родители - нуждаются в нас", - заключил Исроилов.

По окончании прений судьи назначили обмен репликами, хотя ни обвинение, ни защита об этом не ходатайствовали. Объявлен перерыв для подготовки сторон к выступлениям. Следующее заседание запланировано на 25 октября, начало слушаний в 10 часов.

Второе севастопольское дело "Хизб ут-тахрир" крымский главк ФСБ возбудил 23 августа 2016 года. Два дня спустя Абдуллаева и Исроилова задержали, а 26-го числа отправили под арест. Во время следствия они пребывали в симферопольском СИЗО-1, а для участия в суде были этапированы в Ростов.

За два с лишним года дело так и не привлекло широкого внимания крымской общественности. В отличие от других дел "Хизб ут-тахрир", сфабрикованных после аннексии Крыма Россией, оно почти не освещалось в СМИ. Как можно предположить, ситуация объясняется тем, что Абдуллаев и Исроилов - не крымские татары и не граждане Украины.

19.10.2018


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей