Контрпропаганда, гей-побоище и не замеченные властями нарушения на ЛГБТ-пикете в Воронеже

20 января в центре Воронежа случилось гей-побоище. Без серьезных жертв обошлось почти случайно и, возможно, лишь пока. Полиция уверяет, что правонарушений не было. Независимые наблюдатели заявляют о беспорядках и обжалуют бездействие полиции. А тем временем гомофобы всех мастей потирают руки: около двухсот человек в Воронеже лично и тысячи по всей стране заочно убедились, что им все дозволено. Все. Пока по отношению к тем, кто не вышел ориентацией или не считает это проблемой.

Кстати, среди участников контракции было слишком много школоты, чтобы не отметить, что пропаганда вреда гомосексуализма несовершеннолетним - ничуть не менее пропаганда и что она гораздо более опасна как для самих детей, так и для демократического общества.

Неутешительная предварительная правовая оценка событий

Отношение радикальных гомофобов к акции против закона о запрете пропаганды гомосексуализма - не сюрприз ни для участников, ни для властей. Организаторы в течение двух недель с момента объявления о пикете получали угрозы за намерение выразить свое отношение к добавлению в Кодекс об административных правонарушениях ст. 6.131 «Пропаганда гомосексуализма среди несовершеннолетних»*. Полицейские были проинформированы о готовящихся провокациях. Им поступило несколько заявлений от организаторов и прямая просьба усилить меры безопасности во время мероприятия. В одном из заявлений, направленных в полицию, было прямо указано, что готовится срыв акции.

С одной стороны, полиция и городские власти не запретили пикет, что само по себе было позитивным шагом, но необходимых и достаточных усилий для обеспечения безопасности акции и разведения контрмероприятий предпринято не было. Обещанная гомофобами блокада площадки состоялась в полном объеме. В итоге скромный пикет, который мог пройти незаметно в воскресный день, спровоцировал уличные драки с кидающейся на десятерых активистов разъяренной толпой при попустительстве полиции, рядовым сотрудникам которой также досталось. Хронику событий можно просмотреть здесь.

Что же пошло не так? Воронежская полиция официально заявляет, что «нарушений общественного порядка допущено не было». Но если полиция признает факт нападения на организатора акции, мотивированное его взглядами и ориентацией, что является серьезным уголовным преступлением и содержит признаки экстремизма, то не стоит отрицать и очевидных правонарушений, многочисленные свидетельства которых зафиксированы в фото- и видеоматериалах.

Первое правонарушение - это проведение контракции на месте заявленного ранее мероприятия. И тут есть необходимость разделить законные и незаконные действия контр-манифестантов. Это связано с тем, что мероприятие проводилось в одном из городских гайд-парков, то есть на территории с особым статусом, где до 150 человек могут митинговать без уведомления властей. В таком случае пикет гомофобно-патриотических сил до 14:00 можно рассматривать как в целом законный. Но ровно в 14:00 чиновники мэрии и сотрудники полиции обязаны были потребовать от гомофобов разойтись, уступив площадь тем, кто ранее подал уведомление о намерении митинговать в этом месте. Это не было сделано. Фактически митинг «За нравственность» продолжился, а пикет против закона о пропаганде был вытеснен на обочину.

Второе правонарушение - многие участники контракции скрывали свои лица масками. С 9 июня 2012 года за это полагается штраф от 10 до 15 тысяч рублей. Но желающие остаться неузнанными в публичном пространстве ускользнули от внимания правоохранителей. Вот, к примеру, барышня, ставшая первой ласточкой с одиночным пикетом, - никаких вопросов у полиции к ней не возникло, несмотря на удивление журналистов и вопросы правозащитников.

Уголовные преступления отличаются от правонарушений применением насилия и уровнем угрозы обществу. Так вот, участники контракции совершили ряд действий, которые тянут на уголовку, даже если не считать прямого нападения на организатора. Во-первых, имели место нападения и на рядовых участников, в частности, на девушку с плакатом «Я замужем, мать 2 детей, и я против статьи 6.131». Во-вторых, участники швыряли в толпу различные предметы, от снежков и кусков льда, которые ничем не уступают булыжникам и кускам асфальта, до полных бутылок пива. Многие из этих предметов попадали и в в сотрудников полиции. В-третьих, участники контракции портили и уничтожали чужую собственность - плакаты и флаги участников запланированного пикета. Все эти действия не получили оценки и реакции со стороны полиции.

Перечисленного достаточно, чтобы отметить, что 26 сотрудников полиции, направленных для обеспечения безопасности на очевидно конфронтационное мероприятие, совершенно не контролировали ситуацию и по многим эпизодам бездействовали, подвергая риску жизни граждан. Менее двух десятков омоновцев, подоспевших на акцию, были без специальной экипировки - шлемов и бронежилетов, в которых они обычно выходят на акции оппозиции в Москве, что подвергало и их жизнь риску. Нет смысла даже вспоминать, что на мирные митинги оппозиционеров направляют существенно большее число полицейских и спецтехники - вроде автозаков или водомета, один вид которых мог бы охладить пыл радикальных гомофобов. Представители городской администрации также бездействовали, доверяя принятие всех решений по акции полиции, хотя по закону «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетировании» именно чиновники отдают ей распоряжения.

Похоже, что чиновники и полиция своим бездействием попустительствовали контрпикетчикам, намеревавшимся сорвать акцию против закона о пропаганде гомосексуализма. И значит, речь идет уже о нарушении должностными лицами статьи 149 УК - «Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них» с использованием служебного положения.

Прошедшему мероприятию должна быть дана серьезная правовая оценка. А все выявленные факты нарушений необходимо расследовать. Правозащитники предлагают провести трехстороннюю встречу по итогам этого события с участием активистов, независимых наблюдателей, городских чиновников и полиции с обсуждением произошедшего.

Только адекватная оценка этих событий может остановить поток ненависти, обрушившийся на наш город, и притупить чувства вседозволенности и безнаказанности за проявление массовой агрессии, которые испытали протестующие на площади. Чтобы не ждать новых атак… по самым разным поводам.

^* Критики законопроекта уверяют, что подобная формулировка дискриминирует группы граждан, неоднозначна, поскольку законодательство не содержит определения термина «пропаганда», и может привести к курьезам, вроде попытки заподозрить «Веселого молочника» в подобном в минувшем году.

- Кто свидетель?
- Я свидетель. А что, собственно, произошло?
Из к/ф "Берегись автомобиля"

Внезапно оказалась "свидетелем" по делу, сказать по которому мне решительно нечего. Это тот случай, когда я, несмотря на образование, научный интерес и общественный опыт, вообще не понимаю, что происходит, и пребываю в недоумении, как и многие образованные и активные граждане в России и не только. Словно попала в продолжение фантастического сериала "Анатомия протеста", половину которого даже не смогла посмотреть.

Лично я специализируюсь на защите права на свободу собраний: стараюсь отслеживать все публичные акции в стране и регионе, готовлю аналитические обзоры о нарушениях права на таких акциях, выступаю защитником активистов, столкнувшихся с этими нарушениями, посещаю мероприятия в качестве наблюдателя и выступаю в отдельных случаях уполномоченным организаторов по безопасности и правовым вопросам. Я понимаю, чем теоретически отличаются мирные акции от массовых беспорядков, но разворачивающаяся на наших глазах история имеет слишком мало связи с теорией, правом и реальностью.

Вероятнее всего, мой правозащитный опыт, знакомство с некоторыми активистами, которые были моими подзащитными, спровоцировали интерес Следственного комитета к моей персоне, но что я могу пояснить в этом конкретном случае?! Не представляю.

Все дело Развозжаева-Лебедева, освещаемое в СМИ, - череда нелепиц:

- сомнительное кино "Анатомия протеста" становится основанием возбуждения реального уголовного дела, хотя сотни попыток задействовать этот способ подачи жалоб (например, на коррупционные ситуации) не увенчались успехом;

- похищенные где-то в Сибири шапки сваливаются в кучу с подготовкой массовых беспорядков в России грузинскими спецслужбами, судя по комментам в соцсетях, имеющих машину времени, поскольку майские события обсуждали в июне;

- похищение гражданина РФ из офиса УВКБ ООН в Украине с доставкой чуть ли не на Лубянку называют организованным арабскими шейхами...

Я отличаюсь от остальных воронежских "свидетелей": я единственная барышня и правозащитник. Остальные свидетели в Воронеже - деятели политического сектора. Это на сегодня: политические активисты Александр Болдырев, Владимир Финаев и Геннадий Панков из Воронежского отделения "Солидарности", Борис Супренок - директор организации "Демократический центр" и Роман Хабаров - лидер общественного движения "Честный город", ставший известным в период зимних протестов.

Я не вижу ни малейшей связи между мной и сюжетом "Анатомии протеста". И утренний визит с обыском ко мне в квартиру, а потом и в Дом прав человека, где я работаю, меня, разумеется, шокировал. Но массовые обыски по утрам для нашей страны не новость. Со мной это произошло впервые. Но я десятки раз консультировала активистов разных групп, к которым утренние ходоки из центра "Э" заглядывали особенно активно в 2006 и 2007 годах, на исходе предыдущего срока ВВП. И большинство из этих активистов живы, на свободе и даже занимаются любимым делом, что должно обнадеживать всех.

Не удивляет и то, что с обысками пришли к "свидетелям". Это совершенно абсурдная, но распространенная в нашей стране практика, уже неоднократно зафиксированная и в деле Развозжаева-Лебедева. Перевод свидетелей в статус подозреваемых у нас тоже не редкость, так что нас не удивить любыми кульбитами.

Я не исключаю, что воронежская вылазка представителей СК - первая в череде аналогичных командировок в другие регионы. В этом нет здравого смысла, но есть сермяжная логика, цель которой - пугать, мешать и дискредитировать. Я точно знаю, что система умеет ждать, что рассчитывать на скорое завершение этой истории самонадеянно и бессмысленно.

И все же считаю важным напомнить следователям СК и активистам, что в соответствии с постановлением ЕСПЧ по делу "Эзелин против Франции" никто не может быть подвергнут наказанию лишь за факт участия в публичных мероприятиях, собраниях и демонстрациях, которые не запрещены, если не доказано, что человек совершил при этом нечто предосудительное. А в участии в собраниях и акциях по любой тематике ничего предосудительного нет.

Отлично, у безликого и социофобного аппарата воронежского губернатора не вышло втихорца протащить через облдуму законопроект «О некоторых вопросах проведения публичных мероприятий» (1371-5-ПЗ). Второе и последнее слушание законопроекта перенесено с 11 на 27 декабря, прием поправок к законопроекту продлен с сегодняшнего вечера до 17 декабря. Власти кивают, что "в принципе согласны" на обсуждение этого законопроекта с общественностью, признав, что технической тетеньки из Общественной палаты и представителя профсоюзов на одном из предварительных думских заседаний оказалось явно недостаточно. В субботу в областном правительстве пройдут "консультации с общественностью", где будут представлены наши поправки. Отдельные депутаты их уже поддержали и внесли.

Немного коробит, что приходится радоваться этому как победе, хотя это могло быть и должно стать обыденной практикой. Предварительное обсуждение проектов законов с общественностью и специалистами - как безусловный рефлекс любого парламентария и представителя госоргана.

Правозащитники первыми предложили путь переговоров - без необходимости проводить пикеты под стенами облдумы, собирать и передавать подписи под петицией в защиту свободы собраний в регионе и в поддержку правозащитных поправок к законопроекту. Правительство проигнорировало эту возможность и слегка наломало дров. Впрочем, обществу полезно не расслабляться. Подбрасывая всевозможные опасные сюрпризы, власть тренирует бдительность и прощупывает восприимчивость граждан к подобным выпадам. Результаты теста не могут не радовать: гражданское общество есть, и оно не дремлет.

Свобода собраний и права человека в целом - слишком важная штука, чтобы безоглядно доверять ее депутатам или чиновникам. Осталось привыкнуть к тому, что любые проекты законов, затрагивающие права и свободы граждан, должны публично обсуждаться до внесения в парламенты всех уровней!

Мой старинный знакомец анархист Влад Тупикин, живущий параллельно в Москве и Белине, откуда его жена, ехал сегодня на велосипеде. Упал, споткнувшись о какую-то внезапно вырытую городскими властями яму, разбил лицо, погнул очки и, чертыхнувшись в фейсбуке, спровоцировал дискуссию о дорогах, их ремонте, комфортной городской среде и возможностях обычных людей на нее влиять. Его друзья из обоих городов, - а чебурахнулся он, к слову, в Берлине - включились в дискуссию с одинаковым жаром и говорили абсолютно об одном и том же схожими словами.

И вот уже нет смысла отрицать, что эта дискуссия перевалила за границы бесед интеллектуалов, ратующих за малые дела, и либеральных поклонников жизни и творчества Каца. Тема вызрела и проросла практически во всех головах, отличных от задницы. Даже в тех, которые умеют осознанно сопротивляться мейнстриму и сиюминутно модным темам. Несколько дней назад городское развитие всплыло в программе троцкистской конференции. Оценить этот прорыв можно лишь зная, что их повестка - одна из самых последовательных, если не сказать консервативных, а речь в данном случае шла совсем не о забастовке асфальтоукладчиков.

Занимательная урбанистика, города удобные для жизни - сегодня и отличная светская тема, которая может потихоньку конкурировать с котиками, и замечательная, доступная каждому практика усовершенствования мира. Живой интерес к этому одновременно удивляет и обнадеживает.

Для сравнения, относительно недавно наше государство подсунуло людям готовые и формализованные стандарты управления многоквартирными домами. Но дарованные сверху и адаптированные на местном уровне под интересы лишь номинально не чиновничьего бизнеса эти возможности гражданского участия подлинного интереса и ажиотажного спроса у жильцов не вызвали, даже с учетом того, что речь о самом дорогом их имуществе и почти всегда о сугубо частной собственности. Тем любопытнее природа интереса и заботы о совместном пространстве, имеющем самую разную правовую основу: где- то это муниципальная собственность, где-то частные владения целого дома тех самых жильцов.

Существует концепция "третьего поколения" прав человека - прав, которые касаются не только конкретного человека, а человека, как вида, сообщества. Чаще всего в пример приводят право на безопасную и комфортную среду обитания.

Градоустроительная тематика - это своего рода продолжение и альтернатива экологической темы. Городская экология - тоже про общее пространство и про будущее. Но есть разница. Экология - почти всегда про "пусть останется как есть", вроде: не застраивайте парк, не рубите дерево, не копайте никель. А это требует тратить огромные усилия на сопротивление, оставляя немного энергии на развитие и альтернативы, причем часто альтернативы неприемлемы активистами, как в случае с дилеммой "дерево или парковка?" Хотя в Воронеже такая соседская группа сопротивления в защиту Парка "Оптимистов" умудрилась серьезно и системно изменить город, обратив через свою проблему внимание губернатора на вопиющую ситуацию с зелеными островками. Буквально за год под его личным контролем основные и самые безнадежные парки Воронежа были приведены в чувство. Кстати, важно чувствовать разницу между абсолютной общественной конвенцией о приоритете и значимости природы, а также неизбежно разным отношением людей к городскому планированию.

Градоустроительство - это обычно про строить, ставить, передвигать. И здесь возможны тактические противоречия как с экологами, так и с любителями архитектурной старины и ретрооблика города. Любой план упирается в вопросы вкуса, о которых придется спорить. Градоустроительное движение сильно децентрализовано, об общем видении речь не идет, и, вероятнее всего, это вообще не потребуется. Просто строить всегда иначе, чем сохранять статус кво.

Заметно, что еще не слишком четко обозначена даже палитра подтем/подпроблем в сфере совершенствования городской инфраструктуры. Нет конвенциональной приоритезации. Пока есть отдельные лидеры, которые выбирают достижимые или труднодоступные цели на свой вкус и сами создают популярность своего направления. Если в Москве на рамена подняли так, что видно на всю страну, хорды, трамваи и лавочки. То в Воронеже разрозненно, но с одинаковым рвением и фантазией работают над информационными остановочными табло ( Андрей Фурсов и Михаил Аксенов - гуманитарноориентированные технари и IT-шники), качеством оборудования детских площадок (Анатолий Кравченко - молодой политик и предприниматель) и велоинфраструктурой (Илья Бейлин - дизайнер с неизбежной склонностью к культурным инициативам). Каждый из этих по сути лидерских и сугубо волонтерских проектов имеет четкое и, что важно! профессиональное видение идеальной картиныж; анализирует имеющиеся условия; пытается взаимодействовать, продвигая свои предложения, с властью, бизнесом и традиционными НКО; формирует в процессе вокруг себя новые групп и целые организации. Чуть поодаль идут атомизированные продолжатели запущенной Навальным Росъямы (например, А.Концевой).

Развитие этой темы рано или поздно выведет и на необходимость диалога с жильцами, которые тоже могут влиять. Возможно, не каждому нужно сразу чувствовать себя хозяином города. Можно начать с улицы или даже двора. Например, предприниматели отстаивают киоски, которые имели бы шанс устоять или переместиться во дворы, если бы ими занялись обитатели соседних домов, а не только торговцы. Двор решением жильцов имеет право у себя хоть киоск поставить, хоть платную ночную парковку сделать, средства с которых пойдут, например, на капитальный ремонт крыши. Все бы выиграли, главное начать договариваться.

Я люблю присматривать за своей улицей - это мой размерчик! То и дело озадачиваю Управу и управляющую компанию, которая расположилась аккурат в моем доме, вопросами из серии "зачем менять хороший гранитный бордюр на одноразовую бетонную труху?", "зачем стрижете траву, которую не сеяли?", и просьбами что-нибудь покрасить или отремонтировать. Правда, я еще хочу жить на улице, которая способствует общению и просвещению, отчего весьма рада возможным плакатам и содержательным граффити. Немного красоты тоже не помешало бы - по дороге к моему дому уже есть недурные картины размером с беседку детского сада, но вдруг, когда-нибудь появится огромная загадочная и симпатичная скульптурная загогулина? Пока ее заменяют высоковольтки, но их по генплану обещали вывести из города.

Города меняются ежедневно, и от того, кто и как формирует и кодирует наше жизненное пространство зависит то, какие мы и куда движемся. Мы можем в этом процессе участвовать и влиять. Нет ничего невозможного. Новая городская тема быстро становится популярной. И вся эта низовая дворо- и градоустроительная активность постепенно неизбежно приучает нас к самоуправлению, что не может не утешить моего знакомца - анархиста Тупикина))

Летнее наступление на свободу собраний, начатое с подачи (точнее, кремлевско-лубянской передачи) скандально известного депутата Госдумы А. Сидякина, перешло на региональный уровень.

Напомним, что федеральный закон дал право региональным депутатам уточнять места, «специально отведенные или приспособленные для коллективного обсуждения общественно значимых вопросов и выражения общественных настроений, а также для массового присутствия граждан для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера». Тем самым законодатели легализовали прежнюю негласную практику резерваций для публичной активности, поскольку все места, куда отправляли активистов, были максимально удалены от любых административных зданий, а подчас и вовсе оказывались загородными лесами или кладбищами.

Прежде митинговать можно было везде, где это было прямо не запрещено, - например, на полосах отвода железных дорог и нефтепроводах, а на Красной площади и около Кремля это можно было делать только с личного разрешения президента. В законе прямо оговаривалось, что протестовать можно даже по ходу движения властных кортежей. Получив же возможность прописать лаконично, где митинговать дозволяется, депутаты в регионах решили оторваться, откровенно соревнуясь в бессмысленности и беспощадности.

В Иваново предложили запретить проводить акции «на тротуарах». Определение тротуарам дано исключительно в правилах дорожного движения - это все, что не проезжая часть и не газоны. Ответ на вопрос, куда же могут пойти организаторы протестов, сродни коану про хлопок одной ладонью, который обязательно обернется подзатыльником его авторам.

В Казани, по мнению законотворцев, самое свободолюбивое население: здесь предлагается выделять на одного митингующего человека не менее трех квадратных метров, при том что в Москве сегодня на одном метре могут разместиться два человека.

В Челябинске местные законотворцы решили пойти на целый ряд сногсшибательных экспериментов. 25 октября во втором чтении может быть принят закон Челябинской области «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия», который сделает почти любые протестные акции в регионе невозможными. Во-первых, здесь решили обязать организатора предоставлять в мэрию письменные разрешения владельцев любой собственности, находящейся в пределах двухсот метров от места проведения акции. Депутаты искренне верят, что негодующие граждане будут искать владельцев каких-нибудь кафешек, а затем уговаривать их предоставить записку с пакетом нотариально заверенных документов. Даже сами владельцы этих заведений, соберись они защитить свою собственность от сноса, этим не стали бы заморачиваться. Во-вторых, местные чиновники хотят обязать организаторов получать в полиции справки об отсутствии судимости и привлечения к административной ответственности. Нет смысла объяснять, что в совокупности эти два требования делают процедуру согласования мирных акций сложнее процедуры получения разрешения на оружие. При этом власти демонстрируют незнание федеральной тенденции на формирование единого электронного документооборота, выдавая полную неготовность региона к этому. И в довершение всего - в Челябинске хотят, чтобы чиновников уведомляли обо всех собраниях в помещениях более чем на 100 человек, что противоречит федеральному закону о митингах, который прямо говорит, что не регулирует собрания.

С этим проектом закона, противоречащим Конституции РФ, международным нормам, в частности, статье 11 Европейской Конвенции, прецедентным постановлениям Европейского суда и Руководящим принципам по свободе мирных собраний БДИПЧ ОБСЕ, не согласна только региональная фракция КПРФ, голосов которой явно недостаточно. Встроенные в местный парламент юристы-недоучки никаких нелепостей в нем не усматривают и дают сугубо положительные заключения.

Я считаю, что в сложившихся обстоятельствах очевидно превалирование политических целей над юридическими и правовыми при принятии этого закона, который будет обжалован с первого же применения. Пока правозащитные организации направили свое заключение на законопроект с предложением снять его с рассмотрения и отправить на доработку при широком обсуждении с общественностью. Тем более что есть положительные примеры отзыва неадекватных региональных законопроектов, например, в Чебоксарах, где над этим поработала местная правозащитная организация «Человек и закон».

9 и 10 октября в Санкт-Петербурге проходит Гражданский Форум ЕС-Россия. Основная задача форума - формировать гражданскую повестку взаимодействия двух гигантских европейских территорий. Невозможно, чтобы страны общались друг с другом только через правительства. Неизбежны коммуникации на других уровнях: бизнес-бизнес, НКО-НКО - и в самых разных трехсторонних конфигурациях. Идея форума была в свое время сформулирована с российской стороны, со временем интерес европейцев к этому формату коммуникации существенно возрос. В Европах, вообще, интересоваться жизнью соседей - хороший тон. Как заметил коллега Штефан из Германии: "Россия зациклена на самой себе, Европа тоже зациклена, но это хотя бы 27 стран".

Основные продукты форума это: - аналитические обращения, например, по ограничению добычи углеводородов в Арктике, на котором настаивал Иван Блоков из Гринпис, или по визовой политике, например,по упрощению виз для волонтеров, едущих работать в РФ, или для правозащитников, столкнувшихся с угрозами в силу ужесточения законодательства и т.д. - это аналитические материалы по конкретным проблемам, - готовые к запуску проекты, как например, по поддержке неправительственными организациями системы Европейского Суда по правам человека. Разумеется, форум - это живая площадка, которая продолжает задумываться о том, чем она является, как формируется ее прозрачность и открытость, каковы принципы работы форума. В частности Светлана Маковецкая из пермского аналитического Центра ГРАНИ предложила принципы:
1) равенства и симетричности России и Европы;
2) перехода из языка проблем к языку решений.

Презентуя результаты одной из рабочих групп, Светлана Маковецкая задалась вопросом о целях участия в форуме представителей российских органов власти, которые бродят по различным площадкам как тени, не вступая даже в неформальные коммуникации с участниками в кофе-брейках, хотя у собравшихся к ним немало вопросов, а возможности для встреч, например, МИДовцев даже с международными российскими организациями в нормальной жизни стремятся к нолю. Представители ЕвроСоюза на встрече гораздо доступнее. Участники форума планируют развивать взаимодействие с органами госвласти с обеих сторон.

На встрече постоянно поддерживается баланс русского и английского языка. Участники легко переходят с одного на другой при необходимости из этических соображений, чтобы ни один язык не доминировал. Невероятно приятно встречать столько европейцев прекрасно знающих русский в одном месте - только ради поддержки интереса к русскому языку стоило бы продолжать подобную работу.

Сегодня с третьей попытки стала избирательницей на выборах в КС оппозиции. Такие смешанные чувства по этому поводу. Начнем с того, что последние лет 10 я ни на одних выборах не была просто избирателем - все время что-то наблюдала. Это как снова первый раз в первый класс, как начать все сначала, раз в первый раз вышло не очень. И хочется понять, как быть и что делать, чтобы все получилось. Ведь я жутко испорчена предыдущим опытом. Как быть избирателем, настоящим качественным новым избирателем, а не электоральной тенью?

У меня есть стойкое убеждение, что в выборах КС процесс важнее результата. Во-первых, это классный эксперимент по организации электронных выборов. Чем больше людей примет участие, тем сложнее испытание для системы и тем интереснее результаты. Во-вторых, никто не знает, чем будет этот самый КС. Все кандидаты предлагают свое видение целей, задач и структуры этого органа, но оно так разнится, что у избранных нет шанса договориться до чего-то единого, а все компромиссы рано или поздно перерастут в расколы. В-третьих, когда все эти наши телодвижения будут оценивать, будут разводить выборы и результат выбора. От меня как от части процесса выборов сильно зависит, как все это безобразие будет смотреться.

Что мы демонстрируем, становясь избирателями?

- численность. Если участников митинга считать было трудно, приходилось округлять, тот тут можно с уверенностью и точностью сказать, сколько человек готовы принять участие в альтернативных выборах и сделать что-то кроме выхода на площадь.

- политические предпочтения. Волей-неволей мы наконец обозначим наши политические вкусы. Мне страшновато, поскольку в этих выборах участвуют представители близких к моим политических взглядов. Такого никогда прежде на выборах не было, но я уже сейчас вижу, как мало популярны они в тусовке. Хорошо что они вообще вышли на этот ринг. Как бы то ни было, с определенной долей вероятности можно будет говорить о том, скольким нужны правые, скольким левые, скольким либералы, нужны ли социал-демократы, которым почему-то не выдали отдельной курии, хотя их толпа в общегражданском списке.

- реальную альтернативу. Это уже не слова и заявления, а попытка договориться и оставить после себя конкретное дело. Каждый избиратель строитель этого процесса, от каждого зависит его форма и содержание.

Что же может делать идеальный избиратель?

1) Пытаться разобраться в кандидатах. Штука почти безнадежная, но все инструменты для этого есть: дебаты, компас КС, программы. Я знаю многих кандидатов, но это шанс распробовать новых людей, которых принесли зимние протесты.

2) Оттачивать собственный вкус и политические предпочтения. Даже если мы думаем, что уже раз и навсегда определились, никогда не поздно переопределиться. Некоторые идеи могут показаться новыми, а полезные и актуальные решения могут созреть в самых неожиданных группах.

3) Играть в разные модели представительства. Кто будет бравировать нашими голосами? Должны ли это быть люди от регионов или мы все доверим тем, кого как бы знаем из телевизора или твиттера? И хотя это по сути игра, у нас есть шанс голосовать не только сердцем, либидо, но и разумом. Вы задумываетесь над тем, как четко некоторые кандидаты ведут в КС своих людей? Навальный, Кац и другие идут сразу командами. Это им облегчит в дальнейшем влияние на ситуацию в КС. Вы можете поддержать свой клан. А может быть, пусть будут на равных представлены разные группы? Так веселее!

4) Формировать электоральную культуру. Все веселые обсуждения кандидатов в Твиттере, способы поддержки своих и дружеской агитации, дебаты — это часть традиции, которой у нас нет, а может вырасти много интересного. Например, в США принято обсуждать выборы в специальных кафешках в ночь подсчета голосов, чтобы первыми узнать и оценить результаты.

5) Не ослаблять наблюдение. Организаторам этих выборов, я как большинству новых начинаний выдала колоссальный кредит доверия. Известные мне люди в выборных комиссиях относятся к процессу крайне серьезно и стараются, но даже тут начинается: «а давай мы тебя по блату зарегистрируем без паспорта» - э, нет! Сколько еще у вас таких? С этого и начинаются все фальсификации. Не допустим, не проспим.

6) Получать удовольствие от процесса. Хорошо бы, но с этим у меня, прямо скажем, пока неважнецки. Попробуем наверстать. Я вижу хорошие примеры.

7) Быть готовым не расстроиться в результате, раз и навсегда потеряв интерес ко всем выборам сразу. Следующие выборы — это очередной шанс начать все сначала. Именно для этого и изобрели выборы и сменяемость!

Мы научились, говоря о ценностях свободы, выступать в защиту своих и общественных интересов! Теперь свободы и права нуждаются в нашей поддержке. Депутаты Госдумы новыми законами деформировали до степени прямого противоречия Конституции РФ и здравому смыслу целый пакет фундаментальных свобод: свободу собраний (закон о митингах), свободу ассоциаций (закон об агентах) и свободу выражения мнения (закон о клевете).

Мы граждане можем и должны привести наше законодательство в соответствие с национальными и международными стандартами прав человека и вернуть себе возможность публично обсуждать нарушения чиновниками законодательства, объединяться для защиты своих интересов и заявлять о своих требованиях через мирные акции.

21-22 сентября в Воронеже состоится межрегиональная встреча (семинар-тренинг) по разработке общественных кампаний в защиту фундаментальных конституционных прав, на которой мы сможем встретиться и принять окончательное решение по тому как действовать, чтобы вернуть себе права и свободы! Главная заявка на участие — готовность включиться в работу, т.е. координировать или воплощать задуманное в своём регионе вместе с коллегами из других городов.

В социальных сетях уже сейчас мы копим силы и готовим стратегию и тактику гражданской борьбы за реставрацию фундаментальных прав и свобод в России:
- создаем новые материалы (стикеры, постеры, плакаты, буклеты - многие виды которых мы сможем напечатать для распространения в рамках кампании по защите права)
- собираем все материалы, которые уже существуют ( картинки, демотиваторы, ролики, музыка, списки интересных фильмов и т.д.)
- разрабатываем индивидуальные и совместные действия в защиту прав и свобод! От занудно-экспертных до самых активистски-безумных!

Группа Вконтакте: http://www.facebook.com/groups/368648013229297/permalink/368648206562611/

Группа Фейсбук: http://www.facebook.com/groups/368648013229297/368648206562611/?notif_t=group_activity

Нам подкинули на выбор список персоналий, готовых войти в состав общественного Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека. Тем самым власть запустила эксперимент по проведению интернет-консультаций. Явная цель - отобрать 13 человек, на места вышедших из Совета известных правозащитников. (Всего на места в Совете претендуют 83 кандидата.) Кстати, лично я поддерживаю смелый и своевременный поступок вышедших в знак недоверия к работоспособности совета правозащитников, который важен еще и открывшейся возможностью для ротации его членов. Если бы не их выход, заявить о смене состава Совета смог бы только президент, что совершенно не к лицу подобному органу и сильно снижает уровень его независимости. Неявная, но не менее важная задача интернет-консультаций - отработать механизм интернет имитации демократического выбора общественных лидеров на безопасной и маловлиятельной, с точки зрения власти, площадке. Кто победит в таком пусть даже честном голосовании: Ирина Пайкачева, активная и бесстрашная правозащитница из Мурманска, или Николай Сванидзе, который не то чтобы правозащитник, но успел примелькаться в телевизоре?

Я убеждена, что общество может и должно саморегулироваться, что сообщество может помочь отфильтровать для правозащитного совета правозащитников и тех, кому важно развивать именно гражданские инициативы, а не выступать лоббистами или статистами от бизнеса или чиновников. Институт взаимных рекомендаций — вполне возможный инструмент для этого.

Ниже - список моих фаворитов в этом странном конкурсе. Я считаю необходимым, в первую очередь, поддержать людей из регионов, поскольку их включение в Совет, где прежде заседали лишь проживающие в Москве, станет настоящим прорывом! Также важно поддержать тех, кто работает самостоятельно, не выпрашивая подачек за лояльность, кто представляет реально гражданскую организацию, а не просто известное лицо из телевизора или близкий друг чиновников, кто никогда не подписывал сомнительных писем по звонку из администрации президента, кто многим рисковал, продолжая заявлять о проблемах, которые выгодно замалчивать. Также я не вижу смысла голосовать за тех, кто может гораздо более эффективно помогать обществу через политические и медийные институты, как Ирина Хакамада, например, даже вне большой политики, куда она обещала не возвращаться. В ее случае место в общественном совете выглядит как почетная пенсия, на которую Ирине Муцуовне рановато.

Я работаю в сфере защиты прав человека уже много лет. За это время я имела возможность узнать, кто, чем и как занимается. Правозащитников, системно занимающихся какой-либо проблематикой, не так много, и мы все друг друга знаем, поскольку перенаправляем друг другу людей, столкнувшихся с нарушением, или время от времени объединяемся для противодействия причинам возникновения проблем на более высоком уровне. Живя в Воронеже и часто перемещаясь по стране, я знаю всех. Нет смысла писать о каждом подробнее, тут, как обычно, google в помощь!

Общественный контроль за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания, реформа системы ФСИН
Борщев Валерий Васильевич
Бабушкин Андрей Владимирович
Петрашис Леонид Вальдемарович — Ростовская область!
Сажин Игорь Валентинович — Сыктывкар!

Защита общества от агрессивного национализма, ксенофобии и экстремизма
Верховский Александр Маркович

Защита прав инвалидов, бездомных, иных социально уязвимых категорий населения
Герасимова Елена Сергеевна
Миронов Владимир Иванович

Общественное расследование случаев похищения людей и применения пыток
Никитинский Леонид Васильевич
Таубина Наталья Евгеньевна

Защита гласности, прав журналистов и свободы информации
Павлов Иван Юрьевич- Санкт-Петербург!
Шведов Григорий Сергеевич

Судебная реформа, общественный контроль в сфере судебной власти
Соболева Анита Карловна
Пашин Сергей Анатольевич

Защита прав военнослужащих и призывников, военная реформа
Полякова Элла Михайловна - Санкт-Петербург!
Пайкачева Ирина Владимировна — Мурманск!

Полицейская реформа, общественный контроль за правоохранительными органами
Чиков Павел Владимирович — Казань!

Защита избирательных прав граждан, развитие избирательной системы
Шибанова Лилия Васильевна

Защита прав человека на Северном Кавказе, содействие формированию гражданского мира и искоренению терроризма в СКФО
Череватенко Валентина Ивановна — Ростов-на-Дону!
Каляпин Игорь Александрович — Нижний Новгород!

Защита прав человека на постсоветском пространстве и в других регионах мира
Тополева-Солдунова Елена Андреевна
Юров Андрей Юрьевич — Воронеж!
Маковецкая Светлана Геннадьевна — Пермь!

Скандал и насмешки над воронежской полицией спровоцировал приказ Главного управления МВД по Воронежской области №1/1115 «О дополнительных мерах по укреплению дорожно-транспортной дисциплины среди личного состава» от 27 августа 2012 г. Этот документ запрещает сотрудникам полиции:

- использовать без особой необходимости и без уведомления начальства личный автотранспорт после 22.00,

- в любое время перевозить на своих автомобилях посторонних пассажиров,

- посещать предприятия общественного питания в которых осуществляется продажа спиртных напитков.

Этот документ появился на сайте Воронежского управления МВД в понедельник, но после первой же реакции в комментариях его сняли, но не отменили и изъяли обратно тираж копий, разосланных по районным отделам полиции.

Анализируя статистику по ДТП, руководство областного управления МВД обратило внимание на рост происшествий с участием сотрудников полиции. Внезапно выяснилось, что они, как многие граждане в этой стране, позволяют себе садиться за руль пьяными и попадают в аварии, иногда на служебных машинах.

Намерения руководства воронежской полиции, без сомнения, были благородными — защитить как простых граждан, так и самих полицейских от опасности. В тексте приказа приведены конкретные случаи: так, жители Россошанского района обезвредили пьяного полицейского, разъезжавшего на служебной машине. Проблема в том, что полицейские чиновники неудачно совместили в одном тексте сразу несколько задач. Разосланный по отделам приказ должен был стать еще и своего рода актом публичного порицания полицейских-нарушителей.

Но главное: предложенное полицейским руководством решение противоречит не только здравому смыслу, но и законодательству, в частности, ст.23 Конституции РФ, ст. 8 Европейской конвенции о правах человека, гарантирующих «право на неприкосновенность частной жизни», вмешательством в которое является этот приказ.

Полицейские такие же люди и граждане, как все остальные. Им на общих основаниях нельзя садиться за руль пьяными - в противном случае у них, как у любого гражданина, обязаны изъять права. Полицейским, которые едут на личном авто и по частным делам, нельзя запугивать или подкупать патрульных, потрясая своим служебным удостоверением. Это называется коррупцией и незаконным использованием должностного положения. За это их должны наказывать дополнительно. Полицейские могут осуществлять частный извоз по общим для всех правилам, установив счетчики, платя налоги и неся ответственность за нарушение этих норм. Никакого особого отношения к полицейским быть не должно - это было бы дискриминацией. Собственно, это и есть дискриминация полицейских - наимахровейшая, как в отношении секс-меньшинств или мигрантов. Все эти вещи МВД и должно контролировать и пресекать вне зависимости от статуса или профессии нарушителя. Но это гораздо сложнее, чем просто запретить полицейским пить и садиться за руль без разрешения начальства: «Товарищ полковник, можно я в супермаркет и к любовнице сгоняю?»

Первыми на эту ситуации отреагировали участники движения «Честный город», созданного бывшим милиционером Романом Хабаровым, который сразу же направил в прокуратуру заявление о нарушении прав полицейских. Правозащитники и представители «Трансперенси интернешнл - Россия» также подключились к требованию отмены этого акта. Они напоминают полицейским, что в нашей стране все еще существуют некоторые правовые принципы и было бы здорово, если бы полицейские их использовали:

1) акты, затрагивающие права человека, вступают в силу только после официально опубликования, чего в данном случае не произошло;

2) незаконные приказы можно не выполнять!

Начальник ГУ МВД по Воронежской области генерал-лейтенант полиции Александр Сысоев пока официально не прокомментировал подписанный им документ.