Судя по новостям, завтра надо идти просто из соображений безопасности. Если придет мало народу, зачистка всего и вся в ближайшие месяцы будет быстрой и жесткой. Если много, поостерегутся.

контекст →

Бессрочная голодовка - сильное средство доведенных до отчаяния людей. Если люди на нее идут - значит, для них перейдена внутренняя черта, до которой они готовы были отступать. До которой они МОГЛИ отступать, продолжая уважать себя, оставаясь собой. Никто со стороны не может сказать, что эта черта у них "не там, где правильно". Где есть, там есть, им виднее. Если намерения несерьезные, люди сворачивают это дело в первую неделю. Если голодают более 20 дней, значит, черта.

Насильственное кормление голодающего - это акт насилия, акт отрицания его свободы воли, обращения с ним как с неодушевленным телом. Одобрение насильственного кормления, тем более призывы к нему - аморальны, это значит отнимать последнее оружие у заключенных, у обманутых, у загнанных в угол, у всех тех, кому нечего поставить на кон, кроме своей жизни. Врачи делают это, если человек совсем уходит, они связаны клятвой, они должны спасать тело, а не душу. Но когда это предлагается как решение проблемы - это отвратительно.

Если человек начинает бессрочную голодовку, а потом ее снимает потому что "уговорили", это означает девальвацию голодовки как средства давления ("да все они так - поголодают и раздумают") . Это значит, что следующий за ним должен будет умереть, чтобы голодовка опять обладала силой. Да, сам голодающий имеет право передумать, в конце концов, никто не знает, насколько сильно он хочет жить до того, как лицом к лицу окажется со смертью, каждый может переоценить свои силы. Но уговаривать этого - значит приговаривать следующего, это надо осознавать. Так это устроено, и ничего тут не поделать.

Реакция на бессрочную голодовку с ЛЮБЫМИ законными требованиями в обществе, живущем по принципам солидарности может быть только одна: поддержка всеми доступными средствами. Не рассуждения, а безоговорочная поддержка. Кто чем может, хоть информацией. Совсем небольшая жертва - написать об этом у себя, даже если кому-то не понравится, что "опять про политику".
Слушайте, зэки, воры, грабители и всякоразно в других отношениях неприятные личности, все встают и колотят мисками в двери, если их товарищ голодает. Они не уговаривают его перестать, они не зовут тюремного врача с капельницей, они не говорят: "Вот дурак, подумаешь, в рожу плюнули, нет бы утереться". Они поддерживают, как могут, сами нарываясь на большие неприятности. Им это очевидно, что так устроено и иначе нельзя.

...В случае с Астраханью мы имеем конкретное, ясное, компактное требование, выполнения которого абсолютно реально добиться прямо завтра. Если прямо завтра выйдет столько, сколько было на Болотной или Сахарова. За честные выборы как раз. Не за абстрактное "все хорошее против всего плохого".
Было много споров: сливают протест и или нет, серьезно оно все или не очень, и т.п.
Вот и узнаем.

контекст →