О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Дело 12 июня | Дело 26 марта | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина
Читайте нас:

статья Юбилейное

Ирина Павлова, 04.06.2007
Ирина Павлова
Ирина Павлова
Реклама

Пружина Путина сжимается. Будущее настанет, когда она распрямится.
Сергей Марков, кремлевский политолог

На сайте "Русский проект" партии "Единая Россия" появилась статья под названием "Россия 37-й". Статья анонимная, поэтому можно предположить, что это мнение редакции и так называемого Нового русского политического центра, который, как заявлено, представляет собой дискуссионную площадку "Русского проекта".

Не вызывает сомнений, что статья написана патриотом и государственником. В духе времени. Стильно, с музыкальным сопровождением (звучит песня "Ночных снайперов"). Адресно – для молодых, членов "Молодой гвардии" и не только. И очевидно, что авторы, называя 1937-й годом "успехов нашей страны, еще не омраченных приближением войны, годом уверенности в собственных силах", стремятся провести аналогии с успехами и подъемом в сегодняшней России. И ждут новых "ежовых руковиц" - "хотя бы в форме освобождения от своих постов заворовавшихся чиновников, некомпетентных бюрократов и прочих". Отметим это неопределенное слово "прочих".

Идея необходимости нового 1937 года не нова, она давно муссируется некоторыми авторами. "Да, нам нужна новая опричнина, новый 1937-й, – писал Егор Холмогоров еще в 2003 году. – Без масштабной репрессивной политики, которая очистит воздух в современной России, невозможно ни восстановление порядка, ни, что особенно важно, формирование новой элиты... Настоящая власть, а значит, и настоящая элита начинается со страха, который собирает в единое целое и народное требование справедливости, народное чувство мести к обидчикам, и необходимость создания чувства опасности, без которого невозможна властная иерархия". Сегодня с лозунгом "Да здравствует опричнина!" уже выходят на митинги.

Авторы (и заказчики) таких статей уверены, что "только успех дает государству право и на справедливость и даже на большую несправедливость". Во имя чего? Во имя укрепления государства. Сторонников сильной власти в современной России большинство. Более чем 80-процентный уровень одобрения политики президента – что может служить лучшим доказательством для сторонников таких идей!

Были ли те успехи в 1937 году, о которых говорится в статье? Были. Трудно спорить и с тем, что "люди наслаждались летними вечерами, ели мороженое и пили газировку в парках, прыгали с парашютом с осоавиахимовских вышек и состязались на звание ворошиловского стрелка 1-й и 2-й категории". Но еще и участвовали в многочисленных собраниях и митингах, на которых клеймили арестованных военачальников, призывали стереть с лица земли троцкистско-зиновьевскую банду убийц, выкорчевать шпионов и диверсантов и "еще крепче закрыть на замок нашу великую границу". Все эти собрания устраивались по указаниям сверху.

Август 1937-го, когда началась массированная операция Большого террора, выделяется особой общественной активностью. Доклады и беседы о роли Сталина в развитии авиации, о героических полетах Чкалова и Громова, массовые мероприятия по изучению Положения о выборах. В газетах попадались сообщения о "разоблачении" еще недавно авторитетных партийных руководителей и других знаменитостей. А тайно проводился ночной, многократно более массовый террор по зачистке так называемых антисоветских элементов, в том числе и простых людей.

Никто не понимал, почему это происходит. Как и сегодня, власть была абсолютно непроницаемой. Никто не знал тогда, о чем говорил Ежов на июньском секретном пленуме ЦК (в газетах о его выступлении не сообщалось). Никто не догадывался ни о сверхсекретном ("особая папка") постановлении Политбюро от 2 июля 1937 года "Об антисоветских элементах", ни о тайном приказе НКВД # 00447 "Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и др. антисоветских элементов", утвержденном Политбюро 31 июля.

Сам план грандиозной зачистки общества осуществлялся под прикрытием избирательной кампании в советский парламент – Верховный Совет СССР. Начиная со 2 июля вплоть до самых выборов 12 декабря параллельно принимались решения о ликвидации антисоветских элементов (по утвержденным сверху лимитам на репрессии по краям и областям) и о подготовке к выборам по избирательным округам. Более того, НКВД предписывал начать операцию с 5 по 15 августа (в зависимости от региона) и закончить в четырехмесячный срок, как раз к выборам. Крутилась грандиозная фантасмагорическая карусель праздников, собраний, митингов, избирательной кампании и массового уничтожения людей. В произвол, инициированный властью, как в воронку, втягивались все новые тысячи, десятки тысяч, а затем и сотни тысяч людей. Местные власти просили центр об увеличении лимитов на репресссии.

Все это достаточно представлено в опубликованных документах, исторических исследованиях, воспоминаниях. Любой может их найти и прочитать. Но эта правда сегодня не нужна. Востребована лишь полуправда о видимой части Большого террора, о "смене элиты", о так называемой сталинской кадровой реформе – массовом уничтожении партийно-государственной бюрократии. Востребованы данные самого КГБ о числе расстрелянных в 1937–1938 гг., о которых, как правило, собщается со словами "лишь", "всего", "только". Но если даже согласиться с официальными данными, получается, что каждый день тогда казнили по 934 человека, почти столько же, сколько во времена Столыпина за год.

Характерно, что на товарищеском ужине в Кремле с только что избранными членами Верховного Совета 20 января 1938 года Сталин свой первый тост поднял за наркома Ежова. Аплодисментами и криками "ура" народные избранники приветствовали и тем самым легитимизировали Большой террор. В отчетном докладе на XVIII съезде ВКП(б) 10 марта 1939 года Сталин назвал торжеством социалистической демократии соучастие народа в массовых убийствах.

Российская власть и общество по сути мало изменились со времени 1937 года, хотя на дворе XXI век, открыты границы, доступен Интернет и существуют несравнимые возможности узнать и понять свою историю. В конце 1980-х был краткий миг возбуждения социальной памяти народа, но он быстро сошел на нет. Никто не понес ответственности за преступления. Никто не предпринял настоящей попытки осудить политику государственного террора. Исторический урок извлечен не был. Как при Сталине общество не понимало природы и последствий террора, так не понимает и сейчас. Воспроизведен тот же закрытый механизм власти с тайным принятием решений. Такому типу власти чужды правовые процедуры борьбы с коррупцией, контроля над чиновниками и их смены. Поэтому обслуживающие власть политтехнологи и публицисты и пробуют реакцию общества на рецепты 1937 года по очистке страны. Рассчитано это прежде всего на молодежь, которая, поддержав инициативу, выдаст власти карт-бланш на использование "ежовых рукавиц". Авторы и заказчики подобных статей, конечно, уверены, что "большая несправедливость" их не коснется.

Об авторе: Ирина Владимировна Павлова - доктор исторических наук, бывший ведущий научный сотрудник Института истории Сибирского отделения РАН, в настоящее время - независимый историк, живущий в Бостоне (США). Автор книг "Сталинизм: становление механизма власти" (Новосибирск, 1993), "Механизм власти и строительство сталинского социализма" (Новосибирск, 2001), а также статей по проблемам советской истории в журналах "Вопросы истории", "Отечественная история", Russian Studies in History.

Ирина Павлова, 04.06.2007

Фото и Видео

Реклама

Выбор читателей