Полтысячи лет назад, при Генрихе VIII, это было возможно и в Англии. Хотелось бы, конечно, чтобы в России невозможность давления на судей наступила побыстрее, чем через пятьсот лет. Но пока я могу только восхищаться Васильевой, жалеть Данилкина и шептать "Чур меня!", представляя себе, как люди в гражданском вторгаются в дома ко всем моим близким. На миру и смерть красна, но она определённо не красна, если ты внезапно исчезаешь, и никто ничего не может сказать по этому поводу. Кажется, что скоро многие предпочтут гражданскую войну и я уже понимаю это настроение.