О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Украина | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Болотное дело
Читайте нас:
Доступное в России зеркало Граней: http://mirror698.graniru.info/opinion/milshtein/m.249603.html

статья Ошарашкина контора

Илья Мильштейн, 16.03.2016
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Илья Мильштейн. Courtesy photo
Реклама

Дело делать или заткнуться. Перед таким непростым выбором применительно к Сирии поставил российское руководство Марк Тонер три недели назад, и это, конечно, огорчило тех, к кому он обращался. Выяснилось, что представитель Госдепа дурно воспитан, на что ему немедленно указали разнообразные наши спикеры, но сам инцидент произвел тяжелое впечатление. Все-таки в подобном тоне, даже в крайней степени раздражения, Вашингтон с Москвой еще не разговаривал. А это означало, что американцы настроены всерьез и с нетерпением ожидают конкретного ответа на конкретный вопрос, так что надо выбирать.

То ли прекращать бомбежки, то ли и впрямь фильтровать базар насчет Женевы и миротворчества.

И вот Владимир Владимирович, поразмыслив на заданную тему, внезапно решил дело делать, и экспертное сообщество тщится понять, что бы это значило. Деньги кончились? Асад надоел? Санкции утомили? Украина опять засвербила? Реальная угроза терактов нависла над страной? Это акция в рамках сложной закулисной торговли с Западом?

Думаю, что положительный ответ на все вопросы является правильным. В самом деле, сирийская война опустошает российскую казну, что бы там Путин ни говорил про "учения". Несчастный Асад в качестве союзника - обуза, поскольку в обозримые сроки он обречен на поражение. Санкции и контрсанкции губительны для экономики. Украина свербит постоянно. ИГИЛ по-настоящему опасен, сколько его ни запрещай. Торговля войнами и угрозами составляет основу российской внешней политики, и если бойню в Донбассе не удается обменять на "крымнаш", то ищем изуверов на Ближнем Востоке, чтобы их бомбить и сбывать по сходной цене.

Единственная проблема заключается в том, что все поименованные активы до сих пор оказывались неликвидными. Оттого, присоединив Крым, в Кремле не знают, как обустраивать эту сакральную территорию. Захватив Донбасс, не постигают, куда девать тамошних бандитов и чем привлекать молчаливое местное население. Спасая алавитов, не ведают, как теперь оборонять русский мир от мира суннитского, включая османский. В итоге путинская Россия последовательно и успешно настраивает против себя всех, с кем ведет свои гибридные торговые войны, не говоря уж о жертвах агрессии. Так что приходится либо имитировать мир, как в Донбассе, либо праздновать победу и сматываться, как в Сирии.

Что дальше? Прогнозам нет числа, и самые неутешительные сводятся к тому, что Россия теперь вернется на Украину, где надолго затаившиеся трактористы уже изготовились к штурму Мариуполя. Есть мнение, что за отвод войск из Сирии Владимир Владимирович надеется все-таки выторговать себе некоторое смягчение секторальных санкций. Пессимисты склоняются к мысли, что воевать Путину больше негде и он будет отводить душу на подведомственном ему народе. Оптимисты по той же причине прозревают новую перестройку с присущей ей гласностью и триумфальным вхождением в нижнюю палату парламента нескольких депутатов от "Яблока".

Опыт однако склоняет к иным предположениям.

Дело в том, что методика действий Путина не сводится к войнам и метаниям по земному шару с целью всучить какой-нибудь очередной товар закошмаренным покупателям. Куда существенней для него, сексота до мозга костей, человека подпольного, желание поразить мир. Поэтому он всегда стремится совершать только непредсказуемые поступки. Это касается и раритетных в его списке так называемых добрых дел: ну кто, скажите, ожидал, что он помилует Ходорковского? Никто, включая и тех, кто годами вел с ним безнадежные переговоры.

Это касается тем более и дел недобрых, в широком диапазоне от нарушений российского законодательства до военных преступлений. Аншлюс Крыма случился по той причине, что этого удара практически никто не предвидел. Как и вторжения в Донбасс, поскольку после Крыма казалось очевидным, что вредить себе и своей стране он больше не станет, достаточно уже навредил. Вмешательство в сирийский конфликт на стороне Асада вообще было событием из ряда вон: где Москва, не способная переварить территории соседнего государства, и где Дамаск, Алеппо, ИГИЛ, "Джебхат ан-Нусра", туркоманы...

Вот и сегодня, после того как его месяцами просили не искать и не бомбить террористов там, где их нет, и дипломаты перешли на понятный ему язык подворотни, он вдруг послушно выводит большую часть своего ограниченного контингента из Сирии. Путин опять поражает мир, и это для него ценность самодовлеющая. Это для него важнее всего: ошеломить, ошарашить, огорошить. Всех, начиная с бедняги Асада. А политологи, причем не только с допусками на гостелеканалы, сами догадаются, какой это был блестящий ход. Как он снова всех переиграл.

Потому едва ли следует полагать, что в ближайшие дни, недели или месяцы Путин совершит нечто предсказуемое. Наоборот. Вы ждете, что он пойдет на Мариуполь, а он замутит какую-нибудь поганку в Карабахе, провоцируя Запад, Эрдогана, Алиева и вновь пытаясь продать угрозу мировой войны за хорошие, что называется, деньги. Вы считаете, что он намерен закрутить гайки внутри страны и по периметру, а он освободит Савченко и Сенцова, вдруг обменяв их на ненужных ему грушников. Вы после этого решите, что наступает оттепель, а тут-то он как раз и закрутит гайки, и никакое "Яблоко" никуда не пройдет, и протестующих опять повяжут, как на Болотной.

Да, и бонусом: вы поверили, что он уходит из Сирии, и уже всласть поиздевались над ним, а он вернется. Словно и не уходил. Просто потому, что его попросит о том друг Башар, или, не дай бог, после страшного теракта в России. И вам останется лишь гадать о том, почему это произошло, ведь он вроде бы проявил сговорчивость. Гадать, пугаясь собственных догадок, как осенью 1999 года.

Он не заткнется. Но и в его политической карьере случаются минуты затишья, словно он вдруг восстанавливает связь с реальностью, и ныне как раз такой момент. Он неожиданно услышал грубые речи американцев и сумел их удивить. А завтра, выбирая между скучной прогнозируемой нормой и внезапной акцией, пусть даже и сулящей катастрофу, он предпочтет второе. Остренькое такое, негаданное, продиктованное вдохновением особого рода. Ибо по-настоящему он живет именно в этой, иной реальности, которая вся соткана из сюрпризов. Власть его в России кажется безраздельной, сроки не поджимают, элиты послушны, ядерная кнопка под рукой, и сенсациям не видно конца.

Илья Мильштейн, 16.03.2016


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама

Наши спонсоры
Выбор читателей