О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Украина | Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Болотное дело
Читайте нас:

статья Автор "Ожога" уже не жжет

Валерия Новодворская, 30.08.2007
Валерия Новодворская. Фото Дм. Борко/Грани.Ру
Валерия Новодворская. Фото Дм. Борко/Грани.Ру
Реклама

У Василия Павловича Аксенова 75-летний юбилей. Юбилей - дело занудное и упадническое. Ведь юбиляры зачастую теряют не только волосы и зубы, но и принципы. И мало кто, в том числе и сам автор, сможет соответствовать этому проекту Евгения Евтушенко: "Склонимся у незримых пьедесталов тех сыновей страны и дочерей, кто в зрелости не предал идеалов вольнолюбивой юности своей".

Молодой Евгений Евтушенко пытался плыть против течения, затевая самиздатовские журналы, отчаянно фрондировал, обессмертил свое имя, написав "Монолог голубого песца на аляскинской звероферме" и "Танки идут по Праге, танки идут по правде". За ним числится еще и "заячий тулупчик": он отдавал политзаключенным свои малоношеные импортные рубашки. Правда, сплоховал в ситуации с Бродским: зачем-то согласился ему передавать message КГБ относительно эмиграции. Все, конечно, чтобы помочь Бродскому, но Бродский с тех пор всегда говорил: "Если Евтушенко против колхозов, то я за". И поэма "Под кожей статуи Свободы" - прямо скажем, что это не аллегория, как с песцом, а чистый зоологический антиамериканизм.

А потом звонкий трибун Политеха замолчал вообще. И если белые снеги и идут, то уже мимо него. После таких моральных обязательств ("Если будет Россия, значит, буду и я") не уезжают. Даже по контракту. С юбилеем будут проблемы.

Еще хуже выйдет у Солженицына, начавшего за здравие "Одним днем Ивана Денисовича", "Кругом первым", "Архипелагом" и письмами протеста - и кончившего за упокой: трудами по "еврейскому вопросу" (книга выглядит плохо, сколько ни объясняй), предательством друзей по концлагерю, украинцев-западенцев (он же согласился на аннексию Крыма и Восточной Украины по воле восточных украинцев - в некоторых статьях), одобрением чеченской войны, братанием с чекистом Путиным, таким же представителем органов, как и те, с кем он воевал всю жизнь, однако на новом этапе. Впрочем, кровь детей васюганских ссыльных "куркулей" явно была такого же цвета и состава, как и кровь детей Беслана.

Но вот мы дошли до первого юбилея одного из "наших", Василия Аксенова, и поздравления киснут во мне, как простокваша, и я думаю: а наш ли он еще? Это не только его проблема - такой юбилейный вальсок будет звучать почти над всеми накрытыми столами. Кроме немногих.

Ни в чем не солживили (хорошее слово из арсенала А.К. Толстого, из "Царя Федора Иоанновича") свою жизнь Булат Окуджава, Юрий Левитанский, Александр Галич. А Василий Аксенов начинал с того, что носил передачи матери, Евгении Гинзбург, в магаданскую тюрьму. Потом были довольно пустые просоветские романы "Коллеги" и "Звездный билет". Последний роман был особенно возмутителен. Там один герой (отрицательный персонаж) допытывается, почему в стране ничего нет: ни куска мяса, ни пары джинсов. А положительный герой отвечает, что это плата за звездный билет в эпоху. Почти что "зато мы делаем ракеты". Понятное дело: мальчик еще не набрал скорость.

Феерический стиль, ирония, нездешность появляются в "Затоваренной бочкотаре". А когда доходит до "Превратностей метода", мы видим умного, усталого, скептически настроенного интеллигента - уже без всякого соцреализма.

А потом идет Самиздат. Два шедевра, кафкианских по стилю и по мастерству. Аксеновские "капричос". "Ожог" и "Остров Крым". Здесь уже есть все: громадные запасы полынной горечи, больше, чем в "Откровении Иоанна Богослова", в "Ожоге" - пять сквозных персонажей, лики героя, и долгожданный Апокалипсис над Москвой в виде гигантского динозавра на Лермонтовской. Настоящие лагеря и хреновые диссиденты, голубая мечта о Венгрии-56 и Чехословакии-68, жуткая участь наивных лузеров из свободного Крыма, гибель последнего острова свободы в СССР... Мы учились ненависти к советской власти, этой суке, этой акуле, по "Острову". Аксенов предвосхитил многое. ТВ-МИГ - это же бывшее НТВ, НТВ Гусинского и Киселева.

За "Ожог" и "Остров Крым" давали срок: 7 лет лагерей и 5 лет ссылки. Эти книги шли в приговор. Нет, на обысках изымали и другие: Булгакова ("Роковые яйца", "Собачье сердце", "Багровый остров"), ахматовский "Реквием", "Один день Ивана Денисовича". Но в приговор шло не все, только особо "злостное": Зиновьев, Оруэлл, "Архипелаг", Джилас, "Посев". И "Ожог" с "Островом Крымом".

Аксенов мог бы этим гордиться. Но он поддержал чеченскую войну; не идет на конфронтацию с Путиным и российским истеблишментом; он санкционировал ужасную, бездарную экранизацию своей талантливой "Московской саги" (центральной мыслью "экранизаторов" стала защита социалистического отечества его жертвами, Градовыми, несмотря на Сталина, террор, лагеря, дело врачей). Неужели ради тиражей, гонораров и переизданий? Неужели диссидент и пророк Аксенов стал хладнокровным дельцом? Все понятно. Наш товарищ по оружию нам изменил, вступил в СОС ("Союз общей судьбы") и сдал Совдепии наш Остров Крым, территорию нашей свободы и нашего протеста.

А мы не пишем для газеты "Курьер" и в СОС не состоим. Мы даже не пойдем капитулировать перед их танками и подлодками со старшим Лучниковым, отцом героя, белым офицером. Мы будем сражаться за наш Остров, Демсоюз не сдается. И в Турцию мы не уплывем. А к предательству нам не привыкать. Я поздравляю автора "Ожога" и "Острова Крым", а отрекшегося от него Василия Павловича Аксенова, материалы о котором сделало путинское ТВ, мне поздравить не с чем.

Валерия Новодворская, 30.08.2007


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама

Выбор читателей