Воровские разборки ...

Коллективное письмо мэру г. Москвы Лужкову Ю.М. о сохранении имени Сталина на м. "Курская"

http://www.za-stalina.ru/

А у яблочников будто другая??Карманная оппозиция и те и другие

Так скока платят портянка??

Станислав Говорухин, кинорежиссер, экс-депутат Госдумы РФ:

- Все наши правозащитники на службе у Запада. И никогда не защищали интересы граждан. Где был Ковалев, когда перед первой войной все иноязычные жители Чечни, от русских до евреев, забрасывали президента, правительство и парламент тысячами писем с требованием остановить творящийся там беспредел? Чеченцы насиловали женщин, воровали взрослых и детей, требуя выкуп или превращая в рабов. Убивали людей, отнимая у них дома. Что, Ковалев об этом не знает? А фонд Сороса? Да один этот благодетель под видом поддержки наших ученых нанес невосполнимый урон стране, профинансировав утечку умов и научных идей. Даже ребенок не поверит, что Запад станет оплачивать чьи-либо действия в интересах народа России

"Достойный человек" . Надо израильской армии таких послать , чтоб тоже призывали сдаваться арабам . Посмотрим как его там воспримут ...

Особо недобрую роль в этом сыграл тогдашний уполномоченный по правам человека в РФ С.Ковалёв, который открыто призывал наших солдат сдаваться в плен под его могучие гарантии освобождения. А о том, что их ждет в плену у «добрых» чеченцев, особо и не задумывались. — Геннадий Трошев

Почетный сыкун ...

В 19 веке англо-саксы подсадили на наркоту Китай , а теперь тоже самое проделывают в России .

Юлия Латынина

Михаил Ходорковский. Химия и жизнь. Неизвестные страницы биографии суперолигарха

Юлия Латынина

Неутешительный баланс Олигархов в России не любят. Их не любят те, кто по российской привычке приравнивает слово “богач” к слову “преступник” и объясняет собственный неуспех чужой непорядочностью. Их не любят “красные директора” и конкуренты-губернаторы. Нелюбовь эта во многом несправедлива. Пять лет назад хозяином промышленной России был “красный директор” — с отъевшейся рожей, с золотым унитазом, с бандитами в приемной. Олигархи остановили и бессистемное воровство, и тотальную крими-нализацию общества. Но вместо того чтобы употребить свое влияние для уменьшения российских налогов, олигархи употребили его на то, чтобы выжать для себя из бюджета максимально много. Чем меньше налогов платили бюджету, тем условней становилось право собственности, которая в любой момент могла быть отнята за долги. Чем условней становилось право собственности — тем необходимей была близость к власти. Чем ближе был предприниматель ко власти — тем чаще он делал деньги не на свободном рынке, а на обворованной казне. Дело не в неуплаченных налогах, не в обиженных губернаторах, не в “красных директорах”, выброшенных на помойку истории, и, разумеется, не в страданиях экзотического какаду Кеннета Дарта, который просит с ЮКОСа аж 800 миллионов долларов отступного. Дело в том, что благодаря олгирхам в России была создана на рыночная экономика, в которой бизнесмен, преследующий личное благо, способствует приумножению блага общего, а феодальный строй, в котором власть является высокодоходным финансовым инструментом. Логическим завершением такого строя становится исчезновение десятков ссорящихся олигархов и появление одного суперолигарха, именуемого также диктатором. За Термидором обыкновенно следует Брюмер, за угасанием рынка - гибель свободы. Именно это обвинение и предъявит госпожа история российским олигархам: члену-корреспонденту академии наук Борису Березовскому, удачливому цеховику Александру Смоленскому, руководителю кооператива по мойке окон Михаилу Фридману, бывшему чиновнику МВЭС Владимиру Потанину и талантливому химику Михаилу Ходорковскому.

Юлия Латынина

Лучшим изобретением ЮКОСа стала идея продажи так называемой “жидкости на устье скважины”, приписываемая Сергею Генералову (будущему министру топлива и энергетики).Смысл ее вот в чем. Компании, принадлежащие “нефтяным генералам” (ЛУКОЙЛ и “Сургутнефтегаз”), а также ТНК покупают у своих добывающих подразделений нефть по нормальным ценам. Компании, принадлежащие московским олигархам, — “Сибнефть”, ЮКОС и “Сиданко” — систематически обирают добывающие компании в пользу московского офиса. “Сиданко”, например, берет за транспортировку нефти до Новороссийска четыре доллара вместо 50 центов. А ЮКОС покупает у собственных подразделений не нефть, а “скважинную жидкость” по так называемой “внутрикорпоративной цене”. Сейчас эта цена составляет 250 рублей тонна, при том что на внутреннем рынке тонна нефти стоит около 800 рублей, а на внешнем — 73 доллара. В результате доля сырьевых налогов, взимаемых от цены (10 процентов ройялти и 6—16 процентов на воспроизведение минерально-сырьевой базы), уменьшается где-то со 128 до 32 рублей за тонну. Заметим, что эти налоги больше нигде не всплывают - их собирают только с того, кто обладает лицензией на нефтедобычу. Продажа “жидкости из скважины” не только снижает налоги, но и является специфически русским способом защиты частной собственности от враждебного банкротства. К примеру, у “Томскнефти” себестоимость добычи нефти превышает внутрикорпоративную цену. То есть чем больше “Томскнефть” добывает, тем больше она должна подконтрольным ЮКОСу кредиторам. И если какой недовольный губернатор примется “Томскнефть” банкротить, то главными кредиторами ее окажутся фирмы Ходорковского. Продажа “скважинной жидкости” — основной способ минимизации местных налогов. А как ми- нимизировать федеральные? По-разному. Например, через “обратный зачет”. Теоретически идея обратного зачета проста: к примеру, есть задолженность ЮКОСа федеральному бюджету и есть задолженность федерального бюджета... ну, скажем, по целевой программе развития Волгоградской области (76 миллиардов рублей в ценах 1997 года). Бюджет переводит деньги региону, регион платит ЮКОСу, а ЮКОС, в свою очередь, платит долги бюджету. Вас что-то смущает в этой простой схеме? Ну разумеется. Откуда возникли долги ЮКОСа и долги федерального бюджета, понятно. А вот каким образом региональный бюджет умудрился задолжать ЮКОСу? Ответ прост: задолженность, как правило, носила фиктивный характер. В Волгограде дело обстояло так: область (согласно договору № 1) купила у некоего московского ТОО “Эмитент” нефтепродукты, которые (согласно договору № 2) отдала на ответственное хранение все тому же “Эмитенту”. Затем (по договору № 3) нефтепродукты были проданы, но не за деньги, а за векселя мертвых фирм (в частности, в деле фигурировали вексель несуществующей фирмы “ЮНИЭЛ” на 36 миллиардов рублей и зарегистрированная по подложному паспорту фирма “Вымпел”). Так уж случилось, что история эта, в силу нелюбви волгоградского мэра к волгоградскому губернатору, вышла наружу: областная прокуратура завела дело, в московском офисе “Эмитента” при обысках изъяли договоры, заключенные с Курской, Свердловской, Воронежской, Челябинской, Тюменской областями — всего на сумму 1 триллион 869 миллиардов рублей.

ЮКОС избавлялся равно беспощадно и от социальной сферы, и от бандитских фирм. Вряд ли Ходорковский когда-нибудь расскажет, как решались подобные проблемы и какие морды рвались в его кабинет в Юганске. Одна пикантная подробность: свою задолженность перед ЮКОСом погасили все фирмы-посредники. Включая чеченцев и Отари Квантришвили. Рабочих сокращают не менее безжалостно, чем бандитов. Один из последних планов реструктуризации ЮКОСа предусматривал троекратное снижение численности рабочих: из 76 тысяч человек, работающих в трех основных производственных единицах — “Юганскнефтегазе”, “Са-маранефтегазе” и “Томскнефти”, — должно было остаться лишь 25 тысяч работников. Остальные переводились в самостоятельные сервисные компании, учрежденные совместно с местными властями, или в “социальные предприятия”, на баланс которых передавались убыточные скважины. В результате ЮКОС сохранял треть персонала и 95 процентов активов, а неминуемая смерть “сервисных компаний” и безработица нескольких десятков тысяч человек к нему уже отношения не имела.