Мне представляется, что главный итог событий, состоявшихся 4 декабря, состоит в доказательстве весьма значимого утверждения. При нынешнем (пока еще весьма скромном!) уровне информатизации российского общества теряют всяческий смысл всевозможные намеренные нарушения на избирательных участках и в избирательных комиссиях и тем более все административные и технологические меры по сокрытию оных.

Начну с констатации очевидного: рядовые исполнители упомянутых безобразий в массовом порядке выкладывают в Сеть свои свидетельства, включая фото- и видеоматериалы. При этом не имеет особого значения, что все эти материалы не являются юридически значимыми доказательствами: народ смотрит и смеется...

Добавлю к этому, что специалисты по математической обработке данных (которых в России немало и к числу которых относится автор этих строк) могут на основании общедоступной информации с сайта ЦИКа получить наглядную картинку всяческих выборных безобразий, не обращаясь ни к каким дополнительным, сложно добываемым или спорным данным. При этом не имеет особого значения, что вся наша математика, увы, также не дает юридически значимых доказательств. Согласимся, однако, что ситуацию, когда на сайте ЦИКа регулярно появляются цифровые данные, сравнимые по вероятности существования с «чудом Джинса», трудно считать пристойной. Дело, разумеется, не в том, что все избиратели РФ вдруг разом выучатся основам data analysis. Просто с того момента, как выборы в России начинают вызывать хоть какой-то интерес у широкой публики, на информацию о выборных безобразиях появляется реальный спрос; и этот спрос при нынешнем уровне информатизации страны будет немедленно удовлетворен.

В этой связи административно-правовые и/или информационно-технологические атаки на популярные сетевые СМИ и «назойливых» наблюдателей, как и публичное отрицание отмеченных безобразий, смотрятся как странное и вполне бессмысленное самоудовлетворение организаторов этого процесса, застрявших, надо полагать, в своем развитии в эпохе черных тарелок-репродукторов и журнала «Агитатор».

Вывод заключается в том, что в самой ближайшей перспективе нам придется отказаться либо от выборных безобразий и административных восторгов, либо от дальнейшей информатизации общества.

Добавлю к этому, что в самой ближайшей перспективе нам придется переформатировать однобокую (без праволиберального фланга) структуру законодательной власти, либо напрочь отказаться от назревших и неотложных социально-экономических преобразований. Для проведения этих (увы, непопулярных!) мер нужны «жестоковыйные правые», которые продвигают реформы, леволиберальные «народные защитники» и многочисленные здравомыслящие центристы, которые выводят общество на некоторый консенсус. У нас в новом парламенте одни сплошные «народные защитники», так что пустующую нишу «жестоковыйных реформаторов» придется заполнять кадрами из правящей партии, что в принципе не является слишком разумным занятием.

Примечания.
1. Чудом Джинса называется ситуация, когда вода в чайнике, поставленным на горячую плиту, не вскипает, а замерзает; вероятность этого события, как ни странно, не равна нулю.
2. Для сокрытия выборных безобразий от недреманного ока опытного специалиста по data analysis пришлось бы вооружить исполнителей этих безобразий генераторами «белого шума», или иными изощренными средствами «зашумливания» данных; вероятность такого события в точности равна нулю.

Много лет назад в театре Моссовета с большим успехом шла пьеса Эбби Манна, которая называлась «Суд над судьями». В своей недавней заметке я пришел к невеселому выводу, что ничего похожего никогда не угрожало и, скорее всего, так и не будет угрожать даже «самым лучшим» из наших судей. Мои дальнейшие размышления на обозначенную тему были прерваны письмом из зоны.

Мой корреспондент – молодой человек с гуманитарным образованием, получивший 5 лет общего режима по весьма спорному обвинению в экономическом преступлении. Он не жалуется на жизнь и на несправедливость своего приговора; он повествует о том, что видит: «...каптерщик Вареный поссорился с напарником в цехе Северстали из-за 4 тысяч рублей, расчленил его и пытался вынести через проходную в двух сумках, но был замечен. Дали девять лет. На днях за сигареты организовал мне второй матрац»; «...есть еще Жека Бык, который уверен, что досиживает 15-й год за собственную доброту: убил трех инкассаторов, четвертого пожалел, а он его опознал».

Перед нами поучительный арифметический факт: срок, назначенный Ходорковскому и Лебедеву судьей Данилкиным, в полтора раза больше срока, полученного социально близким каптерщиком Вареным за расчленение оппонента, и примерно равен сроку, почти уже досиженному Жекой Быком за тройное убийство. Этот факт заставляет меня еще раз вернуться к размышлениям о судьбах гг. Ульрихов-Колесниковых-Данилкиных-Боровковых, их детей и внуков.

(Читать целиком)

В размышлениях о справедливом воздаянии за тяжкие судейские грехи имеет смысл обратиться к судьбе старшего коллеги и идейного вдохновителя г-на Данилкина – Василия Васильевича Ульриха. Этот образцовый советский юрист отправил на тот свет больше народу, чем любой Торквемада. Приговоры «ни за что» на 10 и более лет лишения свободы были для него и вовсе мелочевкой, недостойной внимания. Как известно, В.В. Ульрих благополучно дожил до 62 лет (немалый возраст для специфического образа жизни сталинских людоедов!) и удостоился в 1951 году почетного захоронения на Новодевичьем кладбище.

Много лет спустя, в эпоху «перестройки и гласности», предметом прокурорской проверки стал один из эпизодов его многолетней и богатой судейской практики: расстрельный приговор 157 заключенным Орловской тюрьмы, оперативно вынесенный и немедленно исполненный в сентябре 1941 года. В 1990 году прокурор В. Зыбцев пришел к поучительному выводу, что «...поскольку данное судебное решение вынесено на основании постановления Государственного Комитета Обороны – высшего в тот период времени органа государственной власти, действия Ульриха В. В. состав какого-либо преступления не содержат».

Отсюда следует, что в 2060 (sic!) году для оправдания г-на Данилкина будет достаточно сослаться на хорошо известный телевизионный вердикт, вынесенный накануне оглашения приговора высшим (кто бы стал спорить!) «в тот период времени органом государственной власти».

(О воздаянии потомкам)

1) Назовите 5 ключевых слов/выражений последнего десятилетия.

2) Как бы вы назвали книгу (фильм) о прошедшем десятилетии?

«Захваченный дом», по мотивам одноименного рассказа Хулио Кортасара из сборника «Зверинец». Я постараюсь написать эту книгу...

3) Кого можно считать героями и антигероями десятилетия?

Герой – М.Б. Ходорковский. Человек, который после семи лет тюрем и лагерей недрогнувшим голосом представил суду, городу и миру текст, в котором общество по привычной лености не обнаружило блестящий ремейк монолога лейтенанта Шмидта из одноименной поэмы Бориса Пастернака:

Наверно, вы не дрогнете,
Сметая человека.
Что ж, мученики догмата,
Вы тоже – жертвы века.
Я тридцать лет вынашивал
Любовь к родному краю,
И снисхожденья вашего
Не жду и не теряю.

...

Все было вновь отобрано.
Так вечно, пункт за пунктом,
Намереньями добрыми
Доводят нас до бунта.

...

Поставленный у пропасти
Слепою властью буквы,
Я не узнаю робости,
И не смутится дух мой.
Я знаю, что столб, у которого
Я стану, будет гранью
Двух разных эпох истории,
И радуюсь избранью.

Антигероев – тьма. Среди самых главных – отцы-основатели режима, братья-близнецы Серков и Сучин, которых (в отличие от Рома и Ремула) вряд ли бы выкормила волчица и вряд ли подобрал бы пастух.

4) Какие события в жизни страны за эти 10 лет были самыми важными лично для вас?

Оккупация грузинских земель. (Как писал когда-то Лев Лосев, "я просто вырос в тех краях".)

Череда терактов с сотнями жертв, ставшая доказательством «теоремы о нулевой цене человеческой жизни в России».

Череда документальных доказательств «теоремы о правильном распределении национального богатства в России», в том числе:

покупка "Юганскнефтегаза" компанией "Байкалфинансгруп", арифметическое совпадение суммы федерального антикризисного пакета и прироста суммарного благосостояния богатейших граждан России за 2009 год. Конец политической эпохи – смерть А.Н. Яковлева, Б.Н. Ельцина, Е.Т. Гайдара.

Конец поэтической эпохи – смерть Д.А. Пригова, Л.В. Лосева.