О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Украина | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Болотное дело
Читайте нас:

статья Диво издалека

Илья Мильштейн, 15.02.2017
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Реклама

Ситуация в России сейчас как в нацистской Германии Гитлера. Правосудие сегодня несравнимо с 37-м годом, это хуже. Целое государство сошло с ума в псевдопатриотическом угаре. Крым объединил Россию вокруг идеи что-то /спереть/ у своего соседа. Только со сменой этой власти может поменяться что-то, прозрение наступить.

Вчерашнее интервью Дениса Вороненкова уже разошлось на цитаты, произведя скандал неимоверной силы, и удивляться тут нечему. Все-таки не каждый день из Москвы в Киев бегут народные избранники, и миллионеры бегут не каждый день, и далеко не всякий беглец исповедуется с такой яростью. Хочется сказать, что Вороненков - он один такой, но и этой банальной фразой не передашь драматизм происходящего. Поскольку вместе с экс-депутатом от КПРФ выбрала свободу и его жена Мария Максакова, знаменитая оперная певица, экс-депутат-единорос. И если бы Денис Николаевич играл на виолончели, и хорошо играл, то можно было бы сказать, что со времен отъезда Ростроповича с Вишневской страна не знала таких потерь.

Отдельной строкой и даже абзацем отметим, что и для современной России побег Вороненкова и Максаковой - это очень тяжелый удар. Дело в том, что история их любви и свадебные торжества, которые украсил своим пением сам Нарышкин, были событиями знаковыми. Ибо молодожены, являясь парой поистине образцовой, символизировали собой слияние власти и оппозиции в одной отдельно взятой семье. То есть гармонию, которой в иные моменты, глядя со стороны, хотелось упиться. Например, в тот момент, когда будущие супруги, словно сговорившись, дружно голосовали за присоединение Крыма к России. Правда, за это в обеих палатах голосовали почти единогласно и пережениться между собой могли бы практически все, однако же не переженились. Вступили в брак только они, миллионер и певица.

Теперь оба получили украинское гражданство, и Вороненков объясняет, что на самом деле за Крым не голосовал, но это в сущности уже не имеет значения. Куда важнее понять другое. Вот эти его высказывания, предельно резкие, могли бы в случае чего повторить многие из бывших коллег и иных представителей власти - или Вороненков и тут уникален? Многие втайне согласны с ним или секретных неприличных мыслей в голове вообще не держат? Конфликт с силовиками и угроза ареста способствуют пробуждению гражданских чувств или такую парадоксальную реакцию выдал лишь Денис Николаевич? А ежели правоохранительные тучи сгустятся над собирательным Железняком или, грубо говоря, Володиным, то он и тогда будет славить Путина, без которого нет России?

Размышления на заданную тему приводят к выводам противоречивым.

С одной стороны, видно, что слуги народа в массе своей зомбированы не хуже избирателей. Взять хоть депутатов. Попадаются особо увлеченные патриотическими идеями в их нынешней модификации, такие ходячие законопроекты о запрете всего и навсегда, но и остальные не производят впечатления тайных бунтовщиков. Заседают, голосуют, разъезжаются по домам, и так каждый день. Вообразить, что кто-нибудь из них в душе стыдится своих дел, трудно. Еще трудней представить себе, что они подвержены жуткой рефлексии и в иные минуты задают себе вопросы вроде тех, на которые столь размашисто ответил Денис Вороненков. Про Германию, про 37-й год, про Крым и про смену власти. Нечто подобное можно услышать от Ильи Пономарева, давно уже уехавшего на Украину, и от Дмитрия Гудкова, проживающего в Москве, но они и в той Думе, где счастливо заседали Вороненков с Максаковой, оставались маргиналами. Это был сознательно выбранный путь, а не внезапное озарение, как у нашего героя.

С другой стороны, ясно же, что во власть при Путине идут люди неглупые, люди циничные, люди успешные. И для того идут, чтобы развивать успех. А жизнь их стараниями высшего начальства, причем сразу после того как Крым вернулся в родную гавань, стала менее предсказуемой, и это понимает любой милонов, притворяющийся дебилом. Речь не о том, что стыдно, но о том, что стремно. И чем богаче товарищ депутат, товарищ губернатор, товарищ прокурор или товарищ генерал, тем больше он теряет. Так в его отношения с Кремлем, и до того непростые, вносится дополнительная сложность.

В этом смысле скандал с Вороненковым следует оценить как происшествие из ряда вон выходящее. Однако нельзя сказать, что совсем уж неожиданное. Просто у Дениса Николаевича в обстоятельствах длительного стресса, связанного с уголовным преследованием, проявились крутизна характера, да и личная смелость. Другие, кто лучше умеет сдерживать эмоции, ведут себя иначе. Тихо складывают мандат, тихо покидают губернаторский корпус, тихо увольняются из органов - и тихо уезжают туда, где уже обосновалась благодарная родня и непосильным трудом обеспечена счастливая старость правнуков. Поближе к активам, подальше от твоих пашей. Нет, не на Кавказ и не в Киев.

Такой отъезд мы, тщательно подыскивая наиболее точное слово, сочтем респектабельным. В отличие от побега, совершенного бывшим депутатом от КПРФ, который назовем отчаянным. Но если выбирать между ним и прозорливыми тихонями, то предпочесть, пожалуй, стоит Дениса Вороненкова. Во-первых, он на прощанье так громко хлопнул дверью, что, хочется верить, разбудил некоторых соотечественников. Во-вторых, он сказал немало правильных слов, пусть иногда и с перехлестом. В-третьих, отчаяние - это такое чувство, которое невозможно с ним не разделить.

Илья Мильштейн, 15.02.2017


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама

Выбор читателей