О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Украина | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Болотное дело
Читайте нас:

статья Из-под первого лица

Илья Мильштейн, 10.02.2016
Илья Мильштейн
Илья Мильштейн
Реклама

Сперва слухи: служил адъютантом президента, присоединял Крым, спасал Януковича. А теперь Путина спасет, поскольку начинается спецоперация "Преемник". Либо, в качестве будущего главы администрации не то премьер-министра, станет одним из координаторов процесса ротации элит при несменяемом национальном лидере. Чуть позже осмысление сюжета: грядет опричнина, то есть коржаковщина, если использовать определение из новейшей истории, и адъютант его превосходительства - это лишь первый из них, с песьими головами. Теперь вот обширное интервью героя, призванное решить две задачи: развенчать мифы и представить публике.

Обе задачи решаются довольно успешно.

Нет, адъютантом он не был, "адъютант - это такая каста избранных людей", до таких высот и.о. губернатора Тульской области не поднимался. Нет, он не вызволял Януковича, о котором отзывается с откровенной неприязнью. "Этого господина, - заявляет Дюмин, - после начала известных событий на Украине я вообще ни разу не видел". Отношение к известным событиям и к известному господину выражено одинаковое, и это довольно интересно. Ибо до сочинской Олимпиады герой служил в "достаточно серьезном подразделении", ареной действий которого был "весь мир". К примеру, Украина накануне Майдана в эту формулу всемирной отзывчивости укладывается вполне, и некие деликатные поручения, связанные с провоцированием гражданской войны у соседей, наверняка выполнялись.

Что же касается Крыма, то про священную Корсунь Дюмину "особенно сказать нечего". "Прямо так и нечего?" - упорствует журналист. "Нечего", - информирует Колесникова таинственный собеседник, как бы подмигивая, и здесь мы сами должны догадаться, что скрывает от нас боец. И мы догадываемся! Губернатором Тульской области вскоре станет человек, строивший в ряд зеленых человечков на том полуострове, который вернулся в родную гавань. Таким образом с мифами покончено, начинается раскрутка молодого политика.

Интересный вообще вырисовывается персонаж.

С одной стороны, Алексей Дюмин - живое воплощение того самого патриотизма, который самим Путиным был объявлен нашей национальной идеей. То есть герой прямо влюблен в начальство, и про каждого, под чьим началом служил и кого охранял, говорит с восхищением. Про Золотова, который "научил уму-разуму". Про Зубкова, который "из очень достойных и порядочных". Про Путина, который, вы не поверите, еще и необычайно добрый. К нему на "очень дальний объект, в горах" однажды ночью наведался медведь, но Дюмин не стал его убивать, отогнав выстрелами, и наутро президент похвалил охранника. "Он сказал, что молодец, что не стал стрелять в мишку". Ознакомившись с этим охотничьим рассказом, постигаешь секрет превращения секьюрити в политика федерального масштаба.

С другой стороны, Дюмин - это все-таки явно не Коржаков. Другой типаж, да и времена другие. Тогда, в эпоху стихийных рыночников, чекисты еще только пристраивались к власть имущим, придирчиво подбирая себе овечьи шкуры и действуя наподобие нелегалов в тылу врага, хотя и под своими именами. Теперь маскировка ни к чему, оттого Дюмин весь нараспашку перед высшим начальством. В отличие от Путина, которому приходилось симулировать демократические убеждения и с утра пораньше надевать личину. Теперь не надо вести двойную игру. Теперь все открыто, по-честному.

Более того, двойную игру сегодня вести просто нельзя. Поэтому Владимиру Владимировичу едва ли следует опасаться того, что его верный охранник, увлекшись политикой, станет накануне выборов арестовывать других верных людей. С какой-нибудь, не знаю, коробкой, если содержание этой коробки греет душу поп-звездам, поющим во славу президента. А потом еще сочинять злопамятные мемуары, отважно бичуя нравы, царящие в Кремле.

Он ведь знает, что в случае чего президент не станет его увольнять скрепя сердце и долго потом оплакивать потерянную дружбу. Если охранник предаст, то с ним поступят иначе, поскольку нынешний правитель совсем не сентиментален. Да и нравы в той конторе, куда вход рубль, а выхода нет совсем, слишком известны. Кроме того, Алексей Дюмин не так глуп, как Александр Коржаков, и это проявляется в ходе беседы.

Он весьма словоохотлив и готов, кажется, часами рассказывать байки из своей сверхсекретной жизни, не выбалтывая ничего. Напротив, про подвиги, совершенные в Крыму, сообщить избирателям необходимо, и он умеет так утаить этот эпизод из своей жизни, что всем все сразу становится понятно. И.о. с виду простоват, но за образом "пехотинца Путина", как он себя называет вслед за Кадыровым, угадывается нечто генеральское - по психологии, погоны тут ни при чем. Плох тот пехотинец, который не мечтает стать президентом, да.

У него какой-то скользящий язык. То гэбешные шуточки, типа "мы поехали на ВДНХ с группой товарищей, она была с группой подруг" (это про знакомство с женой). А то вдруг в нем просыпается писатель-почвенник: я, говорит, "знаю не понаслышке, у меня есть знакомые туляки, что это такой, достаточно очень духовитый народ, и со своим стержнем..." Эдакая смесь В. Путина с В. Распутиным. Непростой вообще товарищ.

Премьер-министр? Глава администрации? Преемник? Фамилия двусложная, подходящая. Ясно, что Владимир Владимирович уйдет в отставку только при самых твердых гарантиях неприкосновенности себе и своей семье. Ясно также, что в долгосрочной проверке нуждаются и вернейшие из верных, благо время есть, как полагает Путин. Значит, в числе других проверять будут и Алексея Дюмина, и какая-то интрига чудится даже в том, что любопытствующий и весьма раскованный корреспондент, с которым они давно на ты, не стал спрашивать его в лоб: хочешь стать президентом? Естественный вроде вопрос на фоне громких слухов, и ответ, понятное дело, был бы очень скромен и политически безупречен, однако не прозвучал вопрос. Разве что намеком.

Тот, который Путина видел, уведомил того, который Путина охранял, что некогда вместе с соавторами писал подзабытую ныне книжку - "и вот ровно так у нас в свое время началось общение с Владимиром Владимировичем..." С интересных вопросов и скучноватых поначалу ответов. "Книга называлась "От первого лица", - отрапортовал собеседник. Помнит, надо же.

Илья Мильштейн, 10.02.2016


новость Новости по теме
Фото и Видео






Наши спонсоры
Выбор читателей