О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:

статья Сентябрьские убийства

08.09.2009
Фото AP
Фото AP
Реклама

Прошло десять лет после страшных событий осени 1999 года. В ночь на 9 сентября в Москве взлетел на воздух девятиэтажный жилой дом на улице Гурьянова. Погибли 94 человека, 164 получили ранения. 13 сентября мощный взрыв разрушил восьмиэтажный дом на Каширском шоссе - 119 погибших. Через три дня в Волгодонске под развалинами дома погибают 17 человек.
22 сентября происходит странный инцидент в Рязани, где в подвале жилого дома обнаружены мешки с белым порошком и взрывное устройство. Власти объявили, что предотвращен очередной теракт, однако затем выдвинули другую версию - в Рязани проходили учения ФСБ.
На вопрос о том, кто организовал и осуществил взрывы жилых домов осенью 1999 года, ответа до сих пор нет. ФСБ немедленно углядела в деле "чеченский след", что позволило настроить общество в пользу новой войны в Чечне.
Убедительных доказательств этой версии как не было, так и нет. Закрытый суд над Адамом Деккушевым и Юсуфом Крымшамхаловым, обвиненными в организации терактов и приговоренными к пожизненному заключению, оставил больше вопросов, чем дал ответов. Можно ли спустя десять лет сказать, что в деле о взрывах 1999 года поставлена точка? Говорят Сергей Ковалев, Павел Фельгенгауэр, Михаил Трепашкин.

Сергей Ковалев, глава Общественной комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и проведения учений в Рязани в сентябре 1999 года:

Вопрос до сих пор в том, могла ли участвовать и участвовала ли на самом деле прямым или косвенным образом в этих кошмарных событиях власть. Гражданское общество не просто имеет право подозревать в таких вещах свою власть - оно обязано это делать. Эта обязанность гражданского общества следует из того, что бесконтрольная власть многое себе начинает позволять, у нее развязаны руки. Общественные подозрения - один из самых эффективных способов контроля над властью.

Если обратиться к истории российской власти, посмотреть, сколько крови у нее на руках, мало не покажется. Вряд ли мы найдем другие такие примеры. Фашистская диктатура в Германии за 12 лет - это щенки по сравнению с Иосифом Виссарионовичем и его сподвижниками. Гитлер всему научился у нас, ничего он сам не придумал. Ну разве что звериный антисемитизм, который обагрился кровью, - здесь он был впереди. Хотя государственный антисемитизм существовал и при Сталине, причем усиливался со временем. Не помри Иосиф Виссарионович, что последовало бы из "дела врачей", одному богу известно.

Что касается версии прямой или косвенной ответственности власти за террор 1999 года, единственный способ для власти избавиться от этих подозрений - опровергнуть их. Способ, указанный в законе: следствие и суд обязаны рассмотреть все без исключения версии преступления. Единственный способ для власти опровергнуть версию прямой или косвенной причастности государственных структур, спецслужб к этим терактам - рассмотреть ее подробно, прозрачно и публично. Только тогда это жуткое подозрение может быть опровергнуто. Однако власть почему-то не прибегла к этому диктуемому законом способу. Почему - не знаю.

Дело это развивалось, всплывали фигуранты - они до сих пор недоступны, хотя иные из них были в относительно публичной переписке с сотрудниками Березовского в Лондоне. Складывалось впечатление, что фигуранты в чьих-то руках и во что-то играют. Обвиняемыми же стали люди, по отношению к московским взрывам уж точно посторонние. Адам Деккушев и Юсуф Крымшамхалов - можно верить, что было доказано их участие в изготовлении взрывчатки и в ее транспортировке в Волгодонск. Они вроде бы говорили, что собирались взрывать не жилые дома, а какие-то военные объекты. Но это совершенно не доказано. А уж при чем здесь взрывы московских домов, вообще непонятно. К тому же позиции Деккушева Крымшамхалова заметно различались. Но они получили жестокое наказание и сидят себе.

Об известном рязанском деле и говорить смешно. Что наша комиссия может с уверенностью утверждать, так это что ни на один запрос ни один государственный орган - ни прокуратура, ни ФСБ - не ответили добросовестным образом. А это ведь были депутатские запросы. У нас сложилось твердое впечатление, что в подробном расследовании этих трагических событий власти никак не заинтересованы. Иногда это был отказ отвечать на запросы, дважды оспоренный мною в суде с одним и тем же результатом - разумеется, наш самый гуманный в мире суд отказался защитить право депутата знать то, что его интересует (право, прописанное в законе). Иногда это были полуиздевательские ответы совершенно не на то, о чем спрашивали, игры, виляние с общественной комиссией.

Нет никаких сомнений в том, что относительно Рязани власть откровенно врет. Согласно сбивчивым объяснениям, в Рязани, оказывается, был не взрыв жилого дома, а маневры, учения, устроенные для сотрудников спецслужб, между прочим, совместно ФСБ и МВД. Первая официально заявленная версия - террористы не унимаются и хотели еще и в Рязани взорвать дом - продолжала исходить от тогдашнего министра внутренних дел Грызлова. Тогда как его коллега по тогдашним "учениям" председатель ФСБ Патрушев вдруг сказал: ничего подобного, никакого теракта не было, это были учения. Как объяснить такое расхождение во мнениях у двух партнеров по этому плану?

Но этого мало. Нам, несмотря на три-четыре попытки, не удалось поговорить с экспертом-взрывником из Рязани - он всегда оказывался в командировке, даже в Новый год.

Объяснения тогдашнего уполномоченного по Рязани от ФСБ генерала Сергеева - это уж просто лепет - многословный, длинный, в котором концы с концами не сходятся. Например, он долго рассказывал нам о некоем человеке, который был его службой задержан и допрашивался. Этот самый человек оказался непричастным к взрывам и был отпущен, хотя он и был не в ладах с законом, но не по линии ФСБ. Генерал Сергеев говорил, что основная причина, по которой тот человек был задержан, заключалась в том, что он как две капли воды похож на "фигуранта" реально причастного к операции. Откуда генерал Сергеев знал, как выглядит "фигурант", если он энергично разрабатывал версию теракта? Такого рода нечленораздельное блеяние было в течение всей нашей беседы.

Почему сначала были обнаружены взрывчатые вещества, в частности, пресловутый гексоген? Эта версия объяснялась так, будто эксперт-взрывник приехал с оборудованием, которые побывало уже в Чечне, и на лотке этого оборудования лежала чеченская взрывчатка когда-то. Следы ее остались, насыпали туда сахара из рязанского подвала, и вот якобы получился гексоген. Это бред для третьеклассника.

Мы разговаривали с жильцами дома, теми самыми, которые только что с негодованием отзывались об этих самых учениях в программе Николая Николаева "Независимое расследование" на НТВ. Они наотрез отказывались говорить, и особенно энергично отговаривал их рассказывать что бы то ни было самый активный обвинитель власти. Тем не менее вот разговор с одной из очевидиц.

- Скажите, что же там все-таки было в этих мешках?
- Откуда нам знать - там было оцепление, нас держали вдалеке, и эти мешки грузили, не показывая. Я сожалею, было очень интересно узнать. Я спросила соседей: что же там было? Они мне: что ты так беспокоишься, видишь, высыпается из мешка, подойди и посмотри. Я подошла.
- Ну и что, это был сахарный песок?
- Да ну что вы, никакой не сахарный песок, какая-то серая пыль.
- А что за серая пыль? Может, металлические опилки, скажем, алюминиевые?
- Ну что вы, алюминий блестящий, а это серая тусклая пыль. Жалею, что не собрала в пакетик, надо было собрать и дать кому-нибудь, чтоб сказали, что ж это такое.

Женщина просто не знала, что напиленный алюминий как раз серый и тусклый.

Дальше мы встретились с первым милиционером, который спускался в подвал. Это был не тамошний участковый, а дежурный другого участка. Он сказал: я с вами разговаривать не должен, вы должны обратиться в наше управление по связям с общественностью. Мы его уговариваем, он не поддается. Я говорю, давайте так: отвечайте на те вопросы, на которые хотите и можете. Согласился. Рассказывает, как испугался, когда увидел проводочки, торчащие возле мешков, и какое-то устройство, как он медленно входил и быстро выходил из подвала, какая была паника. Хорошо, говорю, а вы видели, что было в мешках? - Видел.
- При вас была экспертиза?
- Да.
- Что, вам показалось, было в мешках?
- На этот вопрос я вам отвечать не буду.
- А что было в заключении эксперта-взрывника?
- И на этот вопрос я вам отвечать не буду.

По-моему, это очень яркие ответы.

По официальной версии, два патрона для запала были приобретены в охотничьем магазине. Мы пошли туда и убедились в том, что продажа боеприпасов производится только при предъявлении соответствующих документов - лицензии, охотничьего билета. У Льва Левинсона (член той же общественной комиссии. - Ред.) таких документов не было, а у меня был. Я спросил:

- Продадите?
- Продадим.
- А два продадите?
- И два.
- И вас не удивляет, когда покупатель приходит к вам покупать два патрона?
- Ну знаете, всякое бывает, мало ли, понимаю, что на охоту с двумя патронами не ходят, но мало ли какие нужды бывают у человека, может, он не может зарезать поросенка, а застрелить может, ну вот и купил.

Он сказал, что в сентябре прошлого года никто у них таких патронов и столько не покупал.

Вот вам еще один штрих, заставляющий понять, что врут власти. Должен оговориться: я не утверждаю, что какие-то спецслужбы намеревались взорвать дома; я утверждаю, что там, в Рязани, никакой план учений не исполнялся, это не были учения.

А оправдывающую власть незаконную, но все-таки не кровавую версию я могу придумать с ходу. Перед тем как вторую войну в Чечне начать, надо ж было объяснить населению, что наша новая власть бдит и стоит на страже безопасности этого самого населения, а боевикам, наоборот, неймется, они продолжают свою подрывную деятельность. А чтобы эту версию разыграть, надо было, чтобы не какой-то Картофельников, жилец дома, обнаружил странную погрузку странных мешков в подвал, а чтобы это сделали доблестные чекисты, а этого как раз не получилось. Поэтому они советовались-советовались - и вылезла версия "учений". Чудовищная версия! Что это значит вообще - учения на живых людях?

На вопрос, что я лично думаю о взрывах, происходивших осенью 1999 года, я скажу так: я не верю (по крайней мере не вижу никаких серьезных причин верить) в то, что эти взрывы были осуществлены спецслужбами. Мне страшно об этом подумать, думаю, они такого сами никогда не делают. Мне трудно представить себе, как какой-нибудь генерал отдает приказ какому-нибудь полковнику взорвать дом, а этот умудренный опытом полковник не говорит в ответ: "Слушаюсь, Василий Василич, но только выдайте мне письменный приказ, а то дело-то щекотливое".

Но мое личное впечатление: к организации всего этого в политических целях, чтобы поднять рейтинг будущего президента, ФСБ могла быть косвенно причастна. Эти взрывы сыграли важную роль в путинском электоральном триумфе. У людей этих есть масса способов чужими руками продвинуть нечто полезное для себя. А собственными усилиями - аккуратно "не заметить" того страшного, что вот-вот случится. Не следить оперативно за некими намерениями, попытками, а оперативно не вмешаться, даже напротив - подтолкнуть к этому. Разговаривать друг с другом на птичьем языке, а не на языке конкретных приказов - это они умеют. Мне кажется, это было примерно так.

Я могу ошибаться. Могу остановиться на версии бездарности наших спецслужб, которые непричастны к этому, но делали все так, чтобы это не было предотвращено и не было раскрыто. Можно ошибаться, но ясно одно: власть наша не желает открыть обществу глаза на то, что произошло. Вместо того чтобы опровергнуть подозрения, она желает их замутить, как часто бывало в Советском Союзе и повторяется теперь. Утонула подводная лодка. А что с ней стало? Утонула. Взорвали дома - ну и взорвали. А кто? Бандиты.

Павел Фельгенгауэр, военный эксперт:

Точка не поставлена, расследование не завершено, даже официальная версия - нам говорили, что это чеченцы, - не нашла своего полного подтверждения. До сих пор доподлинно не известно, кто были заказчики, и вообще очень много вопросов. При нынешнем политическом режиме добиться того, чтобы это дело расследовалось объективно, наверное, уже не получится, так и с массой других дел, таких как убийство Политковской. Фактические заказчики очевидно недоступны в любом случае. Но история учит нас: даже то, что тщательно скрывается, в итоге выходит на поверхность, как убийство Кирова, например. Рано или поздно что-то откроется.

Я и тогда говорил, и повторю сейчас: это безумно странная история. Не берусь спекулировать, но достоверных ответов до сих пор не получено - кто, зачем и почему. Это в отличие от истории 11 сентября в Америке, где уже понятно, кто заказывал и кто исполнял, как и с другими терактами на Западе, такими как взрыв в Оклахома-Сити (1995 год) или взрывы в Лондоне (2005 год). Когда аналогичные случаи происходят на Западе, они обычно расследуются должным образом и в конце концов выясняется, кто стоял за терактами и как они были осуществлены. А у нас сплошной туман.

Михаил Трепашкин, адвокат, бывший сотрудник ФСБ:

Точка не поставлена. Дело не закрыто, более того, оно и не начиналось раскрываться. Никто из лиц, конкретно причастных ко взрывам домов в Москве, не привлекался к ответственности. Пишут, что якобы дело раскрыто, виновные по суду понесли ответственность и отбывают наказание, имея в виду дело Крымшамхалова и Деккушева, двоих жителей Карачаево-Черкесии, которые, судя по материалам дела, якобы перевозили взрывчатку в Волгодонск. Но к Москве они отношения не имеют. Поэтому можно ли считать московское дело раскрытым? Нет. Мы так и не знаем, кто приводил этот план в исполнение и кто это организовывал.

По отчетам следствия, организатором был Ачимез Гочияев, а заказчиками - Эмир аль-Хаттаб и Абу Умар. В доказательство вины Умара приводят найденные у него в тетрадях схемы домов с обозначением мест, куда были заложены бомбы. Но те дома, которые обозначены в его схемах, ничего общего не имеют с архитектурой московских домов. К Москве их подтянуть никак нельзя.

Было и еще одно доказательство - фотография Ачимеза Гочияева рядом с Хаттабом. Когда был еще жив убитый в Лондоне Литвиненко, он провел экспертизу этого снимка и установил, что на фото не Гочияев, это был фотомонтаж. Эта экспертиза была выложена в Интернете, она еще раз доказывает, что совершалась подтяжка "фактов" с целью отчитаться по раскрытию этого дела. Остается много вопросов, дело требует дальнейшего расследования.

Любопытно, что Крымшамхалов и Деккушев, когда их везли по этапам, я слышал (я в то время тоже был в заключении), очень сожалели, что пошли на сделку со следствием и дали показания. Им пообещали, что если они возьмут на себя взрывы жилых домов в Москве, срок им сбросят до 20 лет. Но им дали пожизненное, и они удрученно говорили потом: нас обманули. Это информация, которую нельзя принимать безоговорочно, но тем не менее возникают сомнения в том что результаты следствия - это и есть истина.

Не исследован и вопрос, который мы задавали следствию. Ачимез Гочияев, когда он находился за границей, предупреждал, что взрывчатка также заложена в Орехово-Борисове и в Люблине. В качестве исполнителя он называл своего коллегу - соучредителя фирмы "Капстрой-2000", некого г-на К. Я проверял по документам: в соучредителях этой фирмы действительно был некий г-н Кормишин. Если был действительно звонок от Гочияева по этим двум закладкам, это доказывало непричастность Гочияева к этим делам. Следствие преподнесло это так, будто взрывчатка по указанным адресам была обнаружена случайно. Но известно, что такого рода "находки" не бывают случайными, без наводки.

Кроме того, я проверял фирму "Капстрой-2000". У Ачимеза Гочияева большие родственные связи в Москве, он жил здесь с начала 90-х годов. И что-то подсказывает мне, что не мог он так открыто и фирму на себя зарегистрировать, и родственникам помогать, заведомо зная, что это преступление будет раскрыто. Такие дела раскрываются всегда, это я говорю как профессионал.

Я беседовал со следователем, который первым начинал расследовать московское дело. Он жаловался на то, что его постоянно отправляли в командировки и не давали работать по горячим следам. Не хочу называть его имя - он еще работает в органах, хотя и ушел из следствия: дурдом, там нечего делать. Меня всячески не допускали к расследованию как представителя потерпевших. У меня к тому времени уже был опыт в раскрытии подобных терактов, и если бы нам дали возможность, мы раскопали бы все.

Не поздно ли сейчас снова запустить расследование, есть ли возможности для этого? Возможностей до сих пор нет. У меня были свидетели по московским подрывам, это сотрудники правоохранительных органов, которые готовы были прийти в суд, но мы знаем, как поступили со мной (в 2004 году Михаил Трепашкин был приговорен к 4 годам лишения свободы за разглашение государственной тайны и незаконное хранение патронов. - Ред.), со многими другими. Свидетели испугались, сказав: мы не самоубийцы, мы пока подумаем.

Материалы дела засекретили и спрятали. Хотя закон гласит, что засекречивание материалов по делам, связанным с гибелью гражданских лиц, - это нарушение конституционных прав граждан. И тот, кто засекречивает такие дела, сам должен быть привлечен к уголовной ответственности. Однако дела засекретили и скрыли от посторонних глаз.

Я часто привожу такой пример. Когда на Кубе заговорили о том, что высшие чины государства причастны к транзиту наркотиков из Южной Америки в США, в числе фигурантов назывался родственник Фиделя Кастро. Но правоохранительные органы не закрыли это дело, а даже издали открытый том, где была видна причастность всех этих генералов, которые в итоге понесли наказание. От этого авторитет властей только вырос. Если бы это скрывали, много бы было разговоров, домыслов. А у нас все наоборот, и это говорит о том, что они прячут виновных.

В любом государстве, если случается такое ЧП и ясно, что сотрудники безопасности однозначно проморгали это дело, должностные лица отвечают по закону - их увольняют или наказывают как-то по-другому. А у нас получается, те, кто по Конституции был обязан обеспечить безопасность граждан, но не сделал этого, не были наказаны - были поощрены. По закону ФСБ отвечает за безопасность граждан. И люди, которые не выполнили свой конституционный долг, обязаны как минимум уйти в отставку. В любом цивилизованном государстве это так. Не справляется - найдите другого. Чего вы его держите - только потому, что он друг Путина?

Говорить о возобновлении расследования сейчас трудно. Ждать лучших времен бессмысленно - стираются некоторые обстоятельства, умирают свидетели. А пока факты будут держать в секрете и запугивать тех, кто что-то знает.

08.09.2009

Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей