О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Дело 26 марта | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина
Читайте нас:

статья Самоподрыв

Виталий Портников, 07.04.2017
Виталий Портников
Виталий Портников
Реклама

Я не верю конспирологам, уверяющим, что террористический акт в Петербурге - всего лишь начало предвыборной кампании Владимира Путина, и сравнивающих происшедшее с террором времен второй чеченской. Потому что террор второй чеченской - если согласиться с тем, что он был организован ФСБ, - был технологически оправдан. Он создавал из никому не известного серого чиновника образ спасителя отечества, избавителя от опасности, от того липкого страха, который охватывал каждого, кто спускался тогда в московскую подземку или просто засыпал в собственной квартире в эпоху бесконечных взрывов домов.

Мы тогда склонны были считать тот террор разрушительным, но на самом деле это мог быть террор по расписанию. Задание было выполнено, стабильность обеспечена, ответ на вопрос "ху из мистер Путин" получен - и террор прекратился.

Страшнее не тот террор, а этот. Потому что он был предсказуем. Когда страна с многомиллионным мусульманским населением ввязывается в кровопролитную войну на Ближнем Востоке - войну, в которой мусульмане-сунниты являются по сути живыми мишенями для российских бомбардировок и асадовских химических атак, - то можно ли сомневаться, что граждане этой страны рано или поздно станут жертвами террора? Что экстремистские организации - начиная от ИГИЛ - получат на территории России благодатную почву для вербовки своих сторонников? Несколько кадров бомбежек Алеппо стоят сотен пропагандистских выступлений. Если кому-то нужно имя главного вербовщика ИГИЛ, то я назову это имя. Это Владимир Путин.

При этом совершенно неясно, как победить этот террор, если он станет массовым. Потому что речь идет не о каких-то там засланных экстремистах, а о гражданах Российской Федерации. Да, взрыв в петербургском метро устроил россиянин. И его центральноазиатские корни не имеют никакого значения. Таких людей в России уже тысячи, десятки тысяч. А есть еще и выходцы с Северного Кавказа, у которых российское гражданство было всегда.

Можно было бы, конечно, понадеяться на эффективность лучших в мире спецслужб. В конце 90-х российские спецслужбы - при всей своей кондовости - еще сохранили хватку КГБ. Но чем они занимались в путинские годы? Крышевали бизнес? Боролись с несогласными? Воровали? Придумывали диверсии в Украине? Согласитесь, что быть организатором террора и бороться с террором - совсем не одно и то же.

Именно поэтому этот террористический акт не организован Путиным и для Путина. Он следствие политики Путина, и это намного страшнее. Вместо того чтобы способствовать политическому урегулированию в Сирии, российский президент решил вложиться в победу Башара Асада. Он многого добился - политический покойник, который давно уже должен был потерять власть, все еще в своей резиденции в Дамаске. Европа дрогнула из-за последствий миграционного кризиса. Америка готова была разговаривать с ним о совместной борьбе с террором - по крайней мере до последней химической атаки.

Что вмешательство в Сирии превратит в территорию террора саму Россию - этого Путин, похоже, просто не мог - или не хотел - понимать.

Виталий Портников, 07.04.2017


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама

Наши спонсоры
Выбор читателей