15 июля на Кавказском Узле появилось сообщение со слов Мадины Чибировой, что матери задержанных собираются объявить голодовку. В связи с этим 20 июля мы с коллегой встретились с родственниками нескольких мусульман, задержанных с 31 мая по 1 июня. Это были матери Кочиева Валерия, Гацалова Аслана, Лагкауева Рамазана, Боллоева Эрика,(ему 18 лет исполнилось несколько дней назад), супруги Исмаилова Кувата и Бирагова Руслана.

Как нам они сообщили, голодовку еще не объявили. Но по их словам готовы это сделать в любое время.

Родственники задержанных.

Супруга Бирагова Руслана рассказывала, что в ходе обыска их дома сотрудники милиции спрашивали: «Почему вы приняли Ислам» и на ответ, это не запрещено Конституцией РФ сказали, что чихать хотели на эту Конституцию.

«Мы уверены в том, что наши родственники ни в чем не виновны.

В начале, когда они были в ИВС, ни адвокатов не допускали, ни передачи не запускали допустить в течении 30 суток. Мы писали заявления в прокуратуру, нам прокуратура ничего не отвечала на эти вопросы. Они говорили у нас такой приказ. Мы писали жалобы, ходатайства писали, чтобы сняли побои, потому что наших родственников безбожно избивали, нам эти побои не сняли. Они настолько были избиты, что мочились кровью. Медицинских заключений у нас нет. И на наши жалобы по этому поводу у нас нет ответов.

Я звонила следователю и сказала, что как супруга я имею право с ним встречаться, он сказал – это не от меня зависит. А я его переспросила от кого зависит, он сказал – вы не имеете право с ним встречаться. А на каком основании мы не имеем права с ними встречаться мы не знаем», - сообщила супруга Бирагова Руслана Лияна Гурдзибекова.

Из присутствующих на встрече родственников, медицинское заключение об избиении было только у матери Рамазана Лагкуева, сделанное на 21 день. «На 21 день зажить может все что угодно. Наши соседи видели все, как его избивали. В прокуратуру мы ходили недавно за ответами на наши жалобы, они сказали, что ответят нам. Но никакого ответа у нас нет. Прошло больше месяца.

Протоколы следователи начали вести с 1 числа с 2 часов дня, а забирали наших родственников с 11 часов вечера 31 мая до утра 1 июня», - сообщила она.

«Моего мужа били по почкам, со слов адвоката знаю, что у него ссадины на руках и синяки были под глазами», - сказала супруга имама мечети Кувата Исмаилова. «Мой муж после ночного намаза ехал домой и по пути с работы их остановили, в машине сидел 17 летний Эрик Болоев. Надели им на голову пакеты и били их, и они до утра с пакетами лежали. Потом подбросили моему мужу оружие. Ночью приходили к нам домой. А про пистолет он узнал адвоката, сам не знал, что у него пистолет обнаружили. Ночью, говорил он, у меня спрашивали: «Ты левша или правша». Потом я почувствовал, что моим рукам что-то твердое подложили, а утром когда сняли пакет с головы вижу моя белая рубашка черной стала. Оружейным маслом меня натерли», - передала она слова своего мужа.

Комментарии.

Адвокаты задержанных направили несколько коллективных жалоб, заявлений и ходатайств по разным инстанциям: в Следственный Комитет, в прокуратуру, в Парламент РСО-А. там говорится: «В здании ОРЧ-2 МВД РСО-А все задержанные (с надетыми на голову пакетами) поверглись физическому и психическому воздействию, были избиты и причинены телесные повреждения различной степени тяжести, с требованиями признаться в пособничестве убийства профессора СОГУ Джигкаева Ш.Ф., создания экстремистской группы, в хранении оружия боеприпасов и оружия. Нашими подзащитными были заявлено, что они исповедуют традиционный ислам и никакого отношения к экстремистским и террористическим организациям не имеют, а сознаваться в том, что они причастны к вменяемым им преступлениям не будут, пояснив, что употребление наркотических средств, алкоголя, сигарет является большим грехом в исповедуемой ими религии. В ответ сотрудники пояснили, что если даже не докажут причастность к убийству, они все сядут за оружие и наркотики, которые им подбросили.

В настоящее время, согласно Постановлению судов РСО-А от 02.06.2011 года им избрана мера пресечения в виде заключения под стражу».

Мне удалось поговорить с несколькими адвокатами, они не знали о готовящейся голодовке. Приведу полный разговор с одним из них.

Адвокат Руслана Бирагова Сослан Габачиев встретился со мной. Вот что он рассказал:

«Следственной группой Главного Следственного Управления при следственном Комитете РФ в СКФО РФ было возбуждено уголовное дело по факту убийства 26.05.2011 года профессора СОГУ Джигкаева Ш.Ф.

В период с 31 по 1 июня мой подзащитный был задержан сотрудниками МВД РСО-Алания по подозрению в пособничестве в совершении убийства Джигкаев Ш.Ф., а также в незаконном хранении оружия и наркотических средств. При его задержании на него и его отца надели целлофановый пакет, положили на пол в их домовладении лицом вниз и в таком положении проводили обыск без их визуального участия. Сейчас Бирагов младший проходит по двум статьям: ч. 1 ст. 222 (Незаконное хранение оружия) и ч. 2 ст. 228 (Незаконное производство, сбыт, хранение наркотиков)».

По словам адвоката Габачиева его подзащитный в течении месяца сидел в ИВС г. Ардон, где нет элементарных условий для содержания. Его родственники не были уведомлены следователем, который обязан был это сделать о том, что их родственник находится под стражей. Сослан Габачиев также рассказал, что через несколько дней дела этих задержанных были переданы в МВД РСО-А, так как по обвинению в убийстве никто уже не проходил.

«6 июня я смог встретиться с моим подзащитным, но не наедине, следователь присутствовал при нашей встрече. На моем подзащитном были следы телесного побоя, а также следы от тока. 7 числа я отправил ходатайство на имя руководителя главы Следственного Управления Следственного Комитета РФ по СКФО Пекову М.М., где просил провести судебно-медицинское освидетельствование на предмет – есть ли следы повреждений и следы от тока. В этот день он получил мое ходатайство, у меня есть уведомление об этом. И ответ он должен был дать максимум через три дня, но до сих пор никакого ответа я не получил», - сообщил адвокат.

По его словам, работники Следственного Комитета устно говорят, что эти дела они в МВД передали и что они не могут на жалобы отвечать. А судебно-медицинское освидетельствование скоро ничего не покажет, ведь почти два месяца прошло.

«Месяц назад группа адвокатов, которые защищают задержанных в одно время мусульман, направили коллективную жалобу в прокуратуру и обращение в парламент», - сообщил адвокат Габачиев. По его словам в первом заявление они настаивают на том, чтобы всех участников дела: сотрудников милиции, понятых, свидетелей и самих задержанных допросили с использованием полиграфического устройства (т.е. под детектор лжи). Но по закону это можно произвести только по усмотрению органов следствия.

«Мой подзащитный готов давать показания под детектор лжи. Я еще второе ходатайство написал на имя следователя, который ведет наше дело. В нем я прошу провести экспертизу на факт употребления наркотических средств моим подзащитным. Но опять таки, ответа я пока не получил, которого должен был в течении трех суток получить», - сообщил адвокат.

По его словам третье ходатайство в Следственный Комитет РФ по СКФО написал его напарник по этому же делу – адвокат Петр Хозиев. В своем ходатайстве Хозиев настаивает на двух вещах: 1. ускорить рассмотрение первого ходатайства адвоката Сослана Габачиева по поводу производства судебно-медицинского освидетельствования телесных повреждений и 2. допросить понятых с участием адвоката. На третье ходатайство тоже адвокаты задержанного Р. Бирагова не получили ответа. Габачиев также сообщил о том, что через неделю истекает срок содержания под стражей подследственных, и что следствие затягивает передачу дела в суд, и что следователи, скорее всего, будут просить отсрочки у суда.

Удалось достать два номера телефона: помощника руководителя Следственного Комитета СКФО по РФ Пекова М.М. и третьего по счету следователя по делу задержанного Руслана Бирагова. Первый сказал, что он в командировке, что ничего не знает. Второй – следователь Роберт Муртазов, сказал, что никаких ходатайств не видел и что не желает со мной разговаривать.

После общения с адвокатами я случайно узнала информацию о том, что депутат Кесаев сообщил им о том, что их обращение будет рассмотрено на ближайшей сессии Парламента РСО-А с участием всех сторон этого дела. Насколько это правда, мне не известно.

По словам одной из матерей задержанных, на прошлой неделе глава Республики Т. Мамсуров встретился с общественностью в с. Чикола, где сказал: «Для безопасности республики выделены большие деньги, и мы будем бороться с экстремизмом независимо от того, какой они религии придерживаются: христианской, традиционной или мусульманской».

Правозащитник Виссарион Ассеев прокомментировал происходящее так: «Ситуация такова, что складывается ощущение не у обвинения не у защиты, т.к. она идет от обвинения, нет четкого понимания что делать. Следствие вынуждено искать во многих случаях доказательства принадлежности обвиняемым подброшенных на стадии задержания наркотиков и оружия. А это не так легко сделать. И в ход пускаются не следственные методы доказательства – легендаризация жертвы. Расклеенные по всей республике билборды с фотографиями Шамиля Джигкаева ничем другим объяснить нельзя. Навязывание обществу идеи, что убита совесть и глас нации автоматически ставит обвиняемых в положение злодеев, а общую стратегию защиту лишает воли. И все что они могут это невнятно заявить о возможной голодовке, как крайней мерой привлечение внимания к ситуации».

13 июля закончилась грузино-осетинская встреча в Стамбуле, которая называется с недавних пор «Точка зрения». Ранее на сайте «Эхо Кавказа» данная встреча была названа грузино-осетинским форумом. Это меня навело на мысль, что идет сценарий, который был благополучно применен при захвате Народной партии в апреле 2009 года. То есть власти Южной Осетии пытаются подменить ненавистный ими грузино-осетинский Гражданский форум своим форумом. Причем они это делают при посредничестве американского Института Джорджа Мейсона. Когда я прочла в марте текущего года статью, где использовалось обозначение "форум", то не стала реагировать, потому что сочла это ошибкой или оговоркой.

Но дальнейшие процессы этой встречи заставили задуматься уже об этом всерьез.

Во-первых, о последней встрече в Стамбуле на данный момент не писали осетинские журналисты, которые были приглашены туда в качестве участников встречи. Сообщений по поводу этой встречи я не нашла, не считая пресс-релиза на сайте ИА «Рес». Чтобы понять, что на этой встрече обсуждалось и кто были ее участники, мне пришлось долго сидеть и корпеть над переводом статьи грузинского журналиста Гоги Апциаури, который написал о встрече на грузинском языке.

В первую очередь, в глаза бросается то, что участниками в основном были люди, представляющие официальные власти РЮО. Это советник президента Коста Дзугаев, депутат парламента Мераб Чигоев, директор государственного информационного ресурса ИА «Рес» Майя Харебова, далее идут представители НПО и журналисты Южной Осетии. Как известно, РЮО с 1992 года не идет ни на какие контакты с официальными лицами Грузии по причине того, что власти Грузии не считают своих югоосетинских коллег коллегами. Это значит, что они их не считают представителями властей вообще. Более того грузинские официальные лица называют осетинских чиновников сепаратистами и криминальными элементами.

Данная ситуация ухудшилась после войны 2008 года, когда журналистов из Грузии перестали запускать на территорию РЮО. Помню 2009 год, парламентские выборы и выступление министра иностранных дел РЮО Мурата Джиоева. Он говорил, что пока Грузия не подпишет договора о неприменении силы, Южная Осетия не будет поддерживать никаких контактов с ними. Это касается и журналистов. В итоге грузинским журналистам было запрещено въезжать в РЮО и освещать выборы для своих изданий.

Вернемся же к нашей встрече. На ней со стороны Грузии была представительница Министерства реинтеграции. Имя ее не указано в вышеупомянутой статье. Зато в статье написано, что все люди, присутствующие на встрече, не участвовали в ней в качестве представителей определенных структур, а были просто частными лицами. Это, обратите внимание, на грузино-осетинской встрече. Дальше мы будем наблюдать, как Саакашвили и Кокойты создадут «Клуб любителей осетинского пива» в Египте, например.

Я не буду подробно останавливаться на "частных лицах" из Южной Осетии, таких как Коста Дзугаев, выступающий за «нормальную, здоровую диктатуру в Южной Осетии», ни на Лире Цховребовой, которая была первым НПО-шником, осудившим своих коллег после лейденской встречи. Что теперь о них писать, любой читатель может видеть, что американских грантодателей (не европейских) больше интересуют такие "частные лица", а не независимые НПО. Просто посмотрим, что они обсуждали в Стамбуле. «В Стамбуле, в консульстве Швеции, предоставившей зал для проведения встречи, на протяжении трех дней проходила встреча представителей грузинского и осетинского общества». С каких пор залы консульства Швеции стали общественно доступными?

«В этом формате свободным является то, что там любой человек представляет собой частное лицо и не озвучивает позицию разных организаций, поэтому организаторы и участники являются участниками народной дипломатии».

Народная дипломатия с официальными высокопоставленными чиновниками – это американское ноу-хау наверное.

«Стороны обсуждали и гуманитарные вопросы. По-прежнему актуальными были проблемы водоснабжения в селах и подачи природного газа в Ахалгорский район. По мнению участников встречи, эти вопросы не должны быть политизированы. Решено было, что обсуждение продолжится и его материалы будут посланы участникам Женевских дискуссий», - говорится в статье Гоги Апциаури.

Разве не те же вопросы были отосланы участниками грузино-осетинского гражданского форума после лейденской встречи в июле прошлого года участникам Женевских дискуссий? Разве не про эти гуманитарные вопросы Лира Цховребова говорила: «Они не имели права этого делать», - размахивая текстом обращения перед камерой осетинского гостелевидения на круглом столе "Линча" в августе прошлого года?

Далее в статье идет комментарий, который снова навел меня на мысли о плагиате: «...По мнению директора НПО «Агентство социального, экономического и культурного развития Южной Осетии» Дины Алборовой, такому диалогу нет альтернативы и он должен быть продолжен. По ее словам, здесь она получила больше информации, чем у нее было до этого».

Статья заканчивается словами: «Институт Джорджа Мейсона имеет большой (26-летний) опыт работы на территории бывшего СССР, Ближнего Востока, Африки и Восточной Европы».

Во второй статье грузинского коллеги (Гоги Апциаури) на эту тему говорится про фокус-группу журналистов на стамбульской встрече: «Революционные идеи журналистов - так расценили эксперты и политики выдвинутые грузинскими и осетинскими журналистами предложения, которые родились в рабочей группе журналистов, в рамках гражданского диалога... Грузинские и осетинские коллеги собрались в отдельной рабочей группе, где возникла не одна идея о перспективах будущего сотрудничества - например, об обмене информацией и статьями, о соглашении об этических принципах, о совместной перепроверке информации. Не исключено, что в ближайший период часть грузинских журналистов получит возможность приехать в Цхинвали». Эти проблемы также обсуждались в Лейдене и полностью повторяют предложения по перспективам сотрудничества.

Грузино-осетинский гражданский форум впервые после войны 2008 года стал говорить о перспективах сотрудничества журналистов с обеих сторон. Уже функционирует сайт. На этом сайте считается принципиальным использование журналистами общепринятых терминов - например, "Южная Осетия" вместо «Цхинвальский регион» и «оккупированная территория». Немаловажно и то, что на сайте будет помещаться самая взвешенная информация по спорным и конфликтным информационным поводам во избежание эскалации конфликта. Все это можно почитать на сайте civil-forum.org. Поэтому у меня возникает вопрос – почему революционными не являются идеи не только уже озвученные, но и запущенные в практику?

По мнению югоосетинских экспертов, уровень консолидации армянского общества гораздо выше. Если вся Армения стремится сделать из Карабаха развитое государство, то Северная Осетия пока этого даже не осознала.

Сложно определить уровень миграции из Южной Осетии в Северную, поскольку многие граждане Южной Осетии посезонно могут проживать в обеих республиках. С появлением югоосетинских паспортов (2006 год), существует система, позволяющая южным осетинам принимать участие в выборах, как на территории Северной Осетии, так и в Москве.

В марте 1992 года Южная Осетия приняла свой флаг, герб и гимн. Позже Северная Осетия приняла такой же флаг, но герб с изображением снежного барса. Затем Верховный Совет Южной Осетии решил, что свой герб (орла) нужно поменять и принять такой же, как у северян, что и было сделано. Но гимны остались разными - видать, музыкальные вкусы у северян и южан оказались принципиально разными.

Во время августовской войны 2008 года беженцы спасались в Северной Осетии, где их приютили в детских садах, в санаториях или у родственников. То же самое было и в 90-е годы. Большинство беженцев, в основном из внутренних районов Грузии, остались жить в Северной Осетии, т.к. не могли вернуться обратно в свои дома. Помимо беженцев из Южной Осетии, в Северную Осетию многие выезжали в поисках лучших условий жизни.

Одна из самых раскручиваемых тем во время предвыборных компаний политиков обеих республик – это тема воссоединения двух Осетий...

Продолжение и обсуждение

1) Назовите 5 ключевых слов/выражений последнего десятилетия.

Жизнь, смерть, мир, война и Бог. Эти слова безусловно универсальны не только для последнего десятилетия. Но без них не представляю себе "ключевое описание" этого периода.

2) Как бы вы назвали книгу (фильм) о прошедшем десятилетии?

Я б назвала книгу так: "Геополитика стала опаснее для жизни и здоровья".

2) Кого можно считать героями и антигероями десятилетия?

Для меня в человеческом плане не существует понятий "герой" и "антигерой". Поэтому можно сказать, что для меня герой - Бог и антигерой - Дьявол.

4) Какие события в жизни страны за эти 10 лет были самыми важными лично для вас?

Признание независимости Республики Южная Осетия несколькими членами Организации Объединенных Наций.

Кровь, капает, капот, калечить, казнь, Кремль, координация, курс. Кавказ, курс, координация, криво, курс, координация, кокаин, колоться, кровь, карать. Криво. Колониализм, кривой.
Кремль, крепкий. К...
Колокол. Как? Кавказ, концепция, курс, координация, клевета, Кремль, клевета.
Кавказ. Какой? Концепция, кардинальный, курс. Каторга. Колебание, команда, колыхнуть.
Кабала, кандалы. Концепция, кабинет, кавардак, каверза, кавказец, кадры, курс, кадровый, каждый. Кинжал, Кавказ, консервативный. Контраст, клин.
Коалиция, календарь, команда. Канитель.
Канон, коварный, кануть. Канон, каллиграфический, кануть. Когда?
Количество, команда, камера. Команда, квалификация, капитал, капиталовложение, корректировать Канон, конкретный. Колебать, количество, капкан, комитет, карьерист, кляуза, компрометировать.
Клятва, конспирация, корень, красноречие, каскад. Километры.
Квалификация. Коалиция, колоссальный, концентрация, крепнуть, качество, казна.
Комбинация, комментарии. Коммерция, коммуникация, конкурировать, концентрация, кредит.
Кто? Конгресс, кворум. Когда? Крест, Коран, контакт, космополитизм.
Конвульсия, конфузить, капитуляция, конец, компенсация, конечно.
Кавказец, космополит. Кафе, клиентура, качество. Клуб, композиция. Культура, книга, кипа. Кинофильм, кинотеатр, камера.
Конституция.
Констатировать класс.
Колыхнуть...

Конец

Позавчера была на семинаре «Школы межкультурного воздействия», организатором которого является российское НКО «Гражданское содействие». В этой «Школе» принимают участие студенты и молодые активисты из Северной Осетии и Ингушетии. Меня пригласили на встречу «учащихся школы» с волонтерами «Гражданского содействия». Я впервые в жизни познакомилась с реальными ингушами, до этого приходилось их встречать только на просторах ЖЖ.

На семинаре молодые люди имеют возможность вместе слушать лекции и вместе принимать участие в культурных мероприятиях. Опыт общения в таких программах бывает бесценным, я по себе это знаю. Никто не говорил на тему проблем между Северной Осетией и Ингушетией, никто не говорил о Пригородном районе. Для меня это было новшеством. Мне казалось, что ни один северянин, ни один ингуш не может не говорить о Пригородном районе или участии ингушей в терактах. Я впервые увидела студенток из Ингушетии, который учатся в СОГУ.

Молодые ингушские студентки пригласили меня на прощальный вечер-банкет. Куда я с большим удовольствием пойду завтра.

О семинаре подробнее здесь.

С 11 по 16 июля в Лейдене (Нидерланды) состоялась очередная встреча Грузино-осетинского гражданского форума, вызвавшая впоследствии большие политические потрясения в Южной Осетии. В рамках встречи было принято обращение к участникам Женевских дискуссий с рекомендациями по решению гуманитарных вопросов в зоне конфликта. Жители приграничных сел должны иметь возможность посещать родственников, кладбища, святые места, пользоваться полями и пастбищами, получать медицинскую помощь. Нужно нормальное снабжение газом и водой. Необходимо как-то преодолевать разрыв экономических связей, в результате которого жители Южной Осетии страдают от завышенных цен на продукты первой необходимости (в Цхинвали цены выше московских).

В рекомендациях говорилось и о доступе в Южную Осетию для гуманитарных организаций. В плане Медведева-Саркози, в рамках которого ведутся Женевские дискуссии, третий пункт звучит именно так: «Свободный доступ к гуманитарной помощи». Мы как представители гражданского общества и как люди, проживающие и работающие в РЮО, видели, что эти дискуссии по нескольким пунктам соглашения Медведева-Саркози не продвинулись ни на шаг. Решение гуманитарных задач оказалось в зависимости от подписания соглашения «О неприменении силы», хотя сначала гуманитарные вопросы были вынесены в отдельный блок, чтобы разные пункты плана не мешали друг другу.

После разработки чернового варианта обращения модератор попросил всех участников прочитать и внести коррективы. Члены грузинской группы прочитали и согласились с текстом. Осетинские члены форума, после долгих споров между собой и с остальными участниками, внесли несколько корректив.

Мы хотели привлечь внимание мирового сообщества к гуманитарным проблемам в зоне конфликта, что нам и удалось. Иллюстрацией этого служит сообщение на государственных сайтах Южной Осетии от 27.07.10:

«Как сообщил ИА «Рес» по телефону из Женевы полпред президента РЮО, руководитель югоосетинской делегации на женевских дискуссиях Борис Чочиев, в ходе встречи обсуждался вопрос сотрудничества в области оказания целевой адресной гуманитарной помощи по восстановлению разрушенного хозяйства Южной Осетии в результате грузинской агрессии. Визит первого заместителя премьер-министра России Игоря Шувалова в РЮО 30 июля текущего года тоже говорит о том, что к гуманитарным проблемам в Южной Осетии стали относиться более серьезно.

22 июля помощник президента по постконфликтному урегулированию Борис Чочиев сделал клеветническое заявление по государственному ТВ РЮО на тему Лейденского обращения, назвав предателями всех осетинских подписантов данного обращения. Чочиев обвинил участников форума в подрыве интересов Южной Осетии. Он не ответил на главный вопрос, возникающий в таких случаях: как могут простые НПО подорвать интересы государства, за которым стоит один из самых крупных политических игроков в мире? Сегодня Южная Осетия находится под протекторатом РФ, чья армия охраняет границы РЮО, чьи деньги идут в бюджет Южной Осетии.

Своим заявлением Б. Чочиев фактически дал указание дестабилизировать обстановку в обществе Южной Осетии. 23 июля участник грузино-осетинского форума и подписант обращения Тимур Цхурбати попросил у Гостелевидения РЮО эфир, чтобы ответить на обвинения Чочиева. Директор Гостелевидения дал разрешение на видеозапись, но материал в эфир не пустили уже вышестоящие чиновники. 24 июля три депутата парламента РЮО вместе с семью другими людьми жестоко избили Т. Цхурбати на площади в Цхинвали в час дня на глазах у прохожих. После избиения Цхурбати попал в больницу, где находится до сих пор.

28 июля я обратилась к президенту и спикеру парламента РЮО с предложением ради сохранения гражданского спокойствия, торжества закона в РЮО и создания положительного образа республики в мире принять законные меры в отношении депутатов - участников избиения Тимура Цхурбати, инициировать их отзыв. «В случае если меры не будут приняты, я буду опасаться за свою жизнь», – говорится в тексте обращения.

Мы считаем РЮО независимым государством и верим, что сможем пойти по правовому пути Обращение было подано не на имя президента или премьер-министра России, как это в таких случаях делают многие, а на имя Эдуарда Кокойты. И несмотря на избиение Т. Цхурбати депутатами парламента, показавшее всему миру, что у власти в РЮО стоит бандформирование, мы верили, что президент РЮО как гарант Конституции сможет побороть личные симпатии к депутатам парламента во имя закона и репутации РЮО.

Но Э. Кокойты не инициировал отзыв депутатов и даже не осудил их действия. 3 августа он выступил в СМИ с заявлением, согласно которому представители гражданского общества должны подвергнуться еще большим преследованиям.

Мы, представители общественных организаций РЮО и участники грузино-осетинского форума, стараемся приблизить общество РЮО к демократическим стандартам, принятым во всем мире. Вместе с демократией в республику придет и уважение, и укрепление независимости, и признание мировым сообществом, а затем и Грузией. Ведь ни для кого не секрет, что для полной безопасности нам более всего нужно признание со стороны Грузии.

Вчера была на митинге памяти погибшей четыре года назад Анны Политковской. Митинг начался ровно в 16.03 - точное время ее убийства. Несмотря на будний день на площади перед памятником Грибоедову собралось несколько сотен человек.

Я впервые c начала 90-х годов побывала на митинге, устроенном независимо от властей. И я видела, что собрались люди, которых искренне волнует смерть Анны Политковской и судьба России. Митинг открыли товарищи Анны по работе. Редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов сказал, что хочет задать властям несколько вопросов, например, такой: почему предполагаемый исполнитель убийства Политковской таинственным образом получил загранпаспорт и выехал за границу? По словам Муратова, если власти не назовут хотя бы подлинных исполнителей этого убийства, это станет позором для них навсегда.

Выступающих было много. Но после выступлений актрисы Лии Ахеджаковой и правозащитницы Тани Локшиной у меня ком к горлу подступил и я не могла удержать слез. При жизни Анны Степановны я почти ничего не знала о ней и о ее деятельности - помню только новости в день ее гибели. Ведь в Южную Осетию «Новую газету» никогда никто не привозил, нормального Интернета никогда не было. И до сих пор людям в Южной Осетии недоступна информация о том, сколько правозащитников и журналистов убивают в России. Гарри Каспаров в своем выступлении сказал, что Россия – страна символов и что Анну убили в день рождения Путина не случайно. Мне стало страшно: ведь в подражание России царь всея Южной Осетии тоже станет убивать журналистов именно 31 октября!

Извините за отступления и за свою, может, излишнюю сентиментальность, но по-другому я не смогла написать.

Вечная память Анне Степановне!