Руководство Европейского культурного парламента (ЕКП) выступило с обращением по делу о выставке "Запретное искусство". ЕКП, членом которого я являюсь, - это независимая неправительственная международная организация, объединяющая более 150 выдающихся деятелей искусства, литературы и культуры из 40 европейских стран. Членами ЕКП от России являются также писательница Людмила Улицкая, режиссер Кирилл Серебренников, филолог Андрей Зорин. Членом ЕКП была Анна Политковская.

"На этой неделе мы узнали, что Самодурову и Ерофееву грозят длительные тюремные сроки, - говорится в письме руководителей ЕКП. - Это противоречит европейскому законодательству о защите прав человека и является грубым нарушением обязательств России по защите свободы выражения мнений. Мы призываем власти прекратить судебный процесс и освободить Самодурова и Ерофеева".

На сессии, состоявшейся 13 декабря 2009 года в Гетеборге, ЕКП принял следующую резолюцию:

"Мы, члены Европейского культурного парламента, обращаем внимание на судебное преследование Юрия Самодурова, бывшего директора московского Музея и общественного центра имени Сахарова, и Андрея Ерофеева, бывшего куратора Государственной Третьяковской галереи, против которых выдвинуты тяжкие и необоснованные обвинения в разжигании религиозной и национальной розни посредством организации выставки "Запретное искусство" в 2007 году.

Мы выражаем серьезную озабоченность по поводу этого процесса и полагаем, что, проводя его, российские власти нарушают свои обязательства в рамках национального и международного права в части уважения к свободе выражения мнений.

Мы считаем свободу выражения мнений основополагающим правом в любом обществе и рассматриваем процесс как злоупотребление антиэкстремистским законодательством с целью вынудить правозащитников замолчать.

Мы считаем этот вопрос срочным и призываем прокуратуру отказаться от обвинения в отношении Самодурова и Ерофеева и закрыть дело за отсутствием события преступления".

И что?.. Меня, может, не любит страна?.. посмотрите, какие письма пишут люди про "Предстояние". Их никто не заставлял, они написали потому, что не могли не написать... Эти люди мне бесконечно важны, их очень много – тех, на кого картина подействовала именно так, как я хотел бы, чтобы она подействовала... Спонсоры получат ровно столько, на сколько мы с ними договаривались... Ну а уж если ничего не заработано – тогда они попали... сегодня такого бюджета картины окупаться не могут, глупо и наивно думать иначе. Длинный фильм о войне собрал девять миллионов – да это финансовая победа! Отбили ли мы деньги? За эти 42 миллиона мы сняли трехчасовой фильм и 15 телевизионных серий – полноценный сериал, где будут новые сцены, новые коллизии, новые герои... Не может быть оснований не делать фильм потому, что он не окупится!

Ссылка

Верховному комиссару ООН по правам человека г-же Наванетхем Пиллэй от российских правозащитников

Уважаемая госпожа Пиллэй!

Мы обращаемся к Вам, потому что считаем своим долгом привлечь внимание мировой общественности к проходящему в Москве судебному процессу над Андреем Ерофеевым и Юрием Самодуровым. В качестве преступления им инкриминируется проведение выставки "Запретное искусство-2006", которая в марте 2007 года была проведена в Музее и общественном центре имени А.Д. Сахарова в Москве - 23 разные по жанру и стилю работы современных российских художников, разных по степени международного признания. Эти работы объединял общий подтекст - протест против тенденции клерикальной цензуры, вдвойне неприемлемой в демократическом и светском государстве, против претензий агрессивной и невежественной церковной иерархии, десятилетиями прислуживавшей КПСС и КГБ, на формирование новой государственной идеологии.

Следует признать, что это не первая история такого рода. Предыдущую выставку "Осторожно: религия!" постигла та же участь. Тогда на выставку обрушилась расправа в два акта: сначала погром (якобы самопроизвольная реакция "православной общественности") и следом судебный процесс. В 2005 году организаторов выставки Людмилу Василовскую и Юрия Самодурова присудили к крупному штрафу.

Сейчас обвинение требует приговорить Ерофеева и Самодурова уже к трем годам заключения.

Технология "судов Линча" (негодующая общественность, которая картин не видела, книг не читала, но возмущена до глубины души и требует самого сурового наказания) в сочетании с "независимыми судами", безропотно, впрочем, покорными государственному обвинению, хорошо отработана в нашей недавней истории, когда понятие прав человека официально объявлялось буржуазной антисоветской выдумкой. Конечно, по сравнению со сталинско-брежневскими временами нынешние времена, казалось бы, вегетарианские. Сегодняшние управители России публично расшаркиваются перед демократией и правами человека. Однако именно в подобных процессах и отражается истинное лицо режима.

Приговор на процессе должен быть вынесен в ближайшие дни. Самое время остановить карающую руку квазиправосудия. Помогите нам в этом. Невозможно мириться с доморощенной инквизицией!

Людмила Алексеева
Елена Боннэр
Владимир Буковский
Сергей Ковалев
Павел Литвинов
Арсений Рогинский

9 июня 2010 года в Музее Сахарова состоялась московская премьера моего фильма «Любите меня, пожалуйста» - о Насте Бабуровой, погибшей от рук нацистов 19 января 2009 года. После фильма состоялась почти двухчасовая дискуссия. Я выслушал достаточно много мнений о фильме, и среди них было немало нелицеприятных. Дискуссия продолжилась и все последующие три недели в Интернете, причем количество скачиваний с более десятка площадок уже перевалило за 3000. При этом соотношение положительных и резко отрицательных отзывов остается примерно равным. В чем же упрекают меня «антифа»? Ведь именно с их стороны идет наиболее резкая критика фильма. Позволю себе привести несколько наиболее характерных цитат.

Smile:

-зачем вообще нужны были эти "соц.исследования" в виде бесконечных вставок нацистского "творчества"??отличный пиар для наци- скама, "Паук" с его шлюхами и Тесак - отличный фон для похорон...

Droni.spb:

1 - уместны ли в этом фильме все эти цитаты нацистов по поводу убийства
2 - количество наци - пропаганды в этом фильме опять же очень сильно смущает

Ninel:

Насчет самого фильма соглашусь целиком с теми, кто считает, что это реклама правым. А в фильме же фашня показана как герои. Даже на уровне того, что вставлено в фильм, например, много кричат "Слава России!" и "Зиг хайль!", но ни разу не крикнули "Хайль Гитлер!".

Вот парадокс - антифашисты увидели в антифашистском фильме фашистскую пропаганду. Вот уж чего в самом страшном сне не мог себе представить!

Впрочем, причины такого восприятия мне вполне очевидны. Телевизионная «документалка» с ее псевдорасследованиями, которой заполнен наш эфир, приучила зрителя к линейному нанизыванию эпизодов, к «плюсованию» аргументов за и против, к однозначности оценок, к подведению публики к заранее заданному идеологическими манипуляторами выводу. В соответствии с этими клише, раз в предлагаемой киноструктуре достаточно много эпизодов с нацистскими роликами, значит (по законам привычной «телеарифметики») фильм пропагандирует нацизм. Приехали...

Впрочем, не все подходят к фильму с таким лекалом. Очень многие, даже не слишком искушенные зрители если не умом, то сердцем прочитывают его послание. Послание, которое оставили нам и Стас, и Настя – и не только своей жизнью, но своей гибелью.

Silentiom:

Посмотрела сегодня фильм "Любите меня, пожалуйста"... очень странно смотреть фильм, героями которого становятся люди, которых ты знал и уважал лично... Но это история выходит за рамки просто личной трагедии - ведь это история нашей страны.

nataly-zoo:

Сейчас посмотрела новый фильм Валерия Балаяна о Насте Бабуровой - "Любите меня, пожалуйста". Фильм очень хороший! тяжелый вот только.... не смотря на противоречивые отзывы об этом фильме в интернете, меня он просто потряс... Очень правильные вещи говорили и родители Насти, и коллеги, и друзья ...А когда стали показывать родителей Насти я не смогла сдержать слез... да так и сидела до конца фильма и терла руками глаза..

. К сожалению, я никогда не смогу согласиться с некоторыми антифашистскими и анархистскими лидерами, которые считают, что борьба с фашизмом и фашистами должна происходить на улицах и площадях. «Фашизм исторически был побежден силой и должен побеждаться силой», - утверждают они.

Да, силой. Но представить себе, что победу над ним одержали только бойцы Сопротивления, партизаны-маки и подпольщики, довольно трудно. Для этого понадобились объединенные усилия великих государств и империй – советской, британской, американской. И еще долгая-долгая десятилетняя беспощадная работа внутри бывших фашистских государств – с карательными чистками, люстрацией и запретами на профессию.

Вы питаете иллюзию, что своими интеллигентными руками сможете физически остановить людоедскую поросль новых «наци»? Которые через одного уже неплохо вооружены, и, кстати, не только травматическим оружием? Вспомните обвиняемого Никиту Тихонова, при задержании которого была изъята целая сумка с боевым оружием и патронами.

Нет, ребята, я вас всех люблю и уважаю, но не подставляйте больше «малых сих» своих под «их» стволы. Хватит с нас и Насти со Стасом. Тимура Качаравы. Кашицына. Лункина. И многих еще других светлых и чистых ребят, чьи молодые жизни оборвала пуля или нож фашистов.

Поговорите лучше с их родными и близкими, а заодно подумайте о своих...

Означает ли это капитуляцию и сдачу перед тупой безжалостной силой? Нет, нет и нет.

Но уничтожите ли шлепками всех комаров в округе, если рядом огромное болото? Убежден – хотя наци и мало напоминают комариков, бороться с ними надо не так. Хотя руки, наверное, чешутся.

Все же, чтобы они повывелись, осушать надо привычные родные окрестности. А заодно и санировать сознание всех их обитателей. И без государственной силы, кажется, здесь не обойтись. При всей нашей горячей любви к нынешнему человеколюбивому государству.

Завершается суд над организаторами выставки «Запретное искусство 2006» - Андреем Ерофеевым и Юрием Самодуровым. Судья ушла писать приговор – к 12 июля. Судя по взятому ею времени – 3 недели, - она скрупулезно сошлется на показания всех полутора сотен не видевших выставки «свидетелей». В отличие от процесса по выставке «Осторожно, религия!», где роль «коллективного Каиафы» отважно взяли на себя главный пятидесятник Сергей Ряховский и реформаторский раввин Зиновий Коган, на этот раз Московская патриархия в лице Патриаршего совета по культуре эту роль взяла на себя. А что до прокурора, так его дело известное - «прокураторское»...

Я убежден, что интеллигенция должна пересмотреть свое отношение к Русской православной церкви Московской патриархии. Эта организация последовательно превращается в коллективного олигарха, она посвящает себя борьбе за недвижимость и объекты общенационального культурного достояния, а также стремлению установить тоталитарный по духу идеологический диктат в обществе.

Поэтому отношение к Московской патриархии должно определяться не скорбной памятью о многих тысячах священнослужителей, монахов и мирян, погибших от рук советского и нацистского тоталитарных режимов, не благодарной признательностью к тем сотням тысяч верующих, которые прошли тюрьмы и лагеря, подверглись жесточайшим преследованиям и травле за свои религиозные убеждения, за свою веру, за свою честность и бескомпромиссность, но только тем, что РПЦ на глазах, при помощи и содействии государства, превращается в нового духовного диктатора в нашей стране.

Созданная Сталиным и Берией в 1943 году Московская патриархия имеет такое же отношение к истории мученичества и религиозного сопротивления коммунистической системе, какое ватиканские банкиры и разоблачаемые сейчас священники-педофилы имеют к христианам первых веков, которых императоры приказывали распинать и бросать львам.

Не надо ждать решения суда – РПЦ свою позицию в лице иеромонаха Никодима и благословившего его архимандрита Тихона (Шевкунова) выразила с исчерпывающей полнотой.

«Венецианский суд» в лице партии власти передал РПЦ «фунт мяса» - архитектурные памятники, иконы... Но не давайте шейлокам крови – не ведите с ними диалог. Еще четверть века назад каждый честный интеллигент не вел диалога с КГБ или отделом по идеологии ЦК КПСС. Научитесь этике сопротивления. И каждый раз, видя аббревиатуру РПЦ МП, мысленно заменяйте на ЦК ГБ.

В своем блоге уважаемый кинокритик Юрий Богомолов рассказал о круглом столе, посвященном отражению военной тематики в современном российском кино. В рамках довольно острой дискуссии присутствовавший там Никита Михалков выступил со смелой гипотезой из области альтернативной истории. Суть гипотезы состояла в том, что "что если бы война случилась здесь и сейчас, то господин Богомолов и иже с ним подписали бы 23 июня соглашение с Гитлером о капитуляции".

Сказать по этому поводу вроде бы и нечего.

Хотя почему, кое-что можно сказать.

Можно, например, на это сказать, что если патриотичнейший из кинорежиссеров подобный пассаж не считает прямым личным оскорблением в адрес оппонента, то и на его счет оппонент имеет полное моральное право высказать некоторые гипотезы.

Отчего бы, допустим, не предположить, что "если бы война случилась здесь и сейчас", а господин Богомолов "и иже с ним" подписал бы "соглашение с Гитлером о капитуляции", режиссер Михалков, чья поистине женственная тяга к силе и власти (любой) известна всем не понаслышке, немедленно занялся бы изготовлением киноэпопеи о величии германского духа и возглавил бы Московский кинофестиваль арийского кино.

Почему бы и нет?

Сколько-то лет тому назад, в разгар перестройки, мы с приятелем оказались в городе Волгограде. Естественно, осмотрели и огромную статую Вучетича, пройти мимо было никак невозможно. Я обратил внимание на ее абсолютно германскую, нацизоидную эстетику и сказал другу: "Посмотри, это же в сущности валькирия. Вполне возможно, что нечто подобное здесь установили бы и при другом исходе Сталинградского сражения". Он согласился со мной и меланхолически добавил: "Не исключено, что и в том же самом исполнении".

Некорректная лживая интерпретация наших оппонентов, к сожалению, составила государственное обвинение. Есть верующие православные, которым не нравится современное искусство, но есть верующие, которым оно нравится, которые его даже создают. Я бы сказал так: проблема есть, но она должна быть поставлена в другом ракурсе. Эта проблема заключается в том, что в нашей стране существует часть общества, которая не принимает современную культуру как таковую, сопротивляется ей. (Дальше...)

Пересекся на дискуссии с Михалковым. В рамках фестиваля состоялся круглый стол о том, как снимать сегодня фильмы о войне. НС сидел в президиуме с каменным лицом. Рядом с ним Хотиненко. Вела дискуссию Ира Павлова. Разговор кружился вокруг того, какие были прежде фильмы и чего нонешним не достает, чтобы снять нечто подобное. Я стоял на той точке зрения, что правда о войне - это не забота художественного кино, что она находится в компетенции документалистов и историков. Для художественников война - выразительное средство (как ракурс, цвет, свет, монтаж, актер и т.д.) С этой стороны споры о достоверности УСа лишены смысла. Война и здесь - форма. За ней есть некое содержание. Оно нехитрое. Это продавливание идеи божьего промысла - раз. Два - мотив унижения с последующим отмщением. Нетрудно заметить, что последнее подпитывалось энергией борьбы за власть в СК и в стране самого Михалкова. Катастрофа с фильмом была бы не столь значительной, если бы не столь значительной оказалась вилка между гигантским размахом изображения материала войны и мелким тщеславным комплексом автора.

Несколько дам из клакеров пытались меня перебить, но после небольшой перепалки я закончил выступление. Когда я уже отчаялся дождаться отповеди НС, она последовала. Он говорил об утрате иммунитета в обществе и о том, что если бы война случилась здесь и сейчас, то господин Богомолов и иже с ним подписали бы 23 июня соглашение с Гитлером о капитуляции. На этих словах я покинул почтенное собрание, с тем чтобы уже сегодня, 22 июня, успеть подписать этот самый акт о капитуляции.

Из моего заключительного выступления на процессе

Назову несколько общественно-значимых последствий как обвинительного, так и оправдательного приговора по делу о выставке «Запретное искусство-2006».

1. Обвинительный приговор противоречит статьям 13, 14, 28, 29, 44 Конституции РФ и ст.6 Федерального закона о свободе совести и религиозных объединениях. Оправдательный приговор – соответствует этим конституционным нормам и норме Федерального закона.

2. Обвинительный приговор означает, что российское государство и Московская патриархия ориентируются на строительство «религиозного забора» между Россией и странами Европы и США в сфере современного искусства и создание серьезных препятствий для деятельности институций современного искусства и актуальных художников в России. Оправдательный приговор – направлен на создание нормальных условий для развития современного искусства в России и на творческий обмен с европейскими странами и США.

3. Обвинительный приговор – серьезный юридический и политический шаг по превращению православия в де-факто государственную религию, что негативно скажется и на государстве, и на Русской православной церкви.

4. Обвинительный приговор организаторам выставки означает, что российское государство в лице его судебного органа фактически признает правомерными уголовные преследования «за преступления против веры» и берет на себя роль арбитра в вопросе о «допустимом/недопустимом», «каноническом/неканоническом», «кощунственном и некощунственном» с точки зрения религиозного сознания изображении и использовании художниками религиозных символов, образов и аллюзий на них. Оправдательный приговор означает, что суд подтвердил общественную равноправность и равнозначимость религиозного и нерелигиозного сознаний и их носителей и защитил и подтвердил светский (по Конституции РФ) характер российского государства.

5. Если мои идеалистические надежды на Таганский суд как суд светского государства не оправдаются, в России неизбежно возникнут новые судебные процессы, связанные с религиозными нападками на современную культуру, которые, как и процесс по делу о выставке «Запретное искусство-2006», равно как и процесс по делу о выставке «Осторожно, религия!», можно будет обоснованно квалифицировать как уголовные преследования за «преступления против веры», как бы парадоксально это ни звучало в светском по Конституции государстве.

В заключение хочу поблагодарить Андрея Ерофеева за идею и участие в проведении выставки «Запретное искусство-2006» и за ее активную защиту.

Хочу также поблагодарить наших адвокатов Анну Ставицкую, Ксению Костромину, Дмитрия Курепина за безвозмездную и активную защиту нас в суде. Я очень благодарен всем свидетелям защиты - и выступившим на суде, и написавшим свои заключения специалистам. Их было очень много, и назвать всех я не смогу.

Наконец, я должен больше всех поблагодарить за мужество, любовь, терпение и поддержку меня в жизни мою жену, а также искренне хочу поблагодарить тех людей, поддержку и одобрение которых занятой мной на этом процессе позиции я ощущал. Их немного – это художник Игорь Шелковский, директор Зверевского центра Алексей Сосна, куратор Виталий Пацюков, правозащитники Евгений Ихлов и Николай Гудсков, мой друг Юрий Шиханович и Лена Суетнова, с которыми я познакомился благодаря работе в Фонде Сахарова, политолог Дмитрий Фурман, отец Яков Кротов, правозащитники и журналисты Валерия Новодворская и Вадим Белоцерковский. Ваша поддержка помогла мне не изменить себе до конца процесса. Если я кого-либо забыл назвать в этом ряду, прошу прощения. Благодарю моих бывших коллег по Музею и центру имени Андрея Сахарова Людмилу Василовскую и Инну Щекотову, которые продолжали оказывать мне во время суда поддержку, а также преподавателя Александра Алтуняна и социологов Игоря Истошина и Милену Азарх за полезные обсуждения ситуации. Хочу также поблагодарить всех моих близких, друзей и знакомых, кто за меня переживает.

Отдельная моя благодарность Лене Санниковой, православной верующей. Хотя она и считает выставку «Запретное искусство» выставкой не искусства, но много раз предлагала мне выступить в суде. Благодарю журналистов и художников, много раз приходивших на этот процесс или помогавших мне опубликовать материалы о нем – особенно Веру Васильеву, Юлию Башинову, Римму Поляк, Галину Аккерман, Марию Московскую, Вику Ломаско и Антона Николаева. Благодарю художника Никиту Алексеева за очень важное для меня обращение по радио «Свобода» к своим коллегам в связи с этим судом.

Я также очень и очень благодарен Леониду Бажанову, художественному руководителю Государственного центра современного искусства, который в то время, когда я был подсудимым, пригласил меня на работу в ГЦСИ и дал возможность делать хоть что-то полезное в сфере культуры. Кроме того, в то время, когда я после вынужденного ухода из Музея более полугода был одновременно и под судом и безработным, мне и моей семье помогли Леша Симонов, мой друг Лева Пономарев, а впоследствии еще и Питер Винс, Ирина Ревич и г-жа Хильдебрандт, которым я, моя семья очень благодарны.

Мое единственное пожелание к судье Светлане Юрьевне Александровой, для которой этот процесс длился так же долго, как и для нас с Андреем Ерофеевым: уйдя на приговор, ощущать себя судьей в светском государстве и хотеть, чтобы оно было таким.

Последнее слово Юрия Самодурова: полный текст

Все началось в 2007 году. Есть сообщество в Живом Журнале - advertka, где мой знакомый опубликовал мою картину. Ту, которая с петрушкой и с одной стороны мат, а с другой молитва. В этом сообществе 16 или 17 тысяч членов, поэтому резонанс был очень большой. Это было осенью, точно не помню дату. К картине появилось около 5000 комментариев. И как-то люди сильно возбудились от этой картины, всем она показалась очень провокативной. Люди разделились на два лагеря: одни ее ругали, говорили, что я этой работой русского человека глубоко оскорбила; другие – хвалили, говорили, что попала в точку и отразила сущность русской души.

После публикации этой картины в сообщество Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ) сбежались националисты. И я в порыве какого-то гнева – кто-то меня обозвал – написала про русское быдло, конкретно про этих баранов, которые набежали. Они вырвали эту фразу из контекста, сказали, что я оскорбляю русских людей и что на меня подадут в суд. Что они и стали делать.

Шесть националистических организаций, включая ДПНИ, стали собирать подписи, чтобы подать в прокуратуру письмо с просьбой привлечь меня к ответственности за разжигание вражды по национальному признаку, статья 282 УК РФ. Заказали искусствоведческую экспертизу, ее делал отец Сергей Шаргунов, которого я очень уважаю. Они собрали на экспертизу деньги, сделали, со всей России собирали подписи, привозили их с каких-то городов и весей сюда и подавали в прокуратуру. Этих писем было около 200 штук.

Письма лежали в прокуратуре два года, их никто не трогал, и ничего не происходило. В галерею на Солянке приходил следователь, который скептически ко всему этому делу относился. Дело не было возбуждено и одновременно не отказали в возбуждении. А поскольку не отказали, мне казалось, что это не очень хорошая какая-то ситуация.

И вот позавчера мне позвонила следователь Татаринова Ольга Георгиевна и сказала, чтобы я пришла и в письменной форме все изложила. И когда я стала узнавать, возбудили дело или нет, она сказала: «Вот придите, и мы вам все расскажем». Когда я спросила, нормально ли, что могут возбуждать уголовное дело за то, что я нарисовала картину, она сказала, что я ответственна за те произведения искусства, которые создаю, и должна думать, что рисовать. То есть она настроена решительно.

На самом деле цель простая, и те националистические организации, которые все это инициировали, ее не скрывают. Я не чистокровная русская, у меня мама еврейка. Им хотелось найти человека еврейской национальности, чтобы этого человека привлекли по 282-й статье. Потому что по этой статье судят в основном русских националистов, как они считают. И они думают, что если по этой статье привлекут нерусского (необязательно еврея, можно и армянина, например), общественность возмутится и эту статью отменят. То есть я им нужна как пешка в политической игре, они этого не скрывают совсем.

Статья и в самом деле странная, очень широкая – под нее можно кого угодно подвести при желании. Ее нужно отменить, мне кажется. Без нее лучше будет.

Мне кажется, что это некая эстафета. Процесс над Ерофеевым и Самодуровым заканчивается (приговор 21 июня), и видимо, я следующая. На приговор Ерофееву и Самодурову я обязательно приду. И очень плохо, если будет вынесен обвинительный приговор. Потому что такие дела перестали быть единичными, это волна началась.

Все это нужно, чтобы ввести цензуру, чтобы художники знали, что они делают, чтобы писатели не возмущались, чтобы не было никакой оппозиции. Чтобы все молчали и были довольны. Мне иногда кажется, что происходит некое срастание РПЦ и партийной части нашего населения. Конформизм наступает церковно-партийный.

Я считаю, что художник должен быть свободным и, если это художник состоявшийся, не вчера начавший рисовать, который развивается и думает, что он делает, ему вполне достаточно внутренней его цензуры. Государство не имеет никакого права диктовать, что должен делать писатель, театральный деятель или художник, они должны быть свободны. Иначе это не искусство, а заказ от государства.