О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Дело 12 июня | Дело 26 марта | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Украина
Читайте нас:

Политзеки

В блогах


:

Уберите ваши доказательства

Vip Дмитрий Борко (в блоге Свободное место) 13.10.2017

7

Сегодня в суде над Дмитрием Бученковым выступали свидетелями репортеры. Эта история заслуживает подробной фиксации (я делал аудиозапись). Примечательны и перлы обвинителей, и прекрасная работа адвоката Ильи Новикова.

Свидетель Евгений Фельдман - фотокорреспондент, шесть лет в "Новой газете", два года в американском издании Mashable, публикации в The New Yorker, The New York Times, The Washington Post, Time, GQ Russia, Svenska Dagbladet и др., автор двух фотокниг.

Отвечая на вопросы адвоката, рассказывает, что 6 мая 2012 года, работая фотокором "Новой газеты", выполнял редакционное задание - снимал репортаж о шествии и митинге на Болотной. Сделанные там снимки опубликованы в "Новой" и многих других изданиях. Да, он видел на Болотной человека, одетого целиком в черное, в капюшоне, из-под которого были видны зеленый козырек и очень худое лицо. Этот человек попал на несколько его снимков. Евгений снимал профессиональной камерой Canon, имевшей на тот момент максимально возможную по размерам высококачественную матрицу (приводит характеристики), благодаря чему лицо человека в черном можно увеличить и рассмотреть в мельчайших деталях.

Поскольку "человек в черном" предположительно тот самый, за которого обвинение принимает Дмитрия Бученкова, адвокат Новиков ходатайствует перед судом о приобщении этих снимков к делу с целью их дальнейшего изучения.

Гособвинитель Апухтина: А вы в связи с чем фотографировали?
Фельдман: Я же сказал - я был штатным корреспондентом "Новой газеты".
Гособвинитель: Я считаю, что в деле достаточно фотоматериалов и нет необходимости приобщения новых.
Судья Лариса Семенова: Суд отказывает в приобщении фотографий, поскольку для различения фотографий плохого или хорошего качества мы не обладаем специальными познаниями.

91208
Одна из фотографий Е. Фельдмана

Илья Новиков: Суд ссылается на те свойства доказательства, которые не связаны с его допустимостью. Суд предвосхищает ту оценку доказательств, которую надлежит давать только в приговоре, в совещательной комнате, с учетом мнений других специалистов. И отказ от приобщения фотографий на том основании, что неизвестно их качество, является преждевременной оценкой относимости доказательств до того, как суд определился с их допустимостью. (Любое доказательство по закону подлежит проверке прежде всего на допустимость - подлинность, а затем на относимость - имеют ли отношение к делу - и доказательность. - Д.Б.)

Допрос свидетеля продолжается.

Новиков: Чем отличается качество фотоизображения от видео?
Фельдман: Существенно отличается. Любые видеокамеры, включая профессиональные, иначе, чем фотоаппарат, обрабатывают сигнал, поскольку им нужно обрабатывать минимум 30 кадров в секунду, а не 4-5, как фотоаппарат, которым я снимал. Мощность процессора в любой аппаратуре ограничена, то есть он может обработать конечное количество информации в единицу времени. Значит, количество информации в случае фотографии будет больше и качество фотографии будет выше.
Новиков: Ваши снимки можно охарактеризовать как имеющие низкое разрешение?
Фельдман: Нет.
Новиков: Характерны ли для них низкие резкость и контрастность?
Фельдман: Нет.
Новиков: Характерны ли для них размытость контуров отдельных предметов?
Фельдман: Нет.

Новиков: Я повторяю свое ходатайство, прося суд учесть уже исследованное судом заключение экспертизы института криминалистики ФСБ. По словам экспертов, те снимки, на основании которых проводилась портретная экспертиза, отмечены следующими общими недостатками: голова объекта занимает меньше 10 процентов площади кадра; низкое разрешение; наличие растра; низкая контрастность; размытость контуров отдельных предметов.

Как уточнил свидетель, ни одним из этих недостатков его фотографии не обладают, поэтому, не предвосхищая мнение специалистов - они этих снимков еще не видели, поскольку эти снимки не были приобщены к делу, хотя и были известны следствию, что привело к грубейшей его неполноте, - прошу приобщить их к делу с тем, чтобы мы впоследствии смогли их исследовать, продемонстрировать специалистам и при необходимости направить на судебную экспертизу. Очень странно слышать из уст гособвинителя, что в деле достаточно фотоматериалов: их много, но попавшие на экспертизу, безусловно, хуже по качеству, чем те, которые свидетель готов предоставить суду.

Судья: Свидетель, какое у вас образование?
Фельдман: Высшее. Факультет психологии МГУ.
Судья: А специалистом в какой области вы являетесь в связи с фотографией?
Фельдман: Я фотокорреспондент со стажем более 6 лет.
Судья: А какое отношение к этому имеет ваше образование?
Фельдман: Никакого.

Гособвинитель: Считаю, что в деле достаточно фотоматериалов, сделанных лицами, более профессиональными, чем свидетель (полицейскими оперативниками. - Д.Б.). Возражаю против приобщения.
Судья: Отказать в ходатайстве, поскольку суд не видит необходимости в приобщении этих фотоматериалов.

Сразу вспоминается другая стенограмма. 1964 год, суд над Иосифом Бродским.

Судья: Чем вы занимаетесь?
Бродский: Пишу стихи. Перевожу. Я полагаю...
Судья: А вообще какая ваша специальность?
Бродский: Поэт. Поэт-переводчик.
Судья: А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам?

По такой же схеме и с тем же результатом прошел допрос другого фотокорреспондента "Новой" - Анны Артемьевой. Адвокаты попытались зайти с другой стороны - приобщить официальный ответ редакции "Новой" на адвокатский запрос с приложенными фотографиями. Но судья сочла, что "ответ на запрос никакой доказательной силы не имеет, так как не относится к делу".

С первого суда над болотниками в 2013 году меня поражало, с каким упорством судьи препятствуют рассмотрению в суде фото- и видеоматериалов защиты. Ведь все Болотное дело с самого начала строится на видеоматериалах, следствие передавало в суды тонны видеозаписей, якобы демонстрирующих "преступные действия" демонстрантов. Но защите - нельзя никак.

Поразительно: судья Семенова согласилась приобщить к делу все заключения независимых специалистов, представленные защитой. А ведь они в пух и прах разносят экспертизы следствия, полученные в институте криминалистики ФСБ, как непрофессиональные и даже сделанные с нарушениями закона. Но заключения - слова. На слова можно отвечать другими словами, перевирать их и манипулировать. Но допустить, чтобы в дело попало видео, на котором ясно видно, что Ваня Непомнящих не трогал полицейских, или что Дмитрий Бученков и "Козырек" - совершенно разные люди, без слов видно, невооруженным глазом и со всей очевидностью, - это просто невыносимо для фальсификаторов.

После фотографов выступили двое свидетелей из левых движений, участвовавших в "Марше миллионов". Но таких свидетелей, говоривших, что Дмитрия Бученкова не было на Болотной в колонне анархистов, уже проиходило много. Для них у обвинения есть другой стандартный прием: "сколько людей участвовало в демонстрации?". Отвечают по-разному - от 5 до 50 тысяч. "И вы смогли пересмотреть всех, кто шел на Болотную?". Никакие возражения, что колонна анархистов была небольшой, а Дмитрий никогда бы не пошел отдельно от соратников, что он всегда вел колонну с мегафоном, а 6 мая это были другие люди, - не сработают.

Напоследок судья Семенова отказалась выслушивать на следующем заседании оставшихся свидетелей и специалистов защиты. Она уже требовала от защиты завершить свои доказательства и вот перешла от слов к делу. В ответ на протесты адвокатов, заявивших, что это нарушает право на защиту и равенство сторон (обвинение водило свидетелей пять месяцев), она решительно назначила следующее заседание на 16 октября. Оба адвоката тут же заявили, что у них на этот день уже назначены суды, и попросили выбрать другую дату, но судья слушать этого не захотела.

Беспредел в деле Бученкова достиг высшей точки. Прокурор Апухтина сформулировала это со всей ясностью: "В прениях мы можем ссылаться только на материалы, подтверждающие виновность".


Защиту не услышит никто

Vip Дмитрий Борко (в блоге Свободное место) 22.09.2017

7

90932

90931

При таком количестве зрителей проходит суд над Дмитрием Бученковым. Иногда приходит только жена. Даже глубокоуважаемая "Медиазона" давно перестала освещать самый скандальный процесс "Болотного дела". А ведь там сейчас самое интересное - свои доказательства начала представлять защита.


Впрочем, я понимаю тех, кто махнул на процесс рукой. В какой-то момент, еще до начала суда, когда у защиты появилась очередная порция фотографий, доказывающих, что "человек в черном" с Болотной и Бученков - разные люди, показалось, что следствие дрогнуло и задумалось, что делать. Но на поступившем в суд обвинительном заключении это никак не сказалось, и все покатилось привычно - в обвинительном русле. Будто этих кадров и не существует вовсе. Мне все же интересно, каким образом суд станет эти доказательства уничтожать?


Судья


Уже сейчас я понимаю, зачем судья Лариса Семенова задает свидетелям каждый вопрос и как это отразится в приговоре. Вот она настойчиво переспрашивает "потерпевших" полицейских: "Но боль-то вы почувствовали?" Они стесняются всех этих придуманных ушибов и незафиксированных царапин, но под ее нажимом отвечают: "Ну да..."

Вот она спрашивает выступающего свидетелем отца Дмитрия Бученкова: "Из того, что вы узнали об избиении сына (на Дмитрия однажды напали неизвестные) только после события, можно ли сделать вывод, что вы с ним не были особо близки?"

Вот она с места в карьер "наезжает" на пришедшего вчера первого эксперта со стороны защиты. Он говорит, что регулярно работает по договорам со многими экспертными бюро, но судья нажимает: "А вы вообще-то работаете? Не надо перечислять, назовите организацию, где вы работаете! По договорам? Ну так и скажите - не работаю!"

И потом: "Только институтский диплом эксперта-криминалиста?! И больше никаких подтверждающих ваше право заниматься этим документов?!" Это привычно. Потом будет сказано, что государственный эксперт повышал квалификацию, а независимый - нет. Хотя предписывающий регулярно проходить курсы и переаттестацию закон распространяется только на госслужащих.

Наконец, судья просто искажает закон. Беря со специалиста традиционную подписку об ознакомлении его с законами, она ложно трактует статью 310 УК: вместо запрета разглашать материалы предварительного следствия Семенова произносит: "Вам запрещено разглашать материалы следствия и СУДА". Хотя о суде в законе ничего нет. Суд-то открытый. В результате эксперт после заседания опасается отвечать на вопросы журналиста - мало ли чего!

В конце заседания судья снова угрожает нарушением закона, требуя от защиты закончить свои выступления в течение двух следующих заседаний. "Но у нас 40 человек свидетелей!" - изумленно возражает адвокат Светлана Сидоркина. "Вот и приводите всех 25-го и 28-го", - невозмутимо отвечает судья, удаляясь.


Специалист Владимир Иванов


Имеет экспертный стаж боле 20 лет, работал в МВД, потом уволился "на вольные хлеба". Он критикует портретные экспертизы, сделанные институтом криминалистики ФСБ. По его словам, госэксперты анализируют овал лица, а необходимая для этого лобная доля на всех кадрах закрыта капюшоном и козырьком. Они сравнивают брови, которые вообще не видны ни на одном кадре. Как можно устанавливать сходство спинки носа, если единственная фотография Бученкова, которая ими использовалась для сравнения, - анфас? Форма подбородка также сравнивается только в профиль. В одной из двух экспертиз сказано, что использовался программный комплекс Дина-2, но при работе с этой программой делается разметка лица, а в экспертизе вообще нет никаких маркировок. Наконец, сравнивать можно только изображения лиц в одинаковых ракурсах. А в экспертизе множество мутных видеокадров "черного человека" и только одна паспортная фотография Бученкова. То есть методики, на которые ссылаются специалисты ФСБ, вообще не соблюдались! После суда эксперт говорит, что для него было потрясением увидеть эти экспертизы: он всегда считал экспертов ФСБ специалистами высшей категории, а тут такая чушь.

Иванов не только оценил экспертизы ФСБ, но провел собственную. Для этого он использовал массу фотографий Бученкова в разных ракурсах. Их, кстати, не раз предлагали следствию адвокаты, но следователь Добарин отказался их приобщать, заявив, что защита пытается затянуть дело. Эти снимки не только из семейного архива, но и из публикаций в соцсетях. Это доказывает, что они сделаны в том же 2012 году и раньше. Это важно, чтобы убедиться, что внешность Дмитрия с тех пор не изменилась. А именно на это намекали прокуроры, спрашивая отца Дмитрия об операции на носовой перегородке, сделанной Дмитрием уже после событий на Болотной. Видимо, считается, что он намеренно менял внешность.


Изменилась ли внешность?


Я нашел Дмитрия на своих съемках с одного из митингов 2009 года. На этих кадрах у него такой же кривой нос, как и сегодня (у человека с Болотной нос прямой). А очертания лица практически не изменились с тех пор. Но все эти наши изыскания вряд ли будут иметь значение. Дмитрия Бученкова твердо вознамерились сажать. А в зале суда - два-три человека, и пресса давно о нем забыла. Но пока еще есть шанс. Нам, по крайней мере, обещаны еще два заседания.

Дмитрий Бученков в 2009 и сегодня
90933

90934



Пинок от смутьяна

Vip Дмитрий Борко (в блоге Свободное место) 09.09.2017

7

Дмитрия Бученкова продолжают судить, как будто никому и не приходит в голову, что на снимках с Болотной - совсем не он, а его там в помине не было.

Приходил в пятницу очередной "потерпевший" - Дмитрий Шашков. Грузный, не очень молодой человек с крепкой лобастой головой. Он, конечно, мент до мозга костей в смысле взгляда на мир. Да что мне его взгляд? У штукатура, врача или балетного танцора - свои профдеформации, лишь бы лечили и танцевали хорошо. А так - нормальный мужик. О событиях на Болотной рассказывал неохотно. "Я вообще хочу эту историю забыть", - ответил на протокольный вопрос судьи, желает ли, как потерпевший, участвовать в дальнейших заседаниях.

Вот судья Лариса Семенова в последнее время явно свою заинтересованность проявляет, вопросы все чаще свидетелям задает. Чуть услышит про беспорядки (а менты по-своему это понимают: строем не ходили, сердито кричали - бардак, беспорядки, народу много - значит массовые), так и впивается в свидетеля: "А какие лозунги кричали?" Прошлый свидетель думал-думал и выдавил: "Ну, антиправительственные лозунги..." Судья Семенова обрадовалась: "Антиправительственные?! Понятно!" А этот Шашков мрачно: "Не помню, что кричали".

На вопрос судьи, почему признан потерпевшим, стал смущенно оправдываться: "С меня сзади пытались сдернуть шлем, ремнем по лицу проехали, я боялся, что мне застежкой глаз выбьет, голову отклонил, чтобы он соскользнул легче, но все равно как-то почувствовал". Она не унимается: "Но боль-то почувствовали?" Он, неохотно: "Честно говоря, я тогда ничего не чувствовал, но наверное, больно, было". Вот про своего подчиненного Прохорова, которого "приложили" посильнее (это ему "скололи эмаль на двух зубах") и которого сам из толпы вытаскивал, гораздо больше рассказывал. Видно, что возмущен и сочувствует.

90791

Капитан Шашков выводит Прохорова за оцепление


А на еще один дежурный вопрос - какого наказания для Дмитрия Бученкова желает, если того признают виновным, - неожиданно уверенно ответил: "Самого легкого. Я думаю, он уже наказан - вон уже сколько времени следствие и суд идут!"

Все бы ничего, да только Бученкова он опознал - как "человека, на его глазах пнувшего ногой неизвестного омоновца". А ведь в мае 2012 года, когда Шишков давал первые показания про эпизод действительно пострадавшего подчиненного, о "человеке в черном капюшоне" (так описывают псевдо-Бученкова с Болотной) не сказал ни слова. Спустя же три года, когда на Дмитрия дело завели, "вспомнил", что заметил, как рядом с ним "черный" омоновца ногой пнул в бедро. И узнал в том "черном" Дмитрия.

И сам ведь понимает, что ерунду говорит: "Глаз и верхней части лица не видел под козырьком и капюшоном, а нижняя тогда без бороды была, поэтому по-другому выглядела". Адвокат Светлана Сидоркина его спрашивает: "По каким же признакам тогда Бученкова узнали?" "По росту и фигуре, - говорит. - И вообще я плохо помнил, но мне следователь много видео показывал, после этого и узнал".

Шашков действительно мог видеть "черного". Но он соврал: "черный" пнул в зад не "неизвестного омоновца", а его самого. Впрочем, эта ложь не самая страшная, и я понимаю ее мотив: ему стыдно. Наверное, потому он и не упомянул об этом случае на первом допросе.

90790

Капитан Шашков получает пинок от "черного" или "Козырька", как его прозвали следователи


Я не знаю, зачем он в "черном" Дмитрия опознал. Может, обида ему глаза застила, может, премию пообещали, а может, просто поверил следователю, что Бученков впрямь тот самый смутьян. А что на Болотной были злонамеренные смутьяны - в этом все приходящие полицейские уверены. Они это так видят: была масса "нормальных людей" (как сказал Шишков, "люди кричали что-то наболевшее" - ведь точно!). А были боевики в черной одежде, которые "выскакивали из-за людей, нападали на полицию и прятались в толпе".

Миф о "провокаторах в черном на Болотной" сложился уже давно. К сожалению, участники демонстрации 6 мая и сочувствующие либералы во многом этот миф родили сами, на радость следователям, больным на всю голову конспирологией. Надо же было как-то оправдаться, когда власти и пропаганда выкатили им претензии в насилии - число "пострадавших" полицейских в официальных сводках росло тогда на глазах, от семи вначале до восьмидесяти в итоге. Как можно, мы же мирная демонстрация, даже когда нас бьют, мы ленточками машем! Пришлось найти детское объяснение: "Это не я чашку разбил, это кошка". Теперь пятый год это расхлебывают сидящие на скамье обвиняемых болотники.

И это сейчас мне кажется гораздо боле поучительным, чем история про полицейских "свидетелей". Потому что о том, как система растлевает людей, "по долгу службы" вбрасывающих бюллетени на выборах, брешущих на телеканалах или дающих ложные показания в суде, сказано уже достаточно. Что, конечно же, не снимает ответственности с сотрудника ППС УВД по ВАО капитана полиции Дмитрия Шашкова.


Тихое скандальное дело Бученкова

Vip Дмитрий Борко (в блоге Свободное место) 25.08.2017

7

Незаметно, при практически пустом зале, продолжает идти самый скандальный процесс Болотного дела - над Дмитрием Бученковым, которого не было на Болотной площади. Несмотря на множество найденных защитой фото- и видеоизображений активного участника событий "Козырька" (или "человека в черном"), в котором следствие "узнало" Бученкова, несмотря на очевидное их несходство, обвинение как ни в чем ни бывало продолжает настаивать на своем. Я думаю, пора начинать выводить их на чистую воду с фактами в руках. В последние дни выступили два характерных для этого дела свидетеля.

Николай Зубарев, видеооператор ОМОН



Заснял на Болотной некоторые действия "Козырька" (какие и сколько, узнать не удалось, поскольку судья не дала адвокатам выяснить, какие именно из видеозаписей в деле принадлежат его объективу). Но интересен он прежде всего трансформацией своих показаний на протяжении четырех лет. Эти показания были оглашены в суде.

11 апреля 2013 (показания на следствии перед первым Болотным процессом)
Парень в черной толстовке с капюшоном бросил две пластиковые бутылки.

12 ноября 2015 (показания на следствии по Бученкову)
Парень в черном капюшоне переворачивал биотуалеты (к этому моменту выяснилось, что бросание пластиковых бутылок не является столь уж криминальным - Д.Б.). Лица не помнит, опознать не сможет. В ходе допроса следователь показал ему много видеофрагментов с "Козырьком".

20 января 2016 (очная ставка в ходе следствия по Бученкову)
Узнал в Бученкове "Козырька", переворачивавшего биотуалеты.


25 августа 2017 (показания в суде)
Видел, что именно Бученков "ронял биотуалеты и двигал их на проезжую часть" ("проезжей частью" они регулярно называют пешеходный кусок набережной, где должен был проходить митинг. - Д.Б.). Узнал его, несмотря на то что тот старался прятать лицо. Запомнил, т.к. его учили запоминать внешность, но на просьбу адвоката Новикова дать словесный портрет отвернувшегося Дмитрия вяло сообщил про "длинный нос и круглые глаза".

90654
Помимо чудесного восстановления памяти с течением лет, видим вопиющее нарушение Уголовно-процессуального кодекса: опознание, на котором свидетель должен из трех похожих людей выбрать того, кого он запомнил, подменено очной ставкой. Очная ставка предназначена совсем не для "узнавания", а для другого. В ходе ее следователь (в присутствии адвоката), допрашивая одновременно подозреваемого и свидетеля, пытается разобраться в причине противоречий в их показаниях. Но во время очной ставки Бученкова с Зубаревым следователь Добарин не задал сам и не дал адвокату Дмитрия задать ни одного уточняющего вопроса Зубареву.

Сергей Герасимов, тайный свидетель



Имя это вымышлено, настоящее засекречено. Судья получает от следователя секретный пакет с его личными данными, чтобы убедиться в реальности его фигуры. В случае, если судья действительно является гарантом законности и справедливости, это нормально. Но в Болотном деле... В суде Герасимов выступал по видеосвязи, лицо его видела только судья на экране своего ноутбука (она постоянно поправляла экран, чтобы сидящие сбоку адвокаты ничего не видели). Все остальные слышали только его искаженный голос.

Свидетель с таким именем уже был в деле Алексея Гаскарова ("вторая волна" Болотного дела). Герасимов якобы был участником анархистского движения "Автономное действие" к которому принадлежали и Гаскаров, и Бученков. Тогда, в 2014-м, он рассказал, что Гаскаров, как "руководитель анархистов", приказал им напасть с камнями и палками на полицейских, а Бученков (тогда он называл его "Сим" - якобы такое было прозвище) повел анархистов на прорыв. Я думал, что Гаскарова "тянут" на организатора массовых беспорядков, но его в этом не обвинили, а показания Герасимова повисли в воздухе.

Теперь Герасимов опознал в Бученкове того самого "Сима" (опознание проходило также в заочном режиме). /
Сравним показания Герасимова в обоих делах.

19 июня 2013 (дело Гаскарова)
"Основная идеология "Автономного действия" - оказание активного противодействия, в том числе физического воздействия, сотрудникам правоохранительных органов и государственной власти.
Гаскаров - авторитетный в среде анархистов и антифашистов человек. Его указания рядовыми анархистами воспринимаются как обязательные к исполнению. С ним постоянно находится "группа поддержки" особо приближенных людей. Также у него много фанатиков. Я не сомневаюсь, что если кто-то узнает, что я давал против анархистов показания, ко мне и моим близким могут быть применены меры физического воздействия, вплоть до убийства".

22 декабря 2015 (дело Бученкова)
"Организация АД, координатором которой является Сим (имеется в виду Бученков. - Д.Б.), является неформальной, носит леворадикальный характер, целью ее является борьба с существующей государственным строем, органами власти. Методы решения не всегда являются мирными. Структура ее жесткая, координаторы пользуются безоговорочным авторитетом. Если АД станет известна моя личность, то меня однозначно будут выслеживать, могут избить или даже убить. Учитывая, что авторитет Сима в АД крайне высок, чтобы помочь ему избежать ответственности, члены АД могут попытаться создать ему какое-то алиби, давать показания, не соответствующие действительности, но обеляющие его".

Похоже, правда? Интересно, сколько еще следствие найдет у анархистов "авторитетных руководителей"?

Не обошлось и без привычных "уточнений".

В 2013 году Герасимов так описал "Сима":
"25-27 лет, рост 170-175 см, был одет в черные штаны и черные очки. Что еще было надето - не помню".

В декабре 2015:
"27-30 лет, рост 180 см, был одет в черную кофту с капюшоном и черные штаны".

Ну да, у "Козырька" на Болотной не было черных очков, пришлось о них забыть, но уточнить внешность: "Овальное лицо, глубоко посаженные глаза, прямой, немного длинный нос". А заодно заранее дезавуировать показания всех возможных свидетелей защиты Дмитрия: они, мол, будут врать из страха перед грозным вождем.

А я вспомнил, как однажды полицейский допрашивал одного из анархистов: "Кто у тебя начальник?" И никак не мог поверить, что анархистское сообщество живет по безлидерному принципу. Видимо, вкладывая в уста Герасимова эти истории, следователи опирались на свои авторитарные представления об устройстве общества.

Дмитрий и его адвокаты предполагают, что все же вычислили тайного свидетеля - это малозаметный участник АД по кличке Пингвин, пропавший из виду уже несколько лет назад. Так это или нет, сказать трудно, но на вопрос Новикова, знает ли он Пингвина, невидимый свидетель надолго задумался.


Адвокат Илья Новиков о деле Бученкова



"Складывается впечатление, что гособвинение просто отрабатывает номер, даже не вникая в происходящее. Стандартная картина допроса выглядит так. Является свидетель, прокурор листает материалы, пытаясь сформулировать вопросы так, чтобы ответами на них было то, что у них уже записано в протоколах.

Если допустить, что Бученков действительно сильно похож на Козырька, то эти полицейские тем более могут ошибаться спустя пять лет. А если не похож, то о чем вообще разговор? Единственный, кто не может ошибаться, - заснятая картинка. Когда есть такое количество изображений, любые свидетели отходят на задний план. Всех этих 130 свидетелей вообще не должно было быть. Месяц добросовестной работы с изображениями - и вопрос был бы закрыт. Вместо этого - полтора года с ареста Бученкова, пять с половиной лет с момента событий и ноль на выходе.

Как минимум с прошлого лета у следователей были все основания понимать, что они ошибаются. Что они стали делать вместо признания этого? Перестали принимать материалы со стороны защиты. Выступивший в суде один из государственных экспертов сказал, что видео "ограниченно пригодно для экспертизы". Но у нас есть более качественные фотографии - вы почему их не принимаете? Мало того, они не смотрят на то, что уже приобщено ими самими. Мы говорим: у вас в деле есть видео, где этот "человек в капюшоне" - без капюшона, где у него уши видны, хотя бы посмотрите! Не хотят.

Но к изучению изображений мы даже не приблизились, вместо этого бесконечно ожидая не слишком охотно приходящих на суд свидетелей, которые в сотый раз рассказывают нам о массовых беспорядках на Болотной. Но даже если бы они там и были, это не имеет к Дмитрию никакого отношения".
90656
Дмитрий Бученков и "Козырек"

"Пока я жив, не сдамся мразям в погонах"

Vip Вера Лаврешина (в блоге Свободное место) 24.08.2017

465

Бориса Стомахина в условиях строгого режима лагеря ИК-10 в Пермском крае можно навещать всего два раза в году. И оба эти раза мы с Феликсом Шведовским уже израсходовали. Они даже адвокатов стараются лишить конфиденциального общения с подзащитными, сажают их за стекло с телефонной трубкой, как родственников или знакомых. И, конечно же, нотариально заверенная доверенность на мое имя здорово их бесит. Они обязаны меня пропускать к Борису для составления необходимых документов. Но им очень этого не хочется, и они выдумывают целую гору причин, чтобы лишить его столь драгоценного в условиях полной изоляции общения.

Приезжаю - а у них, оказывается, опять шеф сменился. ИК-10 возглавляет теперь - временно, как обычно - некто Шарафутдинов Марат Сакратович. И, подобно предыдущему начальнику Новоженову, ничего-то он самостоятельно не решает. Для этого существует оперуполномоченный Владимир Баяндин. Который и следует за мной в кабинет к шефу, чтобы вместе с ним ставить мне палки в колеса. Приходится заново проводить юридический ликбез: в соответствии с ч. 4 статьи 89 УИК наряду с адвокатами право на оказание юридической помощи имеют "иные лица", гражданские представители, вовсе не обязанные иметь юридические корочки. Вот это-то я им заново начинаю доказывать. Оппоненты мне яростно возражают.

Этих деятелей совершенно не волнует, что там в кодексах написано. Баяндин в какой-то момент начинает ссылаться на некое высокое начальство, показывая пантомиму с указующим вверх перстом. "ФСБ, что ли, вам указивки дает?" - уточняю я. Баяндин, конечно, это отрицает.

Мне терять нечего, и я заявляю, что нам с Борисом необходимо составить несколько документов и что я попросту не уйду из этого кабинета, если такая возможность не будет мне предоставлена.

Баяндин обещает, что на свидании Борис будет не в клетке, как в прошлый раз, а за стеклом по телефонной связи, и что все необходимые документы от меня к нему и обратно будут передавать сотрудники лагеря. Из рук в руки, так сказать. На том и порешили. Через 15 минут я уже общалась со Стомахиным. Борис передал обращение к друзьям и просто сочувствующим, поздравившим его с днем рождения. Вот что Борис пишет:

"Я очень благодарен всем, кто поздравил меня с очередным днем рождения в этой неволе. Спасибо огромное; хотя я-то сам давно уже не праздную этот день - жизнь сложилась так, что праздновать нечего... Сейчас они готовятся отправить меня на крытую тюрьму, первым, между прочим, из всех политзеков - честь, как-никак! Черт знает, выживу я там или нет, ну да не жалко, если и нет, потеря небольшая. НО - пока я жив, я не сдамся им, этим мразям в погонах, я буду и дальше, пока дышу, стоять на своем, и эту кровавую империю, убийцу народов, и всех ее сатрапов и палачей я ненавижу так же, как и на воле, и перед первым арестом, и перед вторым, и ничего другого они от меня не дождутся.

Нужна, конечно, поддержка с воли, кампания в защиту, особенно информационная, в СМИ; но еще больше, чем этап в крытую и бытовые проблемы, меня волнует, что мы, собственно, будем делать...

Положим, когда-то я освобожусь - и что дальше-то? Борьба с кремлевской нечистью, как мне видится отсюда, явно заглохла, все разъехались, разбежались, попрятались по щелям:(( Люди не хотят отомстить чекистской банде даже за то, что она сломала им жизнь, морила по тюрьмам, по лагерям, пусть даже "всего лишь" выжила из родного дома, из страны.

Может быть, и в эмиграции неплохо жить, но я считаю, что Зло должно быть наказано, что надо самим атаковать их, а не ждать, пока они придут за нами, посадят или подошлют убийц. Это преступное государство давно уже перешло черту, отделяющую добро от зла; оно не имеет права на существование и должно быть беспощадно уничтожено!

Смерть империи!
Свободу политзаключенным!
Карфаген должен быть разрушен!
21.08.2017
Ваш Борис Стомахин, политзаключенный.

Обсудили мы с ним и последние новости. То, что сейчас происходит на воле, оптимизма у Бориса не вызывает. Вспомнилась цитата "папы Зю" насчет того, что Россия - "левая страна". Левая-то она левая, но с особой имперской, поглощающей, русифицирующей спецификой. СССР распался, но великодержавный шовинизм никуда не выветрился. И умрет он только со смертью этого стремящегося к реваншу государства. Вероятно, под экономическими санкциями, а также из-за войн и из-за технической, политической, интеллектуальной отсталости. Сколько еще ждать этого радостного момента - Бог весть.

Не случайно, считает Борис, в лидеры выходят такие люди, как Удальцов и Навальный - люди с имперским сознанием, просто один чуть левее, а другой чуть правее. И оба - популисты.

К моменту освобождения в конце 2019 - начале 2020 года у Стомахина будет 30-летие политического стажа, 26 лет - журналистского и 12 лет путинских лагерей. Благодаря горькому опыту Борис понимает, что на популистов надеяться нечего.

Слава Україні! Політв'язням волю! Луб'янку буде зруйновано.


На свободу через карцер

Vip Валентина Шарипова (в блоге Свободное место) 24.08.2017

435

23 августа Андрея Бубеева выставили из исправительного учреждения чуть ли не на рассвете. То ли хотели избавиться от политического сидельца, одного на все уголовные отряды, то ли опасались каких-то акций или высадки журналистского десанта. Последний раз такое под стенами ИУ № 4 города Торжка Тверской губернии случилось, когда 25 апреля 2012 года встречали Сергея Мохнаткина. Тогда журналисты и иные встречающие целый день топтались у серой коробки административного здания. И кидались к каждому выходящему из ворот человеку.

Тогда действительно было шумно. РЕН-ТВ целую передвижную телестанцию и бригаду журналистов прислала. "Новая газета" обошлась одним Павлом Каныгиным (но тот, как известно, пятерых стоит!), была и веселая команда "Руси сидящей". Тем же вечером она сначала достойно экипировала Мохнаткина, потом накормила и выдала хорошие деньги на первое время. А после ночевки в гостинице "Селигер" повезла его, ошеломленного, из Твери в Москву.

Давно это было! Один парнишка из тогдашней бригады РЕН-ТВ ныне бодро вещает на Первом канале, "Русь сидящая" теперь донельзя ограничена в средствах на поддержку бывших сидельцев, а сам Мохнаткин давно топчет архангельскую зону. Вернее, топчут его.

Многих повыбили, поприжали репрессии последних лет. И людей, сознательно идущих на обострение с властью, и совершенно случайно попавших в политический контекст российского беспредела. Именно такая случайность и пугает обывателя.

90633

А оставшейся свободомыслящей публике не до Бубеева с его взрывоопасной украинской темой. Продвинутая публика активно занята защитой других, ментально близких ей персонажей. Осторожный интерес к освобождению Бубеева проявили лишь РБК и "Дождь". Но успели на встречу с Бубеевым только журналисты ТРК "Украина" (да-да, владелец Ринат Ахметов). Сотрудники московского корпункта Виталий Тарасов и Саша Хлынин приехали в Торжок и поснимать, и расспросить, и посочувствовать.

Жаль, начало встречи было скомканным. Никто не ожидал, что заключенного освободят в 6:00. Хорошо не ночью. Но из карцера! Вертухайские шутники без всякого повода засадили туда Андрея на пять дней за пять дней до освобождения. Да еще и голову обрили. Так он и вышел, в ботинках без шнурков. Вид у Андрея действительно был пугающим, как после тифозного барака. Хорошо встречающие, настроившись на долгое стояние, захватили еду, а то бы так, голодным, Андрей и давал интервью. И делился своими оптимистичными планами. Только прямо с завтрашнего дня у него начнется сложная и поднадзорная жизнь.

В заключении он провел ровно два года 3 месяца, половину срока - в следственном изоляторе. Кто-то скажет: немного, но и того довольно, чтобы выжать человека там и выжечь землю вокруг него на воле. О прежней хлебной работе можно забыть. Органы постарались, просветили работодателей: Бубеев экстремист, террорист, сторонник "Правого сектора". А ведь у него семья. Володя Акименков и Лена Санникова собрали для них деньги. Но дальше что?

Бывшие политзеки, особенно в провинции, встречают непонимание, боязнь и откровенную враждебность. Существовать в такой среде практически невозможно. Нынешним политическим нужен четкий сигнал от общества: брат, все было не напрасно! И сроки, и камеры, и карцеры. Но сигнал, если и есть, то весьма слабый. Так, может, настала пора для создания объединения бывших путинских узников? Вот так сгоряча предложишь, да сам и пойдешь на попятную: кто ж им даст! И тому есть яркий исторический пример - судьба членов Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев в СССР.




Реклама

Выбор читателей